Мои космические мужья (СИ), стр. 28

И нужно ли вообще пытаться, если потом придётся жалеть всю жизнь? В том, что сожаление неизбежно, я не сомневалась ни на секунду.

Я услышала, как открылась дверь в ванную, и заставила себя улыбнуться. Вода лилась сверху плотным потоком, скрывая моё лицо. Если слёзы и оставались, их тут же смывали струи.

Каэль вошёл в душ и обнял меня со спины, мягко положив голову мне на плечо.

– Давай поговорим, милая, – тихо сказал Кай.

Сдержаться не получилось. Я всхлипнула, развернулась к нему и, обняв за шею, прижалась ближе, чтобы он не видел слёз, которые я никак не могла остановить. Конечно, он всё понял. Он гладил меня по спине и крепко, бережно удерживал рядом.

– Мы во всём разберёмся, Ари. Не бойся ни новой для тебя планеты, ни того, как тебя там встретят. Ты у меня сильная. Всё будет хорошо. Я никому не позволю тебя обидеть.

Он помолчал несколько секунд, затем продолжил уже заметно тише:

– Или это из-за родителей? Ты переживаешь из-за утраты… или из-за того, что виновного так и не нашли? Было ли вообще расследование?

Я на минуту задумалась и решила рассказать ему эту историю.

– После воспитательного сектора я пыталась найти информацию об их аварии. Просила поднять дело, но мне отказали. Даже через суд я так и не получила доступ к материалам. Просто отказ – без объяснения причин. Я потратила на это почти год, пока учёба не вошла в этап практических заданий и у меня полностью исчезло свободное время, которое раньше уходило на суды и попытки добиться допуска, – сказала я, а затем тише добавила: – Так что, как видишь, я никудышная дочь. Даже не смогла добиться того, чтобы мне показали детали. Чтобы я могла… что?

Я подняла на него глаза и посмотрела растерянно.

– Каэль, тогда мне было восемнадцать, и я не думала о последствиях. Даже если бы мне открыли материалы, что бы я сделала? Сейчас я понимаю: восемнадцатилетняя девочка мало что может изменить. А если документы так тщательно скрывают, возможно, их раскрытие поставило бы под угрозу и меня. Тогда я просто шла напролом, подавала заявления, добивалась слушаний – и даже не допускала мысли остановиться, пока учёба не забрала всё время.

– Ты права, – тихо сказал он. – И хорошо, что учёба остановила тебя. Иначе ты бы не стояла сейчас рядом со мной, и я не мог бы обнимать тебя и любить. – Он прижал меня крепче. – Но я обещаю, мы во всём разберёмся. И не забывай: у нас есть Норан. Он добудет всё, что возможно.

– А если это будет опасно для него? Для всех нас?

– Чтобы говорить об опасности, сначала нужно увидеть материалы дела.

Постепенно разговор ушёл от остроты моих переживаний, и я почувствовала, как напряжение отпускает. До прилёта на Элиар всё равно ничего не изменить. Не было смысла разрушать себя заранее. Нужно было ценить каждую минуту, проведённую вместе – даже если в итоге этих минут окажется недостаточно.

В дверь постучали. Каэль мягко поцеловал меня и вышел. Я быстро закончила в душе и вернулась в каюту. Там был только Кай.

– Парни пошли в бассейн и зовут нас присоединиться, – сказал он и вопросительно посмотрел на меня.

– Хорошая идея, – улыбнулась я.

Мы переоделись и поспешили вниз. Когда мы оставили вещи и вошли в зону бассейна, мои брови невольно поползли вверх. Здесь тоже была оформлена береговая линия, как и на прошлом лайнере, но водных горок оказалось значительно больше. Играла весёлая музыка, вокруг смеялись, кричали и визжали, снова и снова уходя в очередной вираж. В такую атмосферу беззаботного веселья было трудно не втянуться.

Глава 46

Ариа Нейрис

– Каэль, твоя планета невероятно красива, – произнесла я с улыбкой, поворачиваясь к нему.

Мы сидели, пристегнутые в креслах, и наблюдали, как Элиар стремительно приближается. Постепенно он складывался в цельный, величественный образ. Из космоса планета не казалась привычно голубой – её поверхность сияла изумрудными и каменистыми оттенками. Огромные острова и цепи архипелагов разделяли широкие пространства воды, а океан подчёркивал очертания суши, делая каждый остров особенно отчётливым.

