Психо Звери (ЛП), стр. 87
— Ты понятия не имеешь, как устроен этот город, — бросил тот, у кого ствол был направлен на голову Джесс.
Под глазом у него красовался синяк, а лицо Джесс покрывали сплошные ссадины. Она дала им отпор.
«Приготовься. Она долго его не удержит.»
Тонкая струйка крови Люсинды переползла на ствол пистолета и исчезла в ладони мужчины.
Она прошептала что-то себе под нос.
Все произошло одновременно.
Глаза Люсинды вспыхнули ярко-красным, и зараженный ею Черный Волк резко взмахнул рукой влево и открыл огонь.
Он моргнул от осознания происходящего, когда его пуля пробила мозги двум собственным связанных, державших под прицелом Джалу и Джесс.
«ВАЛИ ОСТАЛЬНЫХ ДВОИХ.»
Я воспользовалась моментом.
Хлоп.
Хлоп.
Братья Ортега вскинули оружие, подчиняясь моей крови. Дымные синие дырки возникли у них во лбах.
Трое волков рухнули на пол. Волк, которого подчинила Люсинда, только что прикончил двух своих связанных. А потом я прикончила его самого.
Джесс схватила Джалу с Люсиндой, швырнул их себе за спину, и девчонки бросились прочь от трупов.
Выстоял лишь один волк.
Главарь.
Пуля, пущенная по моему приказу одним из братьев в его сторону, застряла в мерцающей сфере синего света, окружившей его и Джинкс кругом.
«Зачарованное защитное устройство — щит.»
«Чертовски дорогое и редкое.»
Прячась за ним, он прижал дуло к голове Джинкс и стал пятиться назад; щит двигался вместе с ним.
Она — его единственная разменная монета. Он ее не убьет.
Огонь.
Братья Ортега открыли пальбу, сотни пуль впились в силовой щит. Ни одна не пробила защиту.
«Через щит не пробиться.»
Голос очевидность.
— Ксеркс пойдет со мной за эту дверь, — прорычал волк, пятясь к двери в стене. — Кто попытается пойти следом — уложу ее на месте. Мой щит выдержит, а вы до меня не добраться. Мне больше нечего терять.
Он продолжал вдавливать ствол ей в висок.
Не давайте ему уйти. Ее живой не вернете.
— Стоять! — рявкнул Джакс альфа-голосом, и волк на мгновение замер.
Однако тот оказался крепким орешком: быстро стряхнув воздействие, он вцепился в дверную ручку.
Ксеркс подался вперед, собираясь следовать за ними.
«НЕ ДОПУСКАЙТИ, ЧТОБЫ ОН ВЫШЕЛ ИЗ КОМНАТЫ С НЕЙ.»
Пули бессильно царапали щит.
Женщина под потолком продолжала петь свою песню.
Джакс взревел и обернулся медведем. Он принялся молотить по щиту, но безрезультатно.
Ашер сбросил человеческий облик, превратившись в дьявольского барана, и впечатался в преграду с разбегу. Но та даже не качнулась.
Теневые змеи Кобры с грохотом обрушились на мерцающие синие чары, но пробить их так же не смогли, как и пули.
Волк ухмыльнулся, поворачивая ручку:
— Вам не пробить защиту. Она заперта здесь со мной. Никому не войти.
Джинкс снисходительно ухмыльнулась здоровяку.
— Нет, — спокойно произнесла она.
Выражение ее темных глаз было пугающим.
Джинкс улыбнулась.
— Это тебе не выбраться.
Челюсть Джинкс неестественно широко раздвинулась, и она закричала так же, как в первый день нашей встречи с Доном:
— Замри!
Все замерли.
За щитом ствол оружия волка застыл там, где мгновение назад стояла Джинкс.
Та улыбнулась и бросила хорьку:
— Фас, малыш, — присев на корточки и аккуратно опуская животное на пол.
Хорька передернуло.
Он обернулся мужчиной.
Мгновение спустя перед ними вырос огромный нагой воин с переливающейся кожей, возвышавшийся над волком-перевертышем.
Действие приказа Джинкс развеялось, и главарь вскинул автомат на незваного гостя, сам начиная обращаться в волка.
Но мускулистый воин с лихвой заполнил все пространство внутри помещения.
Даже наполовину обращенный волк не имел ни шанса.
