Чёрт из Чертаново. Том 3 (СИ), стр. 39

На четвёртом залпе всполохи начали расплываться, теряя очертания. Я моргнул, однако чётче не стало, ещё и ноги начали подкашиваться. Последним, что я услышал, был очередной хлопок салюта и встревоженное Дашино «Дим, ты чего?». Потом на меня навалилась темнота, а когда я пришел в себя, то лежал в своей квартире под мерное тарахтение холодильника «ЗИЛ».

Я продрал глаза и уставился в потолок, по которому ползла оранжевая полоса закатного света. Стоп, салют ведь был глубокой ночью, а сейчас за окном закат? Это что же выходит, я провалялся в отключке почти сутки?

Скрипнула дверь и в комнату вошла Даша с кружкой чёрного чая. Хотя какой к чёрту чай? В кружке была смола отдалённо напоминающая чифир. Она протянула его мне и улыбнулась:

— Да, товарищ Караваев, не думала я, что ты так накидаешься.

— А что случилось-то? — прохрипел я, и отпил чертовски крепкий чай от которого во рту тут же всё стало вязать. — Я после салюта вообще ничего не помню.

— О-о-о… — глаза у Даши загорелись, и она протянула мне руку. — Идём на кухню. Поешь, а я тебе расскажу, что вы алкоголики успели натворить.

Интригу она завернула не слабую, я откинул одеяло, попробовал сесть, и увидел что рёбра у меня перемотаны бинтами.

— А это откуда?

— Идём, поужинаешь и всё узнаешь, — улыбнулась она вытягивая меня из нагретой постели.

Даже страшно представить что вчера было. Страшно, но очень интересно. Я покосился на бинты ещё раз и, мысленно дав зарок обходить грибовуху стороной, поплёлся следом.

Ночь в день свадьбы.

Небо над Доном полыхало цветными огнями, народ восторженно охал, а Борисыч дымил в сторонке стряхивая в ночь пепел с беломорканала и тосковал. Скукота смертная. Молодёжь не умеет развлекаться. Салюты попшикали и по домам. Это разве отдых? А где безбашенные приключения на грани жизни и смерти? Раньше любая попойка плавно перетекала в драку, воровство или ещё какой криминал. А сейчас….

Караваева он приметил у самой ограды. Парень стоял пошатываясь и обнимал свою подругу. Как там её звали то? Наташа? Глаша? Хотя какая разница? Взгляд Караваева был устремлён ввысь и Борисыч понял, что боец в нужной кондиции для подвигов.

— Спокойно, дочка, — Борисыч мягко отстранил девушку подхватывая под руку Караваева. — Заберу твоего кавалера ненадолго. Сама видишь перебрал, нужно проветриться.

— Дима, — начала было Даша, но тут подошел Саня.

— Не переживай, всё хорошо будет, — беззаботно улыбнулся он и подхватил Дмитрия под вторую руку.

Димон сфокусировал взгляд на Сане и улыбнулся.

Борисыч спешно оттащил Караваева в сторону, усадил под дерево, оставив Саню за главного, а сам побежал собирать выживших. Борра схватил за шиворот и вытащил из миски с шашлыками, дёрнул Ежжи за рукав и поманил за собой. А больше как выяснилось никто и не уцелел, кроме девчонок разумеется.

— Идём на речку, искупаемся. Дон сейчас тёплый, как парное молоко. — Заявли Борисыч и потащил выживших за собой.

Подпитая пятёрка направилась к воде. Как и обещал Боцман, вода была практически горячей. Саня с ходу нырнул щучкой, следом за ним в воду полезли Борр с Ержаном, а потом Боцман схватил Караваева за шкирку и заорал:

— Каравай, каравай, прямо в воду улетай!

Размахнувшись он со всей дури швырнул Дмитрия в воду. Но что-то пошло не так. Вместо того чтобы плюхнуться в воду, Караваев активировал морозную поступь. Река под его ногами моментально схватилась льдом, и приземлился Димон не в воду, а на льдину.

— Здорова аборигены! — Пьяным голосом выкрикнул он.

Саня захохотал, в два гребка очутился рядом со льдиной и забрался на неё. Следом за ним на импровизированное плавучее средство выбрались и остальные. Громко смеясь и улюлюкая они заголосили на весь Дон песенку мамонтёнка:

— Пусть мама услышит, пусть мама придё-о-от!

Орали так, что в Кривоборье наверняка проснулись все местные жители. Правда плавание довольно быстро завершилось. Льдину утащило вниз по течению и на всём ходу впечатало в берег, на излучине.

