Острие стали (ЛП), стр. 7

Хит фыркнул.

— А имя «Архпрайм» вам ни о чём не говорит?

— Нет… — Она нахмурилась ещё сильнее. Я позволил ей отвести взгляд, пока она задумчиво перебирала воспоминания. — Хотя однажды я всё-таки видела банковскую выписку, — сказала она через мгновение и смущённо улыбнулась. — Просто стало любопытно. Обычно деньги из клуба он приносил наличными, а тут вдруг на счёт начали поступать переводы, словно с нормальной работы. Дуг оставил выписку на столе и вышел ответить на звонок. Вернувшись, сразу пропустил её через шредер.

Я просиял, словно передо мной сидела умнейшая женщина на свете.

— Но до этого вы успели одним глазком заглянуть, правда?

Она захлопала длинными ресницами.

— Да. В основном списания по счетам и всё такое, но был крупный перевод от чего-то под названием «Лунное наследие». Никакого Архпрайма я, правда, не помню, — добавила Бренда и снова нахмурилась.

Есть. Я записал название в заметки на телефоне. Будем надеяться, следователь Горацио справится и с этим.

— Ничего страшного, Бренда, — проворковал я. — Поищу сведения о «Лунном наследии». Уверен, оно выведет меня в нужном направлении. Огромное спасибо.

Жёлтый свет единственной лампы над кухонным столом ложился тусклым пятном на её раскрасневшиеся щёки.

— Пожалуйста. Точно не хотите остаться и выпить? Вы, мальчики, уже совершеннолетние? Хотя я бы не выдала, даже если нет, — добавила она и соблазнительно подмигнула.

— Бренда, какого хрена? — слабо возмутился Карл.

Я встал и отряхнул джинсы.

— Спасибо за приглашение, но нам пора. Прошу прощения, что прервали ваше свидание с Карлом.

Она небрежно махнула рукой и игриво шевельнула светлыми бровями. — На свидание ещё полно времени.

— Слышал, Карл? — спросил Хит мужчину на полу. — Не шевелись, пока мы не выйдем за дверь, иначе сломаю твой член пополам. Будет обидно: похоже, он тебе сегодня ещё понадобится.

Я рассмеялся.

— Он не шутит. У нас с Хитом сейчас вынужденное воздержание, и обоим будет приятно помешать кому-нибудь другому перепихнуться.

— Ладно, — пробулькал Карл. — Просто валите нахрен.

Я освободил Бренду из-под своего влияния. Она медленно покачала головой, ресницы затрепетали.

К тому времени, когда она поняла, что парочка студентов обманом вытянула из неё тайны и пропустила её парня сквозь журнальный столик, мы с Хитом уже сидели в машине и стремительно уезжали из района.

Оставалось надеяться, что выманенный у Бренды обрывок информации принесёт плоды. Нам с василиском требовалась цель, иначе притяжение к Голубке станет слишком сильным, чтобы ему сопротивляться.

ГЛАВА 5

ХИТ

По шоссе в обе стороны проносились машины. Рекламные щиты освещали горизонт на фоне мрачного безлунного неба, а густые облака скрывали звёзды.

— Скоро наш съезд, — сказал Эйден с пассажирского сиденья, указывая на навигатор. Потом оглянулся на задний ряд. — Ты уверен, что от этой круглосуточной закусочной можно дойти до дома Эйвери пешком?

— Да, — ответил Элайджа. — В прошлый раз, когда я… навещал её, оставил машину там.

По всему телу загудело электричество. Я почти месяц не видел Предназначенную — с той минуты, когда врачи забрали её избитое тело из рук Уайатта и умчали на операцию. Тогда мне потребовалась вся сила воли, чтобы не разнести лазарет.

— Она страшно разозлится, если увидит нас там, — пробормотал Уайатт. В зеркале заднего вида я видел, как сияющие зелёные глаза следят за проплывающим за окном городом. Он покрутил одну из маленьких чёрных тоннелей в мочке уха и ухмыльнулся. — Надеюсь, врежет мне по лицу.

— Держи себя в руках, — прорычал я. — Нравится ей или нет, мы едем защищать Предназначенную. Ты нужен в лучшей форме, а не истекающим кровью или с заплывшим глазом после того, как упросил Эйвери поставить тебе синяк.

