"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 (СИ), стр. 257
Я заторможено следила за движениями его широких плеч и пыталась представить, как отреагирует Вескуларий и его супруга на мои крики о помощи. В том, что она мне скоро понадобится, почти не сомневалась.
Видимо, Борат почувствовал мое волнение, потому что расправил спину и потянулся, обернувшись.
– Я сказал, что ты со мной, и мы ляжем вместе. Кордия давно присматривает мне порядочную женщину для создания семьи, ее забота становится навязчивой, и дядя не отстает. Пусть же оставят хлопоты, все равно я пока не собираюсь жениться. А тебя прошу помалкивать, Валия. Если ты, конечно, так сможешь.
– И чтобы успокоить родных, ты сейчас предлагаешь нам спать в обнимку? – немедленно возмутилась я.
Борат развел руками, будто в недоумении, потом шумно выдохнул.
– Я такого не говорил, это твое предложение, но мне нравится.
Захотелось его чем-нибудь огреть, спихнуть с кровати и выпроводить за дверь, а потом подпереть ее сундуком. А-а-а… дверей-то здесь нет и в помине. Я уселась поудобнее и приняла самый воинственный вид. Борат посмотрел на меня с интересом, а потом нагнулся, чтобы снять вторую сандалию.
Надо же было мне так нелепо попасться!
Глава 23. Почти бессонная ночь
Занавеси колыхнулись, – безмолвной тенью в комнату вошла рабыня. Она поставила у ног Бората миску с водой, а потом присела на колени. Мне было неловко смотреть, как пожилая женщина моет солдату ноги, а потом вытирает их тряпицей, он и сам мог отлично справиться.
Наконец мы остались одни, и когда Борат принялся стаскивать через голову тунику, я решила прояснить ситуацию до конца.
– Если полезешь ко мне – заору на весь дом, сюда сбегутся даже вигилы-пожарники!
Он прочистил горло негромким кашлем и заявил, что собирается просто лечь спать. Так я и поверила. Но Борат и в самом деле выдернул из-под меня покрывало, а потом растянулся на постели со стонами удовольствия.
– Здесь так спокойно… Я всегда отдыхаю душой и телом. А ты всю ночь будешь сидеть, сжавшись в уголке? Ну, дело твое. Погаси-ка светильник, нечего ему гореть зря, масло дорого.
Пришлось перелезать через его длинные ноги и топать к столу. Вот сейчас я потушу свет, и Борат накинется на меня. Но я думаю об этом без страха, а со странным волнением. Может, ошибаюсь, накручиваю себя, и он собирается только спать? Мы оба устали.
– Валия, хватит трястись, ложись рядом, я не трону тебя. Если сама не захочешь…
– Обещаешь? – оживилась я. – Поклянись Юпитером Громовержцем.
Со стороны кровати раздался сдавленный смешок.
– Клянусь всеми его молниями!
– Нет, ты конкретно, конкретно скажи – произнеси его имя вслух! – настаивала я, чувствуя некоторое облегчение и в то же время небывалый азарт.
Кровать заскрипела и затряслась, кажется, Борат беззвучно смеялся. А я готова была заплакать. Он мне нравится как мужчина. Он меня заводит.
Мое тело реагирует на его голос даже вопреки разуму. И сейчас мне предстоит лечь с ним рядом и притворяться спящей. О все боги Рима! Да не могу же я в самом деле разрешить себе любовную авантюру в далеком прошлом, пойти на поводу своих физических желаний.
Могут быть серьезные последствия. И не хочу я потом пить горькую отраву Мелины, препятствующую зачатию, тем более, может быть уже поздно. И если уж так получится, ребенку вредить не хочу… Ого! Вот уже куда меня фантазии завели.
– Валия! Что ты там делаешь в темноте? Я поклялся римским пантеоном, а ты все не идешь. Могу перечислить греческих богов и даже парочку германских припомнить. Варвары бежали на нас с криками «Ти-ва-аз!». Это их бог войны. А мы только плотнее сжимали ряды и крепче упирались калигами в землю, прикрываясь щитами.
– Сколько страшных историй ты знаешь!
– Иди сюда, может, и расскажу.
Я еще немного поколебалась, а потом решительно сняла платье и распустила узел на затылке.
– Как темно все-таки… до сих пор глаза не привыкли. И почему окошечко такое маленькое у самого потолка…
– Иди на мой голос.
