Я бы сменила дракона или Сами вы злодейки! (СИ), стр. 10
И игнорируя скрип герцогских зубов, генерал со мной на руках твердой походкой двинулся вперед.
Глава 5
Утро встретило меня шелестом аккуратно раздвигаемых портьер, звоном чашки с горячим шоколадом, которую горничная осторожно ставила на столик, и полным сумбуром в моих мыслях.
Вчера все завертелось… слишком быстро. Как-то, я оказалась не готова к тому, что сюжет начнет развиваться прямо сразу и с порога. Да еще и меняться, словно запущенный по выставленным костяшкам домино импульс. Одно движение в сторону- и вот уже не просто Розали встречает в саду генерала, а сперва я встречаю ее, а потом падаю в пруд, тем самым нарушая канон извечных несчастных случаев, случающихся с главной героиней по вине злодейки. Потом к нам присоединяется генерал, но, почему-то, вовсе не оказывается покорен прекрасной во всех смыслах Розали. Вместо этого он упорно защищает меня, и ни разу не перекидывается даже словом со своей будущей потенциальной роковой любовью! Сама я, качественно вымоченная в пруду, тоже уже не возвращаюсь на бал. А, значит, не успеваю наговорить в свете гадостей про «кузину» жениха. И если последнее как раз, вроде как, весьма соответствует моему плану. То все остальное… как минимум, является элементом неожиданности, который я пока никак не могу оценить.
- И кое-что еще напрягает. Например, непонятный мне поступок главного злодея, – устало выдохнула я, качая головой и поглубже зарываясь в подушки- Зачем же он соврал? Зачем пытался меня выгораживать?
- Вы что-то сказали, госпожа? – тут же вскинулась горничная.
- Ничего…эм…
- Анна, госпожа.
- Точно. Анна. Ничего. Просто мысли вслух.
- Конечно, госпожа. Просто если Вы уже проснулись, то мисс Симона просила напомнить Вам, что в полдень мы ожидаем с визитом генерала Сарвира.
- А? Что? – вскинулась я- А... зачем он приедет? В смысле, что это очень кстати и я рада, но…
- Вчера, когда лекарь уже дал Вам укрепляющее средство и успокаивающий чай и Вы уснули, генерал выразил намерение заехать сегодня и справиться о Вашем здоровье, на правах Вашего спасителя, так сказать.
- Спасителя? – скептично выгнула я бровь- Он прямо так и сказал?
- Да! И его Сиятельство, граф Стоун без сомнений поддерживает это утверждение. Он выразил глубочайшую признательность генералу и сказал, что ваш дом всегда открыт для него.
- Естественно, – задумчиво кивнула я, разом окунаясь в воспоминания Мелиссы, наполненные ощущением безграничной отцовской любви и тепла.
- И еще Ваш батюшка сказал генералу, он окажет ему величайшую честь, если тот не преминет нанести визит, – закончила горничная- По этому поводу на кухню отдано особое распоряжение быть готовыми к полуденному чаю и праздничному обеду. Никто не знает, что предпочитает Его Сиятельство. Повар на ногах с рассвета!
- И который теперь час? – подозрительно покосилась я на яркое солнышко за окном.
- Одиннадцать, госпожа. После лечения Вы глубоко уснули и лекарь настоятельно рекомендовал не мешать Вашему организму как следует отдохнуть для восстановления.
- Вот же-шь, – почти матюкнулась я, сваливаясь с кровати, насмерть запутанная в многослойной просторной ночной сорочке- Анна, помоги же мне! У нас же почти нет времени!
«В двенадцать! Генерал сам приедет в двенадцать! Вот удача!»- внутренне ликовала я, напряженно вспоминая вчерашнюю встречу и позволяя служанке бесцеремонно вертеть меня во все нужные ей стороны, чтобы быстро и качественно упаковать меня в легкое платье цвета первой листвы, уложить мои темные локоны изящной короной и вдеть в уши маленькие, легкие сережки с хризолитом.
Во время моей транспортировки к карете он, пожалуй, не произнес и слова. И после, приняв предложение воспользоваться нашим экипажем, молча последовал за нами до самого дома.
