Идеальный мир для оценщика 3 (СИ), стр. 54

Постояв таким образом несколько минут, убираю арбалет.

Нет уж, стрелять не стоит. Мало ли, морторн этот обидится… Начнет сюда ломиться. Я, конечно, в Беллу верю, но на фига заставлять ее пугаться и лишний раз напрягаться?

Так что оставляю арбалет, а сам ложусь в постель и засыпаю.

— Белла, а что насчет тоннеля от башни куда-то подальше, чтобы, если вдруг кто осадит, обломался.

С этими мыслями засыпаю…

Проснувшись, первым делом выглядываю на улицу, проверить, что там с моими людьми, мертвецами.

Как ни странно, все они ночь пережили и снова рыщут по округе в поисках материалов для башни.

Зрение фамильяра восстановилось, я могу смотреть глазами Костянов. А я уж думал, навсегда отрубилось. Все-таки это из-за морторна. Это кстати и минус, и плюс. Эта зверюга не позволяет видеть его через скелетов, но зато, если вдруг у меня заклинание перестанет работать, я сразу пойму, что морторн рядом, а кто предупрежден, тот вооружен…

У входа приличная гора, надо в ней покопаться.

Среди камней, веток и много чего еще лежит статуя, она изображает молодую воительницу. В руке ее меч, воткнутый в каменный постамент. По скульптуре непонятно, вонзает ли женщина меч в постамент или старается его вытащить…

Да, такую красоту жалко перерабатывать. Может, на втором этаже поставлю?

[Воительница дома Бордон

Скульптор: Андре Зарини

Материал: мрамор

Имя модели: Меделин Бордон

Возраст: 347 лет

Статуя тончайше передает движения человеческого тела, каждый мускул запечатлен в камне. Может, это заколдованная девушка? Волшебник околдовал, и она окаменела?

Пояснение: статуя полностью выполнена из розового мрамора.

Ага, ошибся, никакой там заколдованной принцессы нет. Статуя и статуя.

Класс: защитный артефакт]

А вот это интересно.

Рассматриваю статую, но больше информации оценка не выдает. Надо повышать уровень…

А что, если оценку повысить до сотого уровня или даже тысячного, я тогда на любой предмет или человека буду смотреть и сразу, как раскрытую книгу, его читать?

— Костяны, статую заносите внутрь, только в подвал не кидайте. Поставьте на первом этаже. Белла, сделай постамент под нее. Будет стоять да защищать. Надеюсь, в контур башни статуя впишется и ничего не порушит.

Скелеты подняли статую и тащат ко входу. Тут меня осеняет.

— Отмена операции. Беллочка, постамент пусть будет на улице. А то мало ли, она ночами оживает и обходит дозором охраняемый объект. Не хотелось бы мне проснуться среди ночи от того, что по башне статуя ходит… Я ж не изучил все ее свойства, лучше поберечься.

Скелеты ставят статую у стены.

Еще в куче несколько каменных голов, тоже от статуй. Скелеты ночью музей, что ли, обнесли? Оценка показывает, что головы тоже части защитных артефактов, только бесполезные, так как сами статуи восстановлению не подлежат.

Остальное в куче — камни, палки, веток много и крупных кусков древесины. Это скелеты с топорами притащили. Вон они очередное бревно прут сюда.

— А чего вы с веток помельче не начали? — обращаюсь к мертвякам. — Срубайте сперва мелкие, чтобы не мешали вам. И сразу ветки сюда тащите, а крупные части потом.

Скелеты скидывают с плеч здоровенное бревно.

— Этот-то кусок дотащите, — смеюсь я.

Клянусь, если бы скелеты умели, они бы сейчас так устало выдохнули, что меня бы совесть замучила, но вздыхать им нечем, а значит, моя душа спокойна.

— Все в подвал, — открываю я дверь башни, — Белла, ты при малейшей опасности дверь закрывай, ладно?

Изнутри доносится удар об косяк.

Поднявшись наверх, завариваю чай и с кружкой выхожу снова на улицу. Джулька, как всегда, у ног вьется.

К башне подтягиваются зомбари и скелеты.

— Джуль, прореди их ряды, а то слишком много.