По радужкам разлился красный цвет.

— Это тебя она проткнёт клинком, придурок. Думаешь, просто подойдёшь, выскажешь всё как есть — и она забудет, что мы натворили? Размечтался.

Я крепче стиснул руль. Хотелось переломить его пополам, выбросить в окно и орать до потери сознания.

— У неё был целый месяц. А сборы начинаются через два дня. Рано или поздно ей придётся с нами поговорить.

— Придётся ли? — угрюмо спросил Эйден.

Я включил поворотник и плавно съехал с шоссе.

— Всем в этой машине пора собраться. Когда я предложил поездку, никто из вас не возражал.

Желание защитить нашу Предназначенную, которая наверняка будет бродить по улицам, пока вокруг свободно рыщут рейфы, оказалось слишком сильным и для каждого из нас, и для наших зверей. Мысль, что из-за травм она не в лучшей форме и не может свободно обращаться, не рискуя тайной, преследовала меня в кошмарах.

А недели без малейшего понятия, как у неё дела и где она находится в каждый конкретный момент, едва не свели меня с ума.

Мне было плевать, хочет она нашей помощи или нет. Она её получит.

Близилась полночь, когда я припарковался за закусочной. На стоянке стояло не меньше дюжины машин. Внутри люди занимались своими ночными делами, не подозревая, что по оживлённым улицам вокруг могут разгуливать пожирающие души чудовища.

Мы вышли и забрали оружие из багажника. Мы с Эйденом пользовались одинаковыми саблями — именно с таким клинком тренировались задолго до поступления на программу Стражей. Уайатт поднял боевой топор — новую покупку, ведь раньше ему было достаточно оружия, которое выдавали на занятиях. Элайджа на всякий случай закрепил на поясе длинный кинжал. Обычно он сражался с рейфами в облике василиска и обращался лишь тогда, когда дело принимало серьёзный оборот.

В последнее полнолуние Эйден провёл над каждым клинком лунное благословение. Профессор рун узнал об обряде от Эйвери, когда в прошлом семестре случайно застал её за благословением собственных мечей. Везучий ублюдок.

— До сих пор не верится, что рейфы забредают так далеко, — сказал Эйден, глядя на опустевший торговый центр дальше по улице. Зато модная пивоварня по соседству точно не пустовала. Он убрал саблю в кожаные ножны за спиной. — Согласно записям Совета, единственный официально зарегистрированный Прайм в этом почтовом районе — Рэнд Бакстер. Даже с незаявленной зверицей Эйвери этого недостаточно, чтобы постоянно уводить рейфов от поселений перевёртышей, особенно L3 и L4.

— И всё же, — произнёс Элайджа, вспыхнув жёлтыми глазами, — разве в последнее время не повторяется одна и та же тема: не всё, чему нас учили, полностью соответствует действительности?

Я согласно хмыкнул и убрал саблю в ножны на поясе. Как и остальные члены квада, я надел разношенные джинсы, не сковывающие движений, тёмную футболку и крепкие ботинки. В идеале мы расправимся со всем, что здесь обнаружим, в человеческом облике: люди без крови перевёртышей не видели рейфов, но наших зверей заметили бы без труда.

Гигантский красный медведь, несущийся по городским улицам, вряд ли останется незамеченным. Понятия не имею, как семья Эйвери сохраняла тайну нашего вида и при этом обращалась в боях с рейфами.

А спросить её было невозможно. Собственная Предназначенная стала для меня недосягаемой.

Уайатт устроил топор на плече и, прищурившись, изучил экран телефона.

— По картам патрулей отца ближайший пост Стражей находится в двадцати милях к северу. Их зона заканчивается у границы леса Рэдтейл, сразу за Дирфилдом.

Дирфилд был одним из самых южных поселений перевёртышей: маленьким городом с преимущественно рабочим населением и, скорее всего, самым необходимым минимумом защитных чар.

— Насколько активной была эта зона прошлой ночью? — спросил Эйден.

Уайатт пролистал данные.

— В этом цикле зона отмечена оранжевым. Кажется, это значит «выше среднего».

Отец Уайатта, Уорд, был старшим офицером Стражей и руководил программой подготовки нашего региона. Вопреки официальным правилам он дал сыну доступ к сети Стражей, когда стало ясно, что отговорить нас от вылазки не удастся.