Академия высших. Любить дракона, стр. 14

– Он убивал студентку, которая оказалась там. Я бросился на помощь.

– Зачем Вечному страннику какая-то студентка? – У короля изогнулась бровь.

– У нее невероятная сила… – начала было Морлис.

– Была, – сказал мой клон. – Девушка осталась без магии и без памяти.

– Вот как? – удивилась Морлис.

Мне захотелось ее придушить.

– И зачем вы столкнули своего учителя, мадам Морлис, разве учитель – это не святое? – продолжал король допрашивать «меня».

Я помнил точно, как она отвернулась тогда на плато и не могла видеть, что столкнул ее именно я. И потому мой клон уверенно произнес:

– Не я. Это был последний пасс Бас Тан Го, мадам Морлис перед этим забрала его артефакт.

– И где этот артефакт? – Король повернулся к своей наставнице.

– Исчез в Реке времени… – скорбно ответила она и тут же с ненавистью посмотрела на меня. – Но мне горько, ваше величество, мой лучший и любимый ученик, что вы подвергли мои слова сомнению. Что бы ни говорил этот прохвост, уничтожить Вечного странника мог только дракон!

– Но я не обнаружил его больше ни разу, хоть и отправлялся в Скйарден после того дня снова и снова! Я сам хотел проверить, – жестко ответил мой клон под моим управлением. – Драконы не прячутся! Весь Скйарден бы изменился, появись там новый хозяин, вы это знаете.

Король усмехнулся и прошелся от эркера в сторону ядовитых азалий и обратно, глянул на меня.

– Вы сами сказали, Каллас, легенды врут. А кто из нас видел живого дракона, чтобы сказать точно?

– Полагаю, что никто.

– Полагаю, что вы, – отрезал король. – И вы его найдете, Каллас!

Он шагнул ближе и опустил руку мне на плечо. Глаза короля сверкнули. Магия разлилась от его пальцев, от тычинок дурмана, закружив и окутав моего клона сизоватой дымкой. Глаза у моего двойника затуманились.

– Вы завершите ритуал, Каллас, и найдете дракона! – приказывал король. – И вернетесь сюда либо за наградой, либо для казни, если не справитесь. И вы будете подчиняться ректору Морлис во всем, даже не пытаясь причинить ей вред и искать свою выгоду.

Моего клона корежило от энергии проклятия. Меня в укрытии лишь повело, хотя я тоже чувствовал жжение в плече – там, куда клону закладывалась печать подчинения. Я стиснул зубы, сосредоточившись на защите. Хотелось ударить в ответ, но меня сдерживала присяга и клятва непричинения вреда королю.

А тот подозвал свою наставницу. Морлис с отвратительным удовлетворением на лице наложила на печать короля – свою, хозяйскую. Мда, вот вам и мудрый, справедливый правитель, делающий все на благо людей… И его учитель, «почти святой». Как бы не расхохотаться в голос.

Только вы, господа маги, не получите меня в свое распоряжение! Ищите лакея в другом месте!

Клон медленно осел. Дымка повисела над ним и развеялась. И тогда, как пьяный, клон качаясь, поднялся. Меня настоящего тошнило, голова кружилась. Но это было скорее от воздействия цветущей бругмансии, в которой я прятался. Клон поклонился королю, а тот, вновь отирая пальцы платком, сказал:

– Завтра во второй половине дня вы, Каллас, возвращаетесь в Скйарден вместе с ректором Морлис.

«То есть Растена они снова хотят подвинуть». – Я мысленно выругался.

Король продолжал:

– Вы поступаете в ее полное распоряжение. Исключение составляют лишь случаи, когда вам нужно будет продолжать ритуал с астральным двойником и завершать его. Для отвода глаз будете назначены преподавателем, подробности вам расскажет мадам Морлис. Миттер-Гелу сообщите сами. Он больше не ваш начальник.

Король черкнул голубым пером с золотым наконечником по воздуху. Золотистые искры, похожие на роспись, собрались и разлетелись по сторонам.

– За преданность и службу получите из казны вознаграждение. Погуляйте сегодня от души в столице, офицер. Ни в чем себе не отказывайте!

И король просто развернулся и ушел. Морлис похлопала одуревшего клона по плечу.

– Я говорила вам, Линден, мальчик мой, вам меня не переиграть. Но я рада, что вы будете мне служить. На вас, как минимум, смотреть приятно.