Гончая мчится на врагов, радостно виляя хвостом: какое счастье, хозяин выдал мне поручение…

Гибкий силуэт гончей мелькает среди мертвяков, и они падают на землю один за другим. Я же сижу у дверей дома и попиваю ароматный чай. Вот это жизнь — сиди, наслаждайся закатом, а всю работу за тебя кто-то сделает.

Скелеты таскают большие охапки веток, затем следуют ветки крупнее и под конец здоровенные бревна. Все это вместе с кучей остального отправляется в подвал.

Мне кажется, или сейчас в подвал помещается больше материала, чем раньше? Может, какое-то расширение началось? Раз так, то моя задача — забить подвал под завязку…

Громкий треск привлекает мое внимание. Раскрыв рот, вижу, как голова одного из скелетов, что таскал ветки, разлетается на осколки от быстрого и хлесткого удара.

Чай летит в сторону, я пытаюсь вскинуть арбалет, но мне в лицо суется раскрытая пасть костяной змеи.

[Костяной змей

Опасность: высокая]

А то сам не понимаю. А еще я понимаю, что ни фига не успею я вскинуть арбалет! Печально, я только-только начал наслаждаться здешней жизнью, а теперь погибну от клыков костяной змеюки.

«Джулька, защита!» — все же успевает мелькнуть мысль…

Я не знаю, как далеко была гончая, с какой скоростью света она примчалась, но успела. Я почти ощущал клыки змея на лице, как гончая сбила прыжок твари.

Джулька покатилась по земле, сжимая в пасти голову мертвой рептилии. Гончая кусает змея за голову, норовит ее оторвать. Только и змей не прост, его тело обвивает гончую и начинает сжиматься. Джулька же продолжает терзать голову противника зубами. Голова не выдерживает и лопается.

Змей замирает на земле. Здоровенный, однако, метров в десять-двенадцать. И под этими метрами костей погребена моя собака.

— Вы чего стоите? — рявкаю на скелетов. — Быстро этот костяной шланг разматывайте!

Скелеты бросаются выполнять приказ.

Фух, какое облегчение. Из-под тела змея выбирается Джулька, отряхивается, словно у нее есть шерсть, и, подбежав ко мне, тычется мордой в ладонь. Хвост весело помахивает.

Вот это собачка. Самая лучшая на свете… А ветки надо проверять. Мало ли какие твари там притаиться могут.

— Змею в подвал скидывайте, — приказываю скелетам, — Белл, сделай там с ней что-нибудь. Джулька, ко мне, охранять!

Поднимаю арбалет и выпускаю болт в кучу веток. Ничего не происходит. Вроде чисто.

— Черт, стоило только расслабиться — и чуть не погиб, — укоряю я себя. — Забыл, где находишься?

В следующий раз буду умнее. Тут опасность на каждом шагу, терять бдительность нельзя ни на минуту.

Скелеты затаскивают в башню все, что успели насобирать, я наблюдаю за процессом, почесывая голову гончей.

— Вроде пока все, можно и к личу отправляться. Только перекус соберу, а то сидеть придется долго, болтать еще больше, нужен запас провизии…

Глава 16

Как говорил один очень умный медведь: «Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро». Сейчас далеко не утро, но идти к личу надо. Не пойти будет немудро. Даже глупо, я бы сказал. Несмотря на опасность, что исходит от Зула, он мужик ничего себе, хоть оживший мертвец.

Да и не собираюсь я судить людей, пусть и мертвых, по их прошлому. Лич и лич, что тут особенного? Может, он в прошлом и творил жуткие непотребства, но вдруг он после тысячелетий в крипте что-то осознал? Решил встать на путь истинный? Причинять добро и радость наносить?

Мало, что ли, я примеров видел? Вон половина бандитов, что в девяностые творили жесть, потом ударились в религию, и не напоказ, а искренне уверовали, некоторые все имущество продали и ушли в монастырь.

У нас на районе был один.

Пикой звали. Носил с собой короткий выкидной нож — «пику» на жаргоне. В одной группировке он был штатным мокрушником, убийцей то есть. Народу поубивал много и не особо чтил человеческую жизнь.

На вершине своей страшной карьеры получил он задание от боссов какого-то ученого пришить. Чем уж им не угодил работник НИИ, неизвестно, может, не поздоровался при встрече, а может, квартира его глянулась кому-то, а он съезжать не хотел. Тогда и за меньшее убивали…