Воин с хрустом выломал волку руку, впечатал кулак в глотку и выбил колени. Затем резким движением бицепсов свернул волку шею, подобрал автомат и всадил в него целую очередь пуль прямо в голову и грудь. На все ушла доля секунды. Напоследок воин смачно растоптал серебряное устройство, висевшую у волка на поясе.
Сияющий синий щит лопнул и исчез.
Воин тяжело дышал от ярости. Его темные глаза полыхали, черные волосы сбились в колтуны, обнаженное тело было забрызгано кровью. Его узел и сладковатый запах лакрицы выдавали с головой.
Перед нами стоял еще один замаскированный омега.
На правом бедре красовалась татуировка: «LOYALTY».
Хорек оказался мужиком.
Я была права: Дон подослал шпиона.
Джинкс шлепнула воина по руке в знак приветствия.
Чуть в стороне Люсинда смотрела на меня во все глаза, а по щекам катились слезы.
Угроза ликвидирована.
Я отключила оцепенение.
ГЛАВА 43: СЭДИ
СМЕРТЬ
Горе нахлынуло бесконечными волнами, пока мы ехали обратно в особняк.
Все молчали.
Омега представился Уорреном после того, как Джакс избил его до крови за то, что он оказался извращенным хорьком. Теперь Уоррен сидел рядом с Коброй, который держал его за загривок своей усыпанной драгоценностями рукой мертвой хваткой.
Уоррен выглядел раскаявшимся, а на бедрах у него была повязана толстовка Люсинды, чтобы хоть как-то прикрыть срам.
— Я с самого начала знал, кто он, когда Дон отдал его мне, и он всегда вел себя уважительно. Он выходил из комнаты, когда мы переодевались. Ничего странного не было, — оправдывалась Джинкс, пока мужчины вколачивали кулаки в живот Уоррена.
Ее никто не слушал.
Теперь мы ехали в тишине.
Правда висела у нас на шее петлей.
Аран и Уолтер были мертвы.
В животе и груди жгло так, будто меня выпотрошили, дышалось с трудом. Мы возвращались в особняк.
К их телам.
Единственное, что удерживало меня от окончательного помутнения рассудка, — это пятеро братьев, которые мучительно теснились на заднем сидении, сваленные друг на друга.
Я все еще контролировала их.
Мы решили, что это самый надежный способ держать их в узде, ведь кто знает, какие зачарованные устройства были при них, как у тех волков. Рисковать мы не могли.
По моему лицу катился пот, каждый мускул в теле горел.
Бал был назначен на вечер, а ночь как раз сменялась серым утром. Да и кто вообще знал, прошли ли мы третье испытание? Было ли оно вообще изначально?
Все вокруг смердело предательством и саботажем.
Сплошная грандиозная подстава.
Я дышала сквозь боль. Люсинда сжимала мою руку своей, ее располосованная рука все еще кровоточила, а глаза расширились от шока.
Дон предупреждал нас, что этот мир жесток.
Но он оказался куда хуже, чем я могла себе представить.
Когда машина остановилась, я потащила братьев Ортега за собой сквозь дождь, но у входа замерла.
Входная дверь была усыпана пулевыми отверстиями, а узорчатое стекло по бокам выбито напрочь. Осколки хрустели под ногами.
Я не могла потерять Аран.
Я не смогла бы со всем этим справиться без нее.
Ни за что.
Мои руки тряслись так сильно, что я не могла повернуть дверную ручку. Никто не рвался открыть ее, и мы все стояли на крыльце, не в силах встретиться лицом к лицу с правдой.
В конце концов вперед вышел Ксеркс и толкнул ее.
Кровь была везде.
В прихожей воняло смертью.
Аран лежала поверх Уолтера, словно пыталась прикрыть его своим телом, и оба они были изрешечены пулями.
Такое пережить было невозможно.
Меня согнуло пополам, и желчь выплеснулась на забрызганный кровью мрамор. Люсинда и Джала присоединились ко мне. Джесс рухнула на пол.
Ксеркс отступил назад.
Уоррен застыл в дверях, с ужасом глядя на эту картину.
Альфы не двигались.
Мои ноги подкосились, и я рухнула на колени. Братья Ортега повторили мое движение, подчиняясь моей силе, все еще державшей их в узде.