"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 (СИ), стр. 570
— Чего ждешь? — Смит глумливо смотрел на Алекса. — Решил насладиться моментом? Торопись! Я так и так уже не жилец. У тебя пара минут всего, и я сдохну от потери крови!
Алекс опустил нож.
— Я не стану тебя убивать, — глухо проговорил он, — ты уже получил сполна.
— А ты жесток, Алекс Стил! — снова рассмеялся Смит — Даешь мне возможность помучаться перед смертью.
— Заткнись, — ответил Алекс и придвинул Смита ближе к огню, — хоть последние минуты побудь нормальным человеком.
— Это уже невозможно, — голос Смита дрогнул, — слишком много я совершил. Покаяться, что ли?
— Думаешь, сейчас самое время?
— Да! Именно сейчас! — горячо воскликнул Смит. — Сейчас! Сейчас! Раскаюсь во всех грехах!
— Знаешь, Смит, прошлого, конечно, не изменить, но принять его важно, особенно тебе, особенно сейчас. Хотя бы умрешь с чистой совестью.
Смит улыбнулся. Голова его склонилась, а затем и все его тело обмякло и завалилось на бок.
Алекс несколько минут смотрел на огонь. Гнева в груди больше не было. Лишь печаль и принятие. Он совсем недавно желал Смиту смерти, а вот теперь сожалел, о том, что не смог переубедить его, исправить, направить.
Алекс ножам принялся копать песок, отбрасывать его в сторону ладонями. Работа шла быстро и вскоре могила была готова — неглубокая, так что Алексу пришлось еще натаскать камней от скал и сложить из них небольшой холмик над могилой.
Алекс постоял несколько мгновений в тишине, затем сел на байк и завел мотор. Никаких надписей он поблизости не оставил — никто не будет знать, где эта могила и кто в ней похоронен. Алекс будет помнить. Всегда.
Дорога вилась дальше. Алекс не знал, как много времени он провел хороня Смита, но чувствовал, что рассвет уже близко. Восточный край неба из черного стал серым, а значит, солнце скоро поднимется над горизонтом.
Позади мотоцикла вился шлейф из пыли.
Городок был похож на Шестеренки, только менее разрушенный, менее пыльный. Городок казался даже уютным. Алекс сбавил скорость, затем и вовсе выключил двигатель и въехал в поселение на холостом ходу. Городок спал. Только в одном оке горел свет — хозяева то ли не ложились еще, то ли же встали.
Алекс подошел к светящемся окошку, понимая, что свет там горит неспроста.
Девушка стояла спиной к окну. Сердце Алекса дрогнуло. Это была Лира. Живая и здоровая. Алекс едва сдержал крик.
Комната была хорошо освещена. Алекс мог рассмотреть девушку во всех подробностях. Лира была такой же красивой, как и прежде. Разве что суровая сухость Пустоши исчезла из ее тела, движения стали более плавными, более женственными.
Он продолжил наблюдать за девушкой. В комнату вбежал мальчишка лет семи. В глазах мальчика стояли слезы. Следом за ним появился высокий широкоплечий мужчина с густой черной бородой.
Мужчина нежно обнял Лиру, которая подхватила мальчишку на руки и покрыла его зареванные щеки поцелуями.
Мальчишка быстро позабыл обиды и страхи и теперь счастливо улыбался.
Алекс почувствовал, что в его груди разрастается острый ком горечи. Он отошел от окна и присел на мотоцикл. Горечь внутри не проходила. Ему хотелось ворваться в дом, забрать Лиру с собой. Заявить на нее свои права! Алекс судорожно втянул ночной воздух.
— Доброй ночи тебе, путник, — услышал знакомый до боли голос Алекс, — что привело тебя к нашему дому?
Алекс поднял газа и встретился взглядом с Лирой. Девушка смотрела на него с улыбкой, но и с тревогой. Позади нее маячил бородач, сжимавший в руках тяжелую дубинку, а на крыльце дома замер, вытянув шею от любопытства, мальчишка.
— Меня привела дорога, — ответил Алекс, не зная, как вести себя дальше и что делать.
Алекс пытался уловить во взгляде Лиры хотя бы намек на узнавание. Однако, его не было. Лира смотрела на него, как на абсолютного незнакомца.
— Меня зовут Алекс, — наконец сумел хрипло ответить Алекс, — а еду я на восток.
— Я Лира, это мой муж Джонатан, — сказала девушка.
— Мне, наверное, лучше уйти.