— Полундра! — только и успел заорать Боцман.

Лёд захрустел, а всю команду выбросило на берег. Караваев упал на Саню которого протащило полметра мордой по песку. Борр едва не налетел на колючки Ержана, а Борисыч налетел, и смог выжить лишь благодаря навыку бестелесности.

— Ха-ха! Вот это я понимаю свадьба! — Заржал Борисыч поднимаясь на ноги.

Остальные тоже посмеивались, но куда с меньшим энтузиазмом. Борр икнул, обвёл компанию нетрезвым взглядом и спросил:

— А вы в грибобол играли?

О такой игре никто из присутствующих даже не слышал. Тогда Борр подобрал с земли подходящую палку и швырнул её Ежжи:

— Правила простые. Я кидаю грибы, ты отбиваешь. Погнали!

Ёж с достоинством кивнул и взял дубинку на изготовку. Первый снаряд Борр вырастил в ладони, и со всего размаха бросил в Ержана. Ежжи с не меньшим энтузиазмом заорал что-то и ударил по грибу. К несчастью, он попал. Грибом оказалась гнилушка. Лопнув она окутала ежа зловонным зеленоватым туманом. Следующие три минуты Ержан чихал без остановки, а остальные в это время умирали со смеху.

— Тварь мелкая! — отчихавшись, взревел Ержан и бросился на Борра.

Борр рванул наутёк и на бегу попытался провалиться под землю, но грибовуха и ему подложила свинью. Под землю ушли только ноги, а вот голова шмякнулась о траву и Борр страдальчески закатив глаза откинулся назад. Вот только Ержан даже не думал щадить боровичка. Ухватив Борра за ноги, он хорошенько раскрутил его и зашвырнул на середину реки.

— Я-а-а орё-о-о-ол!!! — заорал боровичок вращаясь в воздухе и звучно шлёпнулся в воду.

Пока компания хохотала, над Борром, из леса долетел волчий вой. Борисыч тут же навострил уши.

— За мной, щеглы! — прокричал он шепотом шагая на звук. — Если это волчара сниму с него шкуру и шапку сделаю.

— Ага, а из хвоста воротник, — усмехнулся Саня.

— А мне варежки, — заплетающимся языком заказал Караваев раскачиваясь из стороны в сторону.

Ежжи, Борисыч, Саня и Караваев крались по тёмному лесу, хотя это им казалось что они крадутся. На самом деле треск от ломающихся веток стоял такой, что их бы услышали и за километр. В лесу было темно и пахло псиной. Выбравшись на поляну четвёрка замерла увидев огромную чёрную тень. Тварь рвала в клочья коровью тушу, разбрасывая во все стороны кровавые брызги.

— А разве волки бывают такими большими? Ик. — подумал вслух Димон.

— Не знаю, — Борисыч прищурился. — Но если такого завалим, шапок на всех хватит.

— Шапкам Хой!!! — выкрикнул Ежжи и ринулся в атаку.

Атака незадалась, причём сразу. Сделав пару шагов ёж запнулся о корень, пропахал носом дёрн и моментально захрапел.

Тень оторвалась от туши, посмотрела ярко-жёлтыми глазищами в сторону четвёрки. Зверь по-человечески стоял на задних лапах. Окровавленная морда с огромной пастью, длинные конечности с острыми когтями. Одним словом эта тварь напоминала волка, но в привычном понимании волком не являлась.

— Оборотень… — прошептал Саня.

Зверюга разинула пасть собираясь зарычать, но не успела. Борисыч молниеносно сократил дистанцию и со всего размаха влепил волчаре в промежность. Оборотень жалобно пискнул и уже собирался бежать, но Саня использовал навык «рывок». Мелькнув в темноте он очутился сбоку от твари, заскочил ей за спину и стиснул чудище в замке, прижав лапы волчары к туловищу.

— Борисыч, гаси его! — проорал Саня пьяным голосом.

Борисыча не нужно было просить дважды. Башка оборотня дёрнулась слева направо и тут он взревел на вполне человечьем языке, правда переполненном нецензурной бранью:

— Вы чё сучары, совсем озверели⁈

Оборотень крутанулся так, что Саню отшвырнуло в сторону и тот кубарем полетел в кусты. Когтистая лапа со свистом вспорола воздух стремясь выпустить кишки Борисычу, но тот стал бесплотным и лапа пролетела сквозь него.