Я бы сменила дракона или Сами вы злодейки! (СИ), стр. 5

«Платок!»- отдельным пятном позора всплыл перед внутренним взором дышащий предательством предмет. Со следами… Если он есть, то…

- Где… платок? – хрипло поинтересовалась я.

- Вот, – быстро огляделась по сторонам служанка и подала мне кусок шелка, – На полу же лежал. Только тут кровь. Позвольте, я отстираю и…

- Нет! – резче, чем хотелось, выкрикнула я. И тут же попыталась смягчить тон улыбкой- Не стоит. Я… у меня носом кровь пошла. Дома отстирают. Не утруждайся.

В мозгу быстро и нервно скрипели шестерёнки.

Бред. Все это могло быть только бредом. Такого не бывает.

Но в моих пальцах был зажат платок с пятнами крови. Из зеркала устало и обреченно смотрели чужие зеленые глаза. А внизу…

- Вас ждут на балу, леди, – снова напряженно напомнила мне горничная- Его Светлость дал нам всего десять минут.

- Тогда поспешим, – медленно кивнула я, неловко поднимаясь на ноги и пошатываясь- Кажется, я немного испортила прическу.

Глава 2

Если честно, я бы с удовольствием поплакала. Поистерила. Побилась головой о стену.

Потому что я взрослая, умная женщина. И не верю в то, что теперь сижу перед зеркалом, пока маленькая горничная подкалывает выбившиеся из моей прически пряди и заново закрепляет их бриллиантовыми заколками.

Я не верю, что это юное зеленоглазое создание, так напряженно смотрящее на меня из серебреного стекла- это теперь я. Потому что это не мое лицо. Не мои глаза. И не мои тонкие, нервные пальцы.

Я- не Мелисса Стоун. Я- Алиса Каменская. И мне вовсе не восемнадцать лет. Уже лет десять, как не восемнадцать.

Но вот я поднимаю руку, чтобы поправить локон, щекочущий щеку. И отражение повторяет мой жест. Я недовольно морщу носик. И оно, это самое отражение, делает то же самое.

А значит…

Мелисса Стоун. Господи! Ну почему именно этот плоский, дурацкий роман?

И почему именно она?

Злодейка. Антагонист. Хотя… в рамках плохо продуманного и весьма тривиального сюжета ее и антагонистом-то не назовешь. Так, мелкая пакостница. Вредная высокомерная самовлюбленная девчонка, которая пытается разрушить истинную любовь главных героев и перетащить на себя внимание прекрасного герцога.

Только вот что-то уже минут десять как прекрасным он мне не кажется.

«Потому что я впервые вижу эту историю с ее точки зрения»- недобро думаю я.

И пухлые, нежные губы поджимаются в злобной злодейской усмешке.

«Нашли злодейку»- продолжаю накручивать себя я, пока горничная аккуратно проходится пуховкой с мерцающей пудрой по все еще красным от слез векам- «Очень удобно навешивать ярлыки, когда в романе и слова нет о причинах ее поступков. Да о чем говорить! Весь роман, по сути, написан от лица главное героини- чистой и нежной Розали Олимер! И разве она хоть словом обмолвилась об истории знакомства герцога и Мелиссы? Господи, имя то еще какое… впрочем, злодеек всегда зовут как-нибудь неприятно. Чтобы как шипение змеи… Но об этом потом погорюю. Сама Алисой родилась. О чем это я? В романе как было? Сперва мы долго читали, как познакомилась сама Розали с герцогом. Лечила его целительской магией (куда-ж без нее главной-то героине магического мира с драконами!), заняла место в его сердце. А потом просто как факт: мол, у него была нареченная невеста из знати, которая стала совать палки в колеса главной героине. И любовь-то ее была скорее принципиальной, нежели настоящей. Так! Нежелание проигрывать безродной красавице, не более. Ну и страх упустить власть и деньги. И вот несчастная Розали глава за главой страдает от интриг Мелиссы, которая ее и унижает, и травит, и с лестницы роняет… пока терпение герцога не лопается и он не… ох, черт! Он же убивает Мелиссу!»

- Не хочу! – испуганно взвизгнула я, вскакивая с места.

- А?! – страх в глазах горничной заставляет меня недовольно морщиться и мягко опуститься обратно- Вам… не нравится прическа?

- Много шпилек, – сквозь зубы цежу я- А голова так и не прошла до конца. Можно как-то облегчить прическу?

