Ревизор: возвращение в СССР 64 (СИ), стр. 35

Тору-сан, буду признателен, если вы поможете наладить все необходимые контакты с советским Министерством культуры. Продумайте там хорошо схему дарения этих видеодвоек от нашего уважаемого спонсора! Хотелось бы, конечно, чтобы это как-то было и в советской прессе отмечено. Лучше всего по газетной линии. А то телевидение тоже неплохо, но для отчета спонсору лучше все же что-то материальное приложить, к примеру, статью газетную, в которой освещалось это событие. А то просто строчка в отчете про то, что на телевидении показали сюжет, выглядит не настолько убедительно.

А президенту корпорации, как вы прекрасно понимаете, важен не только акт дарения, но и впечатление, что он может произвести на потенциальных потребителей продукции корпорации. Мало ли, однажды корпорация «JVC» будет на советском рынке свою продукцию сбывать. Если уже не сбывает. К сожалению, я, как человек культуры, об этом не в курсе.

Японский посол, конечно, в этом, в отличие от него, прекрасно разбирался. Хмыкнул про себя, услышав про продажи японских видеомагнитофонов в СССР. Прекрасно знал, как в СССР относятся органы власти в целом к видеомагнитофонам. Очень подозрительно, и цены на них, само собой разумеется, большие. Вряд ли корпорация «JVC» за счет этого подарка себе круг потребителей серьезно расширит, если на это рассчитывает. Да и как переводить советские рубли в йены потом?

Но директору театра он этого не стал говорить. Тот же неслучайно сказал, что он, как человек культуры, в этом не разбирается. Это намек на то, что он и не хочет разбираться на самом деле. Не его это совсем профиль. Так что нет никакой необходимости что-то ему по этому поводу прояснять.

И тем более, не стоит говорить про тщетность его рекламных усилий на советском рынке уважаемому президенту корпорации «JVC» Мацуи-сану, которого он тоже прекрасно знал. А то мало ли передумает с подарком советским актерам…

А ведь посол тут же сообразил, что для него это уникальная возможность. И Ивлева посильнее к Японии авось за счет этого щедрого подарка получится привязать, да и дополнительный шанс о чем-то с ним поговорить может представиться…

Да, очень удачно вышло, что этот подарок будет вручаться от японского спонсора не только самому Ивлеву, но и актерам и администраторам, задействованным в той поездке. Никакой подозрительности со стороны советского КГБ это точно не вызовет.

– Может быть, – попытался подсказать ему директор Токийского театра, – предложить Советскому министерству культуры организовать вручение подарков прямо у них в министерстве?

А вот это посла уже не устраивало. Там все же не своя привычная территория, где все можно организовать так, чтобы с тем же самым Ивлевым при удаче и приватно пообщаться. Там полно будет советских чиновников.

Так что он поспешно сказал:

– Вы знаете, Кога-сан, мне кажется, что гораздо более выигрышно будет, если мы пригласим чиновников из советского Минкульта в посольство. Как и всех из театра «Ромэн», кому будет вручаться подарок. Все же посольство – это территория Японии. В этом будет определенная высокая символика.

– Ну да, вам, наверное, виднее, – неуверенно ответил директор.

Посол понял, что какой-то особой символики он во вручении подарков именно на территории посольства для себя не усмотрел. Но главное, что Кога-сан не возражает.

Положив трубку, посол улыбнулся. Ну что же. Прекрасные новости.

Случайно, конечно, так вышло, но эта ситуация позволит дополнительно с Ивлевым пообщаться и укрепить его интерес к Японии. Такой перспективный аналитик должен иметь дополнительные поводы для того, чтобы быть расположенным к Японии.

И только немного ему стыдно было за то, что он сам промашку сделал. Это же ему нужно было сообразить что-то вот такое самому организовать, с подарками от японского спонсора.

Что ему стоило трубку снять и в одну из японских корпораций позвонить? Знакомых у него полно, которые бы ему в такой просьбе не отказали.