– Помни свои обещания! И вообще, подвинься к стене, а я лягу с краю.
– Сколько с тобой хлопот, женщина!
– Я не рассчитывала на совместную ночевку!
– Кордия уступила нам свой кубикулюм, я очень ей благодарен.
– А ты раньше сюда подружку приводил?
– Никогда. И зачем же? Это приличный дом.
Я немного отодвинула покрывало с лица и даже приподнялась на локте, вглядываясь в мужской силуэт по соседству.
– Что ты хочешь сказать?
Борат немного подумал.
– Гм… ну… те женщины, с которыми я обычно имел дело… ненадолго… их же сюда не приведешь.
– Ты шлюх имеешь в виду?
Борат недовольно засопел.
– Они зарабатываю на жизнь, как умеют. Не всем же удается попасть во дворец, Валия. Не всем везет иметь сходство с любимой сестрой императора.
Вот так пристыдил, я обиженно отвернулась, пытаясь сильнее закутаться в тонкое полотнище. Борат заботливо поправил ткань у меня за спиной.
– Отдыхай, птичка. Да укройся получше, а то как бы тебе не замерзнуть под одеялом… в такую-то жару.
– Доброй ночи и тебе!
– Хорош-о-о бы… – тоскливо протянул он.
И ведь я могла бы промолчать, сделать вид, что засыпаю. Но опять захотелось узнать, что происходит сейчас в его голове. А еще оказалось, что заснуть укрытой до самых глаз весьма трудно.
– А что же не хорошо-то?
Тут Бората понесло, и ведь не поймешь, добродушно ворчит или всерьез негодует:
– Это ты можешь спать спокойно! А мне каково? Член будто каменный стал, едва я сюда поднялся! И никак не успокоится. Я даже проклятых германцев вспомнил, их косматые головы, насаженные на пики, и тот день, когда мы нашли разорванное конями тело Тарбия… Но сейчас ты рядом, и я ни о чем другом думать не могу. А тебе все равно, что я промучаюсь полночи! Вырвала у меня эти глупые клятвы, болтушка!
– Не ори, ты всех перебудишь! Позорище!
Уже не замечая съехавшего одеяла, я зажала ему рот рукой, и он сердито что-то промычал:
– М-м-н-м…
– Ты сам виноват! Я к тебе в постель не напрашивалась. Я сейчас пойду вниз и где-то устроюсь… Фира подскажет, да хотя бы на кухне.
Он легко отодвинул мою ладонь со своего лица и хрипло ответил:
– Почему ты все время хочешь от меня сбежать? Ты солгала про мужа, Валия, ты не любишь его, тут дело в чем-то другом. Я для тебя слишком беден или стар, скажи прямо. Катон обещал одного из своих слуг?
– Нет, все не то, не то… Это объяснить сложно, долго… Ты мне нравишься, но я не могу быть ближе. Пока не могу, но, может, когда-нибудь потом… подожди…
– Год я не выдержу, у меня член в деревяшку превратится или в каменный столб.
– Лишь бы не такой огромный, как там на улице!
Я сама не поняла, как оказалась в его руках. Сначала он целовал меня, держа над собой, гладил мои голые плечи и спину, на мгновение замер, наткнувшись на трусики, потом забрался ладонями под них и довольно ощутимо сжал ягодицы. Он силищу свою не соразмерял, у меня точно останутся синяки, но не было даже мысли протестовать. Я попросту взмокла. И только слабо пискнула, когда он резко опустил меня на постель и оказался сверху.
Это был яркий, волшебный сон-безумие, внизу живота у меня все пульсировало и горело, а Борат продолжал яростно целовать в губы, засасывал кожу на подбородке и шее, переместился ниже на грудь, стал втягивать в рот напряженные соски.
Я всхлипывала и ерзала под ним, изнемогая от желания, уже ничего не стеснялась, сама приподнимаясь навстречу, отвечала на поцелуи.
Он был такой тяжелый, но и это мне нравилось… Я обхватила его бедра коленями и, кажется, вцепилась ногтями в спину. Его большое, горячее, влажное тело то накрывало меня, то давало короткую свободу. А я задыхалась от восторга.
Как это прекрасно – чувствовать внутри себя упругий мужской член подходящих размеров. Или я сейчас настолько мокрая, что все получилось легко, как по маслу. Там, в термах Фурия со страху его фаллос показался довольно большим.