Губернатор мусорного острова 3 (СИ), стр. 36

Глава 26

Размещение уже прибывших войск спихнули на меня, и если бы не помощь Авроры и Кармины, войска ночевали бы наверное на пляже среди мусорных куч. А войска мало разместить, их нужно обеспечить пропитанием, удобствами и всякими ресурсами. Одного только дизтоплива затребовали столько, что я схватился за голову.

Особенно много горючки жрали танки. При этом я совершенно не понимаю, зачем в Крыму танки? Для морских сражений они не нужны, а сухопутных операций не предвидится. Я велел загнать танки в скверик за зданием депутатских собраний и там пока зачехлить, чтобы они, во-первых, не жрали дизтопливо, а, во-вторых, не добивали своими гусеницами жидкий Крымский асфальт.

Береговые орудия отправил к берегу. Им, судя по названию, в Симферополе тоже делать нечего, поскольку Симферополь расположен не на берегу, а в глубине острова. Основной контингент отправился вслед за орудиями. Японских и британских пограничников надо кому-то выселять с насиженных мест. Пусть военные этим и займутся, заодно заберут себе их казармы, будет, где ночевать.

На вопрос Авроры, где тогда будут ночевать японские и британские солдаты, ответил, что это не мои проблемы. Срок договора истек. В санаторий заселяется следующая смена. Надо было самим озаботиться. Пусть скажут спасибо русскому гостеприимству, что их выперли не в двенадцать дня, как в обычной гостинице, а дали прокантоваться до вечера.

Потренировавшись на войсках, с размещением прибывших на Дженерал Моторсе Аристотеля, дядя Гриши и Ксюши Витальевны справился играючи, предоставив им по комнате здесь же в резиденции. Потом еще пришлось проводить два совещания: одно с военным руководством, второе со своими штатскими замами. Губернаторство оказалось делом хлопотным.

Спать ушел в третьем часу ночи и спал на новом месте с непривычки неспокойно, но в семь утра пришлось просыпаться, потому что кто-то уже стучался в дверь моей новой спальни. Как выяснилось, это была Ксюша Витальевна, притащившая на подносе кофейник, булочки и масло. Несмотря на раннее время, она была на шпильках при параде и в боевом раскрасе безупречного макияжа.

— Шеф, я вам завтрак принесла, — доложила она, прищелкнув по-военному каблучками.

— Спасибо… Ксюша Витальевна, но боюсь присутствие в моей спальне для вас небезопасно. Вчера император предложил мне в жены на выбор сразу двух дочерей, обе находятся в этом здании и обе дамы резкие, имеют майорские звания в спецслужбах.

По-мышиному пискнув, Ксюша Витальевна поставила поднос на столик и выбежала за дверь.

Я решил, что еще не настолько обаристократился, чтобы завтракать булочками, не вставая с постели. Встал, умылся и привел себя в порядок. Моя одежда, доставленная Малым, висела на спинке стула в спальне и, по-моему, даже была выглажена. Кто ее отутюжил, занес и развесил, для меня осталось загадкой.

Кофе так и не попил, потому что остывший кофе стал невкусным. Спустился с третьего этажа на первый в обеденный зал, где обнаружил Аристотеля, дядю Гришу и Аврору с Карминой.

— А где же Василий Николаевич? — поинтересовался я.

— Отбыл на материк еще ночью, — ответила Аврора, — Вик, садись завтракать.

Однако и теперь попить кофе нормально не вышло. Сперва позвонил Минамото, сообщивший, что японская сторона подтверждает приверженность курса на мирные договорённости, а так же готова начать переговоры по условиям выгрузки мусора на Крымское побережье.

Не успел я порадоваться хорошему началу дня, как позвонил Кайман и в свою очередь также заявил о готовности к переговорам. И вот тут я напрягся, потому что любому школьнику, мало-мальски знающему историю, известно, что если янки с такой легкостью соглашаются на переговоры, значит готовят внезапный удар в спину.

Опасения были подтверждены следующим телефонным звонком. Командир артиллерийского берегового дивизиона доложил, что к нашему побережью движется британский военный флот. Я велел готовиться к отражению атаки с моря.

— Вик, у тебя кофе остывает, — заметила Аврора, когда я убрал трубку в карман.