Тем более, что у каждой корпорации, серьезно занимающейся экспортом, есть внушительный рекламный бюджет, в рамках которого можно такие подарки дарить.

Да, сплоховал он, но ничего. Удача тоже не каждому улыбается, давая возможность собственную ошибку исправить.

Впрочем, об этом он недолго думал. Надо договорённость с директором Токийского театра выполнять.

Нажав на кнопку селектора, он велел помощнику соединить его с заместителем министра иностранных дел СССР, который курирует отношения с Японией. Прежде чем звонить в советское Министерство культуры, ему нужно по правилам дипломатической вежливости об этом с представителем МИД переговорить. И вполне может быть, что тот напрямую его с нужным чиновником в советском Министерстве культуры и свяжет.

Так оно точно будет быстрее, чем если он позвонит в Министерство культуры, и те начнут по своим каналам выяснять, что по этому поводу думает советский МИД…

***

Италия, Рим

Вторая встреча с главой итальянской контрразведки заняла у Тарека значительно больше времени, чем первая. Итальянец долго расспрашивал его о его политических взглядах.

Тарек честно сказал, что особых политических взглядов у него не имеется. Ему просто хочется, чтобы страна, в которой он решил серьезно обосноваться и в которую вложил много денег, чувствовала себя как можно лучше. И его устроит любая вменяемая политическая сила, которая, испытывая уважение к крупному бизнесу, в отличие от каких-нибудь атеистов или коммунистов, будет вести Италию в новый путь к процветанию.

Поговорили также о ситуации в Ливане. Тарек сразу сообразил, что итальянец решил разжиться какой-то полезной информацией о его родной стране. Он без проблем ответил на некоторые вопросы о самых влиятельных политических силах, честно предупредив, что сильно в политику в Ливане вовлечен не был, а последние пару лет вообще следил за ней из рук вон плохо из-за переезда в Италию. Знает только, что ситуация только ухудшается с каждым месяцем.

Сказал, что с его точки зрения Ливан очень близок к гражданской войне.

Эта информация уже всерьез заинтересовала итальянца. А Тарек подумал, что в принципе ничего плохого в этом нет. Пусть Италия, не самая богатая из стран Европы, будет иметь эту информацию, которой с ней поделился Павел Ивлев. И которая, к сожалению, с каждым месяцем приобретала все большую актуальность. Ничего эта информированность не изменит для Ливана ни к худшему, ни к лучшему. Просто когда Ливан окажется в пламени гражданской войны, этот итальянский полковник будет признателен ему за то, что он дал совершенно объективный прогноз по стране, только и всего.

Попытался глава контрразведки расспросить его также о политике в двух других странах – Франции и СССР, обосновав свой интерес тем, что во Франции у него живет старший сын, а из Советского Союза прибыла его невестка.

Тарек такой заход оценил. Ясно, что сам он ничего такого своему собеседнику не рассказывал. Это тот так демонстрирует, что о нем и его семействе кое-какую информацию собрал. А может, еще и хочет посмотреть, как он на такие его действия отреагирует.

Ну что же, он совершенно хладнокровно отреагировал. Так что если итальянец рассчитывал, что он в какое-то смятение придет, то сильно просчитался.

Безмятежно улыбнувшись, Тарек честно сознался в своем полном невежестве по ситуации в этих двух странах. Сказал, что в СССР был всего пару раз. Приезжал проведать сына, когда тот там учился. А невестка его вообще аполитична, в политике СССР не разбирается. И никогда эти вопросы вообще сама не поднимает. То же самое касается его старшего сына в Париже. Он просто поддерживает деятельность двух филиалов. Один связан с торговлей ливанскими фруктами. А другой – с новым производством телескопических тростей для людей с проблемами со здоровьем.

Полковник вроде как нормально его ответ воспринял, заинтересовался только этой тростью. Сказал, что у него тесть сильно хромает. И попросил при возможности передать ему для теста одну из этих телескопических тростей, признавшись, что никогда ни о чем подобном раньше не слышал.