– Наша планета, Ари, – мягко поправил он, делая едва заметный акцент на первом слове.

Я ответила лишь грустной улыбкой и снова перевела взгляд на иллюминатор. Я не могла заставить себя перестать думать о неизбежном расставании. Эти мысли медленно, но неотвратимо подтачивали меня изнутри.

После приземления мы прошли стандартную процедуру проверки документов. Элиарцы производили благоприятное впечатление – они были вежливы, доброжелательны и внимательны. Даже слишком внимательны. Они смотрели прямо в глаза с выражением, в котором читалась странная надежда, будто ожидали чего-то значимого, чего-то, что должно было произойти.

Поскольку я не являлась элиаркой, меня направили в отдельное помещение. Каэля не допустили ко мне, несмотря на его явное недовольство и попытки настоять на своем. Мне объяснили это необходимостью дополнительной проверки документов. За время ожидания ко мне уже трижды заходили разные специалисты, и каждый из них задавал одни и те же вопросы.

– Что происходит? – наконец не выдержала я. – Вы задаете одни и те же вопросы снова и снова. Меняются только те, кто их задает.

– Видите ли… – начал мужчина напротив, растягивая губы в слащавой улыбке, но договорить он не успел.

Дверь резко распахнулась с глухим ударом, и на пороге появился мужчина.

Он был высоким, примерно на полголовы выше Каэля и поразительно на него похожим. Те же черты лица, та же осанка, та же врожденная уверенность. Но при этом он был его полной противоположностью. Вместо белоснежных волос, как у Каэля, у него были совершенно черные – глубокого, насыщенного оттенка. Вместо ледяных голубых – серо-голубые, мягко смешивающиеся с тёплыми каре-ореховыми переливами. И если кожа Каэля казалась почти фарфорово-белой, то у этого мужчины она имела теплый бронзовый оттенок.

Это был Ноэль.

И он был старше Кая как минимум на десять лет.

Мое сердце на мгновение сбилось с ритма, а затем забилось быстрее. Эта реакция застала меня врасплох. Я не понимала, откуда она взялась. У меня был Каэль – мужчина, которого я любила всем сердцем. Все остальное не имело значения, и любые посторонние мысли казались неуместными и лишними.

Мужчина, занимавшийся проверкой моих документов, резко поднялся со своего места и, ударив кулаком в грудь в официальном жесте приветствия, произнес:

– Ворн-Таэр, чем могу быть полезен?

Ноэль лишь мельком взглянул на него, после чего перевел внимание на меня.

– Ариа, проверка завершена. Прошу, – спокойно сказал он, рукой приглашая выйти, давая понять, что мне больше не нужно здесь оставаться.

Я поднялась и направилась к выходу. Однако Ноэль не отступил в сторону, он стоял в дверном проеме вполоборота, и чтобы пройти, мне пришлось приблизиться к нему почти вплотную. На мгновение я задержалась рядом.

– Спасибо, Ноэль, – тихо произнесла я, поднимая голову и встречаясь с его взглядом.

Он ответил легкой улыбкой, и мы вышли в коридор.

Каэль сразу же подошел ко мне и крепко обнял.

– Все в порядке. Они просто решили трижды проверить мои документы и задать одни и те же вопросы, – с иронией сказала я.

– Ожидаемо, – коротко произнес Ноэль.

Остальных уже не было – очевидно, они уже отправились на отдых.

– Мне поручено доставить вас домой на ужин, – добавил он ровным тоном.

Каэль приоткрыл рот, явно собираясь возразить, но Ноэль опередил его:

– Приказы матери не обсуждаются, Каэль, – сказал он с едва заметной улыбкой.

Каэль вздохнул, принимая неизбежное.

– Хорошо. Но ненадолго. Перелет был изматывающим, и мы хотим наконец отдохнуть на твердой поверхности.

Глава 47

Ариа Нейрис

Мы направились к аэрокару. Я все еще не могла до конца осознать, что действительно нахожусь здесь – на Элиаре.

Мы прибыли на остров Айвелар. Как объяснил мне Каэль, космопорт находился и на Вейроне, однако туда обычно прибывали лайнеры с туристами, направлявшимися на планету ради активного отдыха.