Бриллиантовый холостяк 4 (СИ), стр. 14
– Слухи? – В виду того, что последние три дня Нэйлз провёл в изоляции, про слухи он ничего не знал.
Дрэйк объяснять не стал. Болтали про Алексию не так много, а информация не отражала и десятой доли реальности.
В высшем свете шептались о странном преображении наследницы Рэйдсов, о неком как будто чрезмерном интересе к ней правящих, и так далее. В общем, ерунда.
Внимание к Алексии было пока незначительным. Следовало пользоваться ситуацией, работать на опережение. Опутать девицу сетями раньше, чем к ней потянут лапы все остальные. Она, невзирая на определённые минусы, очень выгодная партия. Лорд Эрон был абсолютно прав.
– Я поговорю с твоей матерью, – припечатал Дрэйк.
Такая позиция была интересна. Более того, иметь в союзниках Дрэйка даже выгоднее, чем находиться в сговоре с императором.
Только вот беда – в прошлый раз Нэйлз не шутил. Разумеется, какие-то желания ещё теплились, но он действительно сделал выводы. Юноша хорошо понимал, что шансов укротить Алексию у него нет.
Ухаживать за ней, чтобы убедиться в своей несостоятельности? Спасибо, нет.
– Не получится, – буркнул он. – К тому же… – Парень опустил глаза, порозовел. – У меня есть потребности, как у мужчины.
– И?
– Такие как Алексия не терпят любовниц, а сама… ну, до свадьбы так точно не согласится.
Дрэйк отодвинулся, окидывая племянника очередным взглядом. Аргумент был, мягко говоря, провальным.
– То есть мужские потребности для тебя важнее, чем благополучие собственного рода? Собственной страны?
– Да при чём тут страна, – окончательно стушевался Нэйлз.
Высокий лорд мог объяснить, но не стал. Нэйлз не идиот, если не понимает, то додумает.
– Нет, страна не важнее, – снова заговорил парень. – Просто я не потяну. Я…
– Потянешь. – Припечатал Дрэйк.
Спорить было бессмысленно – хозяин кабинета превратился в скалу, которую не сдвинешь. В этакий вросший в землю, сверкающий острыми гранями монолит.
Нэйлзу стало совсем кисло. Захотелось взвыть и в очередной раз пожалеть о той злосчастной вылазке к колонне. Одновременно вспомнились рассказы Алексии о позитивном мышлении – поможет такое, угу.
Сидя в застенках, Нэйлз только и делал, что практиковался в оптимистичном настрое, а итог? Не успел выдохнуть, как попал в засаду.
– А если Алексия… ну там отвергнет? – Парень нащупывал новую причину отказать. – Если не согласится? Если…
– Ухаживай так, чтоб не отвергла, – бахнул дядя.
Теперь молодой талантливый маг вспыхнул. Какой замечательный совет!
Рекомендация из разряда: если хочешь накопить за год двенадцать миллионов золотых, просто откладывай по миллиону в месяц.
– Если это так важно и элементарно, то может сам ею и займёшься?
Да, Нэйлз всё-таки не выдержал.
И изумился, услышав:
– Вот я-то точно не потяну.
Пауза, и Дрэйк продолжил без тени юмора:
– Мне не двадцать и даже не тридцать. Мне сорок три, Нэйлз, и я уже не в том состоянии. Моя нервная система не выдержит настолько взбалмошную девицу.
Парень аж закашлялся. Дядя рассуждал сейчас как простой смертный, но он не был обычным человеком. Он был выдающимся магом! А маги другие. Они крепче и живут несопоставимо дольше.
– Я не выдержу, – повторил Дрэйк. – Она меня доконает. И вот представь… Если я умру, а Кэйра не вылечим, то кто тогда будет править империей? Ты?
Нэйлз был единственным, если не считать самого Дрэйка, наследником рода, и он вздрогнул. Он знал, насколько непросто быть императором и такой ответственности уж точно не желал.
Взять того же Дрэйка. С тех пор, как Кэйра поразила болезнь, дядя не то что жизни – света белого не видит. Даже по любовницам, вопреки распространённому мнению, практически не ходит. Так, раза четыре в год.
Если выбирать между Алексией Рэйдс и ответственностью за страну, Алексия, разумеется, лучше.
Но всё равно!