— Боюсь, пока не до кофе. Бритиша решили не давать времени на развёртывание наших сил и ударить сразу… мне надо ехать в город.

Аврора и Кармина, не спрашивая моего мнения, тоже засобирались. Втроем мы сели в машину Малого, который в отличие от нас успел позавтракать и присутствовал на рабочем месте, то есть за баранкой.

— Куда?

— В город.

Малой завёл двигатель и погнал машину по утреннему Симферополю. Ночь не принесла прохлады, но хотя бы дневное пекло еще не наступило. Я открыл окошко.

— Вик, кофе будешь? — Аврора протянула мне с заднего сидения термос.

— Как мило, — прокомментировала Кармина, — Успела запастись кофе.

Я в очередной раз отметил ее дружелюбный настрой в отношении Авроры. Налив кофе в колпачок-стаканчик, галантно протянул его Кармине. Кармина взяла, благодарно кивнув. Определенно они сблизились и перестали меня делить… по крайней мере при мне.

К началу военных действий мы все-таки опоздали. Еще на подъезде к городу услышал звуки канонады. Но уже через несколько минут грохот выстрелов внезапно смолк. Я достал мобилу и набрал номер командующего артиллерией. Он принял звонок после третьего гудка.

— Командующий береговой охраны на связи, — услышал я бодрый голос.

— Как обстановка? — нервно спросил я.

— Бритиша не знали, что мы успели развернуться, — доложил командующий, — Хотели нас покошмарить, но получили по зубам.

— Вы их потопили? — уточнил я с надеждой в голосе.

— Не потопили, но пробоин наделали. Они отошли в открытое море.

— Где вы находитесь?

— Лично я нахожусь на маяке.

Я сбросил звонок и велел Малому ехать к маяку.

Через десять минут мы подъехали к берегу и поднялись на маяк, на площадке которого командующий обозревал горизонт в подзорную трубу.

— Как думаете, они больше не сунутся? — задал я по всей видимости дилетантский вопрос.

— Сунутся, конечно, — ответил командующий, не отнимая подзорной трубы от глаза, — Сейчас флагмана подгонят и будут лупить по нам из главного калибра с безопасного расстояния.

— Вы так говорите, как будто это какая-то мелочь.

— Не мелочь, конечно, — командир все-таки опустил трубу и повернулся ко мне, — Но хотя бы не из всех стволов будут лупить.

— И чего они добиваются? Военная цель какая?

— Да какая тут военная цель? — удивился командир, — Я же говорю, покошмарить хотят.

— Понятно. Надеются улучшить свои переговорные позиции, — сообразил я, — Расскажите подробности.

Командир рассказал, что рано утром около пяти часов причалил британский транспортник, и поначалу все было тихо-мирно. Бритиша вежливо улыбались и грузили в транспортник своих погранцов. Старались забрать все, что могли. Аппаратуру, оборудование, даже свои любимые джипы.

То, что загрузить не могли, портили. Разбили свои грузовики, поколотили утварь и бытовую электронику. Лишь бы нам ничего ценного не оставить. Командир велел своим парням вандализму не препятствовать. Бритиша были в своем праве.

— Транспортник забрал все, что мог, и отошел от берега. И когда он скрылся, начали подтягиваться боевые посудины. Я сразу позвонил вам. Вы приказали готовиться к бою, — закончил рассказ командир, — Вы знали планы бритишей?

— Я не знал планов бритишей, но я знаю самих бритишей, — пояснил я.

— А-а, понятно, — протянул командир, посмотрев на меня с уважением, — Мы их ждали с заряженными пушками. Как только они начали стрелять, сразу открыли ответный огонь.

— Вы молодцы, — похвалил я, — Оперативно срабо…

Конец фразы потонул в грохоте выстрела. Бритиша шмальнули из главного калибра. Какая-то береговая постройка разлетелась в щепки. Я согласился с командиром, что никакого военного смысла в этой стрельбе нет. Стреляют издалека по берегу, который преимущественно представляет собою мусорку.

Единственное, чего добиваются бритиша, — это действуют на нервы. Они раздолбали пару заваленных мусором складов Крымского химкомбината, и я сомневаюсь, что ценность складов вместе с содержимым превышает стоимость потраченного боеприпаса. Если они думают, что таким образом сделают меня сговорчивей при обсуждении нового «мусорного договора», то они сильно ошибаются.