Клон сморщился и коснулся рукой виска.

– Голова пройдет, – елейно сказала Морлис. – Идите, проспитесь, а потом отправляйтесь веселиться. Женщины, вино и кабаре вас уже заждались.

Она коснулась пальцем подбородка моего клона, заставив его посмотреть себе в глаза.

– Куда вы пойдете, Линден? Ну-ка?

– В бордель, – ответил заплетающимся языком мой клон.

– Отлично! Завтра в два я заберу вас в гостинице. И работать вы будете только на меня!

Меня чуть не вывернуло от отвращения, когда она потрепала моего клона по щекам, как покорного песика.

«А я все-таки переиграю тебя, старая стерва», – подумал я.

Клон остался один. Явился слуга, распахнул дверь, и пошел за моим двойником, пока еще похожим на пришибленного мешком алкоголика. Я выскользнул из оранжереи. Миттер-Гел взволнованно прохаживался по холлу, пронизанному теплым светом двух солнц, проникающим свозь желтые шторы на высоченных окнах полукруглого помещения.

Я усилил свои защитные контуры и спрятался за ближайшую колонну. Ни граф, ни прислуга меня не заметили.

Когда Миттер-Гелу сдали на руки моего полупьяного двойника, он опешил. Усадил «меня» в кресло с золочеными подлокотниками. Несколько минут, пара стаканов воды и брызги в лицо, мой клон стал выглядеть лучше. А я нахмурился, думая, что делать дальше.

Безопаснее всего было бы, конечно, выйти, слившись с собственным астральным двойником. Но этого делать было нельзя: слишком велик был риск получить изрядную долю наложенного воздействия, и куда приятней было бы надеть на себя блохастую шубу.

«Уж лучше мне снимут голову с плеч, чем я в самом деле отдам свою волю и сознание зарвавшимся колдунам», – решил я.

Положение было отвратительным, выкручиваться придется хитро и долго. Я внезапно почувствовал, как права была Тара, ее чистую, незамутненную корыстью ненависть к несправедливости.

Мой, теперь уже бывший, шеф почувствовал сильную эмоцию, обернулся. Я спрятался за колонну.

Кажется, Миттер-Гел был вне себя от злости. Не на меня – за меня. Наверняка понял, что на меня воздействовали, и видел, что все плохо. Только что он мог теперь поделать? Клон бормотал о борделе, а Миттер-Гел о том, что надо срочно возвращаться в отель или в лечебницу.

Хотел снять с меня гадость? Это даже польстило. Но если б это был настоящий я, ничего бы не помогло. От такой печати не отделаться водными процедурами.

В сопровождении слуг Миттер-Гел и мой клон покинули холл.

Мне же через приемные залы и коридоры, переполненные людьми, идти было нельзя. Никаких контуров не хватит, когда вокруг сотни магов, увы, я не стал невидимым.

Улучив момент, когда в холле никого не осталось, я вернулся в оранжерею. Удерживая максимальный контур защиты, я выбрался через стеклянную дверь на полукруглый балкон. Свежий воздух полыхнул в лицо вместе с запахами нормальных цветов, трав и листьев, омыл видом на синее небо, птичьими трелями, голосами слуг, музыкой с яруса ниже, чьим-то смехом, звоном разбитой тарелки, быстрыми шагами по дорожке из гравия. Это была жизнь! Смерть и токсичные испарения остались за спиной.

Я осмотрелся и наметил путь к ближайшему выходу – туда, где толпились туристы, подкармливая диковинных птиц у нижнего пруда. Среди них я затеряюсь и выйду через дальние ворота для неважных посетителей.

Я перелез через ограду и спрыгнул на склон метрах в четырех ниже – в сад. Покатился кубарем, но вовремя притормозил, ухватившись за торчащие корни громадного дуба.

Стараясь оставаться незамеченным, я рванул вниз перебежками: по зарослям висячих садов, сквозь цветники на склонах, пересекая аллеи привезенных издалека пальм, цветущих ярко рододендронов, мимо декоративного камыша и причудливых арок, увитых клематисами и розами. Здесь растения не могли сожрать меня, как в Скйардене, зато стража явно живым не оставит.

Я несся бесшумно, как вор, прыгал в овраги, с мостков и склонов, выбирая тень и заросшие густой зеленью уголки. От одного толстого ствола к другому, прячась под густой хвоей кедров и раскидистых гигантских можжевельников, высотой с дикую ель.