– Цветы ей купи, – подобравшись, распорядился Дрэйк. – Веник побольше. И коммуникатор. Девчонки любят коммуникаторы, а заполучить их, сам знаешь, не просто. Только, прежде чем дарить, зайди ко мне и запиши мой контакт.
Нэйлз поморщился. В коммуникаторе дяди контактов было всего ничего, и желание Дрэйка добавить контакт Алексии говорило о том, что всё действительно серьёзно.
– Хорошо, – буркнул в итоге Нэйлз. – Я попробую. Но если не получится…
– Ты не пробуй, а делай, – строго перебил Дрэйк.
Сказал и махнул рукой, отпуская. Нэйлз, в свою очередь, посмурнел. Ему не хотелось терять выбранных с таким старанием любовниц. А Алексия… с ней ведь точно не светит. Эх!
Приёмную Нэйлз покинул в грусти, но с намерением сделать всё так, чтобы дядя не прикопался.
Веник, так веник.
Коммуникатор, так коммуникатор.
Свидания, если Алексия согласится. Прогулки хоть утром, хоть под луной.
А если и в самом деле получится, то… ну хорошо будет, что уж. Только один непрояснённый вопрос – если Дрэйк решил свести Нэйлза с Алексией, то зачем упомянул при леди о его, Нэйлза, интимной жизни?
И почему не обрадовался, застукав обоих в ресторане?
А вызвав к себе в кабинет смотрел с этаким нетипичным напряжением?
Нэйлз нахмурился, пытаясь как-то совместить детали, но быстро плюнул. Заодно решил, что к Алексии отправится завтра. А сегодня, невзирая на всю важность вопроса, уж точно не до неё.
Алексия
К сожалению, чуда не случилось, и из банка я вернулась добрая, как акула. Причём непростая, а голодная и учуявшая кровь.
Мне невероятно помог сопровождавший шпион. Не знаю что за ксива была у этого невзрачного мужчины, но именно она распахнула все двери. Она же развязала языки. Только какого-нибудь “забытого” Офелией счёта, на котором осели деньги от продажи земель, в Сберегательном банке не нашлось. Более того…
Живые свидетели сделки рассказали, как после пересчёта и осмотра драгоценностей всё это добро из филиала вывезли. Приехали инкассаторские кареты другого, уже не государственного банка – того самого, который разорился три месяца назад.
То есть на данном этапе след оборвался.
Я хотела казаться умной, но в какой-то момент не выдержала и задала управляющему прямолинейный вопрос:
– Как по-вашему, сколько времени нужно, чтобы промотать три миллиона?
Мужчина красноречиво рассмеялся.
Он подтвердил моё собственное мнение, и всю дорогу до особняка я чувствовала себя неадекватным маньяком. Руки сами тянулись вперёд, а пальцы скрючивались в желании выцарать глаза.
Жажда убийства стала главной причиной почему я не отправилась к Офелии сразу. Я свернула в собственные покои – хотела успокоиться и обрести адекватное состояние ума.
Голова должна быть холодной всегда! А уж в делах вроде этого тем более.
Итог: я заперлась, сбросила платье, приняла душ и, закутавшись в халат, упала на кровать. На ментальном плане сочувственно хмыкнул Арти – резерв поднабрался, и связь с главным спонсором моего перерождения возобновилась.
Эрон хмыкнул уже вслух – дедушка проявился и теперь вышагивал по моей спальне. К счастью, молчал.
Оба моих помощника никак не комментировали ситуацию, и я была благодарна, потому что любое слово могло стать искрой, вспыхнувшей на пороховом складе.
Стараясь расслабиться, я прикрыла глаза и включила диафрагмальное дыхание. Легче не стало, зато спустя несколько минут меня утащило в сон.
Виделось в этом нервно-коротком сновидении всякое. Перед глазами мелькали Дрэйк, бледный император, пышущий здоровьем Эпикур и сотрудники банка. А ещё Нэйлз и бесконечные бумажки. В реальности я открыла счёт и выписала доверенность на Хайса, а в своём бреду раздавала права распоряжения счётом практически всем.
Я транжирила деньги, которых не было, а проснулась от холодящей фразы, сказанной радостным Бертраном:
– Алексия, три миллиона.
Три. Миллиона. Я аж подпрыгнула. И не сразу сообразила где нахожусь.