Фальшивая помощница королевского детектива (СИ), стр. 25

- Ты до конца практики перестаешь высказывать свое мнение и молча за мной записываешь, - улыбнулся сыщик хитрющей, с внутренним подтекстом, улыбкой.

- Хорошо, - согласилась Милочка. – Но мнение на счет плова должно быть не только твоим, а массовым, авторитетным. А то ты чисто из вредности можешь сказать, что не вкусно, - при этом подумала «фигушки, красавчик, не на ту нарвался». – Так что решаем большинством голосов. Идет?

- Хм-м… - хмыкнуло начальство и задумалось. – Я бы не стал врать, - вроде даже обиделось.

- А если понравится, то ты выполняешь одно мое желание.

Ничего другого Милочке в голову не пришло. А с другой стороны, круто же, если Статанори что-то сделает для нее. Хоть бы ерунду какую – подпрыгнет, например, на одной ноге десять раз. Был такой вариант, но показался чересчур глупым. Или станцует «Лезгинку» перед Департаментом магии. Асса! Или в одних трусах… В общем, время на подумать будет.

- Желание… Это слишком… Это такое… А если тебе взбредет луну с неба достать? Я что буду делать? – Статанори пустился в крайность, чего и следовало ожидать.

- Будешь доставать, - хихикнула Милочка.

- Не, ну это ни в какие ворота.

- Да брось ты. Будет вполне реальное желание. Выполнимое.

- Нет. Спорить на желание не буду.

- Струсил? Да? Ага-ага.

- Ш-шш, - зашипел сыщик словно закипающий чайник. – Ладно. Будет тебе желание. Но учти…

Договорить не успел. Внезапно перед ним материализовалось нечто и брякнулось на стол с булькающим звуком. Будто жаба. Но не жаба.

Глава 10. Мила берет в руки… «это»

Оказалось, что плюхнулся мячик размера теннисного, с виду резиновый, прозрачный, желтоватого оттенка, а может силиконовый, который мгновенно прилип к столешнице, создав на ней полусферу. Немного поболтался как желе и лопнул со звуком мыльного пузыря, обнажив внутренности в виде листка, на котором было что-то накарябано синими чернилами.

Милочка с любопытством вытянула шею и на цыпочках, стараясь не шуметь, медленно пошла к сыщику, чтобы разглядеть, что написано, но не успела. Статанори накрыл запись ладонью и сжал, уничтожая бумагу, которая на глазах превратилась в пепел, а тот в свою очередь растворился в воздухе, будто его и не было.

- Любовная записка? – презрительно хмыкнула Милочка, остановившись за спиной начальства и не зная, что делать дальше. Так-то надо бы умыться, переодеться, позавтракать и дуть на работу. – Кто пишет? – зачем-то спросила.

- Дорилин. И там ни слова о любви, - Статанори повернулся к ней, демонстрируя на лице фирменную улыбочку. – Ты ревнуешь? – посмотрел прямо ей в глаза.

- Вот еще, - Милочка сразу же отвернулась, поняв, что прокололась, и чинно пошла к шкафу, где висело платье.

- Даже не хочешь узнать, о чем записка? – развеселился сыщик, убедившись по ее поведению, что прав.

- Мне одеваться пора, - буркнула она, открывая шкаф. А вообще-то, ей, конечно, хотелось узнать, что пишет профессор. – А то можем на работу опоздать. Если уже не опоздали.

- Пока не опоздали. Я ж с запасом пришел. Знаю я вас, женщин. Скажешь им быть готовой в восемь, ни за что готовы не будут. И насколько помню, кушать у тебя нечего. Я и на ужин тебе сублимированную кашу из собственных закромов разводил. Так что и завтрак будет из нее же.

За спиной загремела посуда, а когда Милочка сняла с вешалки платье и развернулась, увидела поставленный на зажженную горелку чайник. Статанори уже достал из сушилки всё ту же вчерашнюю глубокую тарелку и сыпал в нее крупу из крохотного пакетика. Похоже, в кармане пиджака притащил.

- Каждое утро беру с собой на всякий вот такой случай, - подтвердил он Милочкину догадку. – Никогда не знаешь, где обедать придется. И придется ли. А тут раз и готово, - залез в карман и достал еще один пакетик. – Это хлеб.

- Здорово, - кивнула Милочка, одобрив предусмотрительность начальства. – Ну, а я в ванную, - шмыгнула за дверь.