— Никуда вы не пойдете, не испив воды! — воскликнула Лира.
Она подошла к колодцу посреди двора и набрала ведро воды. Она ловко перелила воду в кувшин с высоким горлышком и поднесла его Алексу.
— Спасибо, — прохрипел Алекс, и вправду чувствуя, что у него жутко пересохло в горле.
Джонатан продолжал смотреть на Алекса с подозрительностью.
Алекс внезапно почувствовал симпатию к бородачу. Он не пытался напугать Алекса. Просто всем своим видом показывал, что готов драться за свою семью с любым врагом.
Вода была прохладной и чистой, и очень вкусной. Алекс пил неторопливо, и с каждым глотком тугой узел в его груди становился слабее.
— Спасибо большое, — сказал Алекс передавая кувшин Лире, — теперь мне точно пора. Рад, что у тебя все хорошо и ты счастлива.
Лира всмотрелась в него.
— Мы раньше никогда не встречались? — спросила она после длительной паузы.
— Нет, — твердо ответил Алекс, — не в этой жизни.
Алекс вывел мотоцикл на дорогу и завел двигатель.
— Алекс! Алекс, домой! — услышал он крик Лиры и быстро обернулся. Мальчишка бежал через двор прямо к матери.
Алекс улыбнулся. Он принял свою боль, и это принятие превратило в боль в радость, печаль в легкую грусть.
Мотор снова заурчал, и Алекс набирая скорость помчался к рассвету.
Край неба начал розоветь. Алекс выжимал из мотоцикла все силы. Пейзаж вокруг него изменился. Пустошь пропала. Теперь по обе стороны дороги высились здания. Небоскребы, офисы, кафе быстрого питания — Алекс мчался по улицам родного города. Странно пустынным лицам.
Он сначала почувствовал, а потом лишь заметил еще одного байкера, что мчался по дороге, чуть отставая от Алекса.
Алекс обернулся. Предрассветные сумерки окрасили стены домов.
— Кто ты такой? — выкрикнул Алекс, не сбавляя скорости.
Фигура в шлеме, только лишь кивнула. Мотоциклы поравнялись. Алекса кольнуло ощущение узнавания. Фигура на мотоцикле показала Алексу большой палец.
— Отец? — Алекс от удивления чуть не выпустил руль. Его мотоцикл вильнул, но Алекс все же сумел удержать равновесие. — Куда мы едем? — закричал Алекс.
Вместо ответа мотоциклист указал куда-то вперед.
— Нет, — воскликнул Алекс, — к разлому? Тебе туда нельзя! Ты погибнешь!
Отец вместо ответа лишь покачал головой.
— Я не позволю тебе!
Началась безумная гонка по улицам города. Алекс старался оттеснить отца с назначенного маршрута. Однако тот был не менее великолепным гонщиком, чем его сын. Мотоциклы на бешенной скорости огибали препятствия, сметали со своего пути легкие столики летних кафе.
Наконец дорога вывела их из города, и они помчались к разлому. Тому самому месту, откуда Алекс впервые попал в Пустоши. Солнце показало первые лучи из-за горизонта.
— Я тебе не позволю! — снова закричал Алекс и выжал газ мотоцикла на максимум. Огромной черной пулей его мотоцикл помчался к разлому.
Мотоцикл отца остался позади. Алекс знал, то эту гонку он обязан выиграть и выиграет. Он вернется в Пустошь, станет ее хранителем. Отец остался теплым воспоминанием. Лира тоже теперь в прошлом, Смит и его козни позади. Алекс теперь будет жить настоящим.
Пропасть приближалась стремительно. Первый рассветный луч вырвался из-за горизонта. Алекс мчался ему навстречу, растворяясь в солнечном свете. Асфальт под колесами закончился, мотоцикл взмыл в воздух. Алекс зажмурился от яркого света. Он растворился в нем и стал Хранителем Пустоши.
Глава 22. Новый рассвет
После грома сражения в Пустоши наступила тишина. Казалось даже ветер затих и спрятался среди камней и барханов, боясь нарушить эту хрупкую тишину. Она длилась всего несколько ударов сердца, но для тех, кто стоял на бастионах Вольного города, затаив дыхание, она растянулась в вечность. Они смотрели на горизонт, где еще мгновение назад бушевала буря из энергии и тьмы, а теперь царила непонятная, чистая пустота. Эта пустота была подобна чистому холсту после завершенной картины, дыханию перед новым словом, мгновению между сном и пробуждением, когда мир еще не обрел формы, но уже наполнен потенциалом.