Отец пытался, было, завязать непринужденную беседу по дороге домой. Но вскоре быстро сник, раздавленный обуревавшим его беспокойством. Компаньонка, твердо следуя этикету, молча замерла подле меня, уперев взгляд в проплывающие за окном виды. А сам генерал, кажется, и вовсе не планировал издать ни одного звука.
Полумрак ограниченного пространства словно мягко скрадывал пугающие уродства на его лице, оставляя освещенным лишь обращенную к окну здоровую половину. И будто бы наслаждаясь самой возможностью рождать страх в глазах оппонента, генерал выверенными и неотвратимыми движениями поворачивался шрамами к свету, позволяя во всей неприглядной красе оценить масштаб увечий. Я сидела молча, изо всех сил стискивая озябшие пальцы под полами накинутого на плечи генеральского кителя. Зубы упорно выбивали чечётку, убивая саму идею завести хоть мало-мальски связный разговор. Все, что мне оставалось, держать подбородок высоко задранным и смело встречать эти полные непонятного мне намека взгляды, отказываясь испуганно отводить глаза от выпячиваемых с таким удовольствием изъянов. Ловя на себе мои напряженные, излишне прямые взгляды, дракон отвечал скептично-насмешливым блеском льдисто-голубых глаз и едва различимой усмешкой, кривившей здоровый уголок его губ. Но все так же упорно молчал.
Казалось, дорога до дома Стоун будет и вовсе бесконечной. В любом случае, к концу поездки, я уже держалась на чистом упрямстве. А тяжелые взгляды генерала потеряли львиную долю своей провокационной злости и вовсю блестели неподдельным беспокойством. Настолько явным, что едва карета подкатила к парадному входу, мужчина без лишних слов снова сгреб меня в охапку и самолично отнес в недоступную простым смертным обитель девичьей невинности- то бишь, в мою спальню.
Слава Богу, что хотя бы сразу после этого, под аккомпанемент нервного оханья графа Стоуна, дракон покинул вверенные мне помещения, оставив мое замерзшее тело под опекой перепуганной компаньонки и суетящихся горничных.
Однако, как оказалось, сразу он не уехал. Его Сиятельство самолично дождался приезда лекаря, который после тщательного осмотра вынес вердикт, что кроме небольшого переохлаждения и пары ушибов, иного вреда моему здоровью он не наблюдает. И лишь после этого откланялся. Правда, оказывается, с обещанием вернуться.
А я-то уж успела расстроиться, не сумев придумать достойный повод встретиться с ним снова.
«Да уж. Пришлось бы писать благодарственные письма или умолять отца нанести визит вежливости»- послушно обтираясь влажным полотенцем, предложенным Анной, думала я- «Времени так мало. А других кандидатов все равно под рукой нет»
Тяжелый золотой медальон незримым напоминанием скользнул по груди, заставляя который раз взять его в руку и провести пальцем по насечкам, выведенным подле кольца-колбы, заполненного непонятной мне алой жидкостью.
Еще один день прошел. Еще меньше их осталось до отмеченной даты. А что потом? Куда я денусь, если не исполню возложенную миссию? Да и она ли была на меня возложена? Откуда эта внутренняя уверенность? А если все не так?
«Ладно. Обдумывать иные варианты все равно некогда. Значит, действуем по ранее отверженному плану. Мне нужен генерал. Он- мой единственный достойный кандидат на сегодняшний момент!»- без лишних экивоков, поставила я себя перед фактом- «Взглянем правде в глаза: да, он… не слишком привлекателен внешне. Эти шрамы пугают. Но чем это не плюс? Меньше конкуренция в борьбе за быстрое замужество. Думаю, он так же понимает, что вариантов у него с такими недостатками куда меньше, чем у других представителей высшего света. А, значит, мое предложение будет расценено с еще большим положительным окрасом. Кроме того, вчера он пошел на открытый конфликт с герцогом Арвелом! Правда, знать бы еще, почему. Если у него личные претензии к моему жениху- то это плюс. А если просто взыграло героическое начало, то… ох, понятия не имею, что «тогда».
Ровно в полдень, вместе с последним ударом больших часов в холле, в малую гостиную распахнулись высокие двери и мажордом вежливо сообщил, что прибыл Его Сиятельство генерал Сарвир. Словно по команде все повернулись к дверям и замерли, в разной степени ожидания.