- Не боишься, что зайду? – подколол ее сыщик. Или действительно хотел заглянуть? Он и сам не понял, для чего спросил.

А Милочка не стала отвечать, потому что на этот явно провокационный вопрос не знала ответа. Если честно, да, хотелось, чтобы он вошел, обнял, поцеловал. А с другой стороны, ей что-то мешало на это согласиться. Наверняка потом последовал бы секс, она же в ванной голенькая будет. А какой мужчина удержится, чтобы не продолжить? И вот тут возникает другой закономерный вопрос – нужны ли ей интимные отношения с коллегой?

Хотя нет, не так.

С коллегой как раз пофиг. Ничего предосудительного в этом нет. Какая к чертям корпоративная этика, если он с эльфийкой шуры-муры крутит? Тоже на работе.

Вопрос в том, нужны ли Милочке отношения с начальством?

Да фу. Опять не то. И на это тоже плевать.

Правильнее спросить – хочет ли она быть с Статанори?

В этом месте ее мысли вошли в ступор.

Да, он красивый, гармонично развитый, отличный боец и детектив не хуже, знает себе цену, умный… Язвительный – можно отнести не в плюс, не в минус. Но! Слишком циничный и, судя по всему, относится к женскому полу с потребительской точки зрения. И отношения со своими подружками не ценит, что было бы обидно, свяжись с ним Милочка. Но какой же он привлекательный…

В полном раздрае, решив оставить всё как есть до лучших времен, она умылась, переоделась и выпорхнула из ванной. Свежая, с уложенной прической, полностью сосредоточенная на расследуемом деле. Надо же преступника поймать. И как можно раньше. Чтобы успеть спасти оставшихся трех дамочек из тайного обряда, которым сейчас, сию минуту, угрожает превращение в кукол и полное исчезновение. Хотя на счет исчезновения, полное оно или нет, уверенность так себе.

А вот опасность сгинуть определенно есть.

- Быстро ты, - Статанори, стоявший у потушенной горелки, увидел выходящую из ванной помощницу. – Не ожидал. И волосы успела, - в его глазах промелькнуло восхищение. – Завтракай, - перенес с кухонного стола на лабораторный тарелку с кашей и хлеб. – И постарайся поскорее, но не старайся подавиться, - «тонкий» юмор никуда не делся. – Дорилин написал, что в Департамент пришел Крендель и заявил, что будет разговаривать только с тобой. Так что поторопись.

- Ой, а что же ты сразу не сказал? – Милочка замерла посреди комнаты. – Нам бежать, значит, надо.

- Ешь, - Статанори брякнулся на стул, показывая, что не сдвинется с места, пока та не позавтракает. – Успеем. Его Дорилин пока пытает. Может, ты уже и не нужна будешь, когда мы там окажемся.

- А-а, ну, ладно.

***

- Молчит, стервец, - доложил обстановку профессор, когда сыщики ворвались в его кабинет. – Стойкий. Улыбается, полу пиджака мнет, смущается, но молчит. Сами с ним разбирайтесь. Я его в вашем кабинете оставил под присмотром Андзордаха. А у меня после дежурства голова болит. И выходной. Так что я домой, - снял со спинки стула пиджак и стал его надевать.

- Ну, что ж, Мила-Амалия, - прищурился Статанори. – Теперь всё в твоих руках.

- А знаешь, Ундраг. Не хочешь вслед за профессором называть меня Амалия? – Милочка перевела взгляд с гнома на сыщика. Ей надоела путаница, происходящая с ее именами, реальным и местным. – И вам привычнее, и мне пора бы освоиться. Неизвестно ведь, сколько времени я пробуду в вашем королевстве. А вдруг хозяйка завтра вернется, а ты ее по привычке будешь Милой звать?

- И не придется с остальными коллегами объясняться, - дополнил Дорилин. – По крайней мере, до того момента, пока мы не распутаем дело с исчезновениями. Внешне-то она всё та же Амалия. А уж потом будем разбираться с появлением в этом теле Милы и попробуем помочь ей вернуться в свой мир.

- Домой очень хочется, - жалобно подтвердила Милочка.

- Ну, мне… как бы всё равно, - пожал плечом Статанори, - лишь бы она откликалась, - сморщил ехидно нос.

- Привыкну, - кивнула помощница, не реагируя на очередной подкол. – Вы только кто-нибудь Ессениэль про это скажите.