- А? Да! Конечно. Мигом.

«Ладно. Пусть книга. Пусть злодейка»- нервно думала я, глядя, как девушка вытаскивает из пучка лишние заколки- «Вопрос вообще не в этом. Как я здесь оказалась, полагаю, я не узнаю. Или узнаю не скоро. Главный вопрос- как выбраться. Если это, конечно, возможно. Ну и, пока что, раз уж даже этот вопрос не ясен, ставим другую цель. Выжить! Вопрос только как! Как можно выжить в теле героя, который абсолютно никак не прописан в романе? Господи, да автор даже не утруждал себя рассуждениями на тему причин ее поведения. Мелисса просто гадила Розали и….и все! Ни предыстории, ни пространных рассуждений о мыслях и планах злодейки! Мамочки мои, да я благодаря этому не понимаю даже, в какой именно момент романа попала. Все события описаны только с точки зрения Розали. И вот где она сейчас? Что за бал там внизу? Надо думать…»

- Э-ээ.., – невнятно протянула я, глядя на служанку.

- Ниса, – тут же понятливо кивнула горничная.

- Ниса, – приняла я- А бал… в разгаре, да?

- В самом! – радостно улыбнулась мне девушка- Столько гостей!

- Я долго… спала? Эта мигрень… удобно ли теперь появляться внизу? – аккуратно уточнила я- Может гости уже начали расходиться и мне проще вызвать карету и отправиться домой?

- Что Вы! Как можно, госпожа! – ахнула горничная- Бал в честь Вашей с герцогом помолвки, а Вы уедете?

- Ага… вот, значит, как, – протянула я и едва не ругнулась вслух матом.

Значит вот как оно было на самом деле…

В романе бал по случаю помолвки описан был с точки зрения совершенно другой трагедии. Трагедии малышки Розали, конечно. Которая, будучи представлена, как дальняя родственница герцога, живущая в его поместье из-за бедственного положения семьи, робко и скромно стояла за колоннами весь вечер, стараясь не попадаться на глаза высокомерной вздорной невесте своего возлюбленного. И вот, когда герцог объявил о скорой свадьбе, сердечко героини не выдержало и она, с трудом скрывая слезы, бросилась наверх, залетев в первую попавшуюся спальню. Чтобы всласть поплакать над своей тяжелой долей. Тут ее и нашел герцог, который принялся утешать бедняжку всеми доступными способами.

А дальше в спальню фурией влетела невеста.

Тайная любовь героев оказалась открыта. И Мелисса осталась скандалить с женихом. Тогда как умирающая от чувства стыда Розали убежала в сад. Бродить по сумрачным дорожкам и молить судьбу о невозможном. Не без смысла, к слову, бродить. А пока окончательно не замерзнет в сыром ночном тумане. И все лишь для того, чтобы выглядеть как можно более жалко, когда на одной из этих самых ночных дорожек она наткнется на новое действующее лицо. Которое, конечно же, не применит накинуть на нее свой китель, чтобы согреть.

Дальше роман развивался в новую ветку. А именно, у героя появляется соперник. Он же злодей-антагонист. Потому как в саду Розали встречает не абы кого, а генерала армии драконов – изувеченного шрамами, сурового и страшного Аслана Сарвира. И поражает его в самое сердце нежностью, добротой и пониманием, мать его! Долго поражает, судя по всему. Потому что за время творящегося «поражения» ее драгоценный герцог успевает…

- Тварь, – прошипела я, снова сжимая пальцами окровавленный платок.

Боль и обида буквально рвали изнутри, напрочь лишая возможности отринуть чужие чувства. сердце болело и рвалось из груди. Горечь разъедала душу, будто я и правда только что пережила ее первое предательство. Куда там моей, закаленной реальной жизнью душе! Нам-то такое растереть и плюнуть. А вот несчастной Мелиссе…

- Вы что-то сказали, госпожа? – испуганно шепчет горничная.

- Шаль, Ниса. Могла бы ты найти мне шаль? Я бледна, как снег. Прогуляюсь по саду, пожалуй. Верну щекам румянец, перед тем, как вернуться в залу. Предупреди Его Светлость, пожалуйста, – пугая саму себя вышколенным этикетом и отработанным аристократичным покер-фейсом, вежливо произнесла я.

- Конечно, леди Мелисса, – радостно кивнула мне служанка и снова убежала в гардеробную.