Секреты (ЛП), стр. 37

— Когда я могу начать?

Он смеётся, и всё моё тело застывает от этого звука. Краем глаза я замечаю, как Гарри начинает двигаться, но Энди хватает его за руку, удерживая.

— Ты действительно думаешь, что всё так просто? — спрашивает Ричард, приходя в себя. — Чёрт возьми, мисс Томас, тебе многому предстоит научиться. «Круг» — это беспощадная индустрия. Мы допускаем только лучших кандидатов при условии, что они соблюдают моё самое важное правило… Думаешь, я готов рискнуть нашим существованием, поверив тебе на слово?

Испугавшись, что я совершила ошибку, и чувствуя, как возможность ускользает сквозь пальцы, я торопливо говорю:

— Какое ваше самое важное правило?

Его усмешка медленно растёт.

— Что мои рекруты понимают: эта жизнь стоит того, чтобы за неё умереть. В конце концов, это вопрос «убей или будь убит».

Прежде чем он успевает продолжить, охранник с торсом культуриста, который всё это время следил за нами, наклоняется и шепчет что-то на ухо Ричарду. Тот кивает, поправляет костюм и встаёт.

— Прости, но мне нужно заняться важными делами. Мы продолжим этот разговор в другой раз.

Как бы я ни пыталась отрицать своё разочарование из-за его ухода, оно очевидно в том, как опускаются мои плечи и как я вглядываюсь в шампанское, будто это самая отвратительная вещь в мире.

Несмотря на предупреждения Гарри об обществе, я не могу игнорировать ту силу притяжения, которую я чувствую к «Кругу». Возможно, это мой единственный шанс… и возможность ускользает.

К чёрту это.

Спрыгнув с барного стула, я поднимаю подол платья, сжимая ткань в кулаке, и выбегаю из зала. Десятки людей заполняют проход, снуя между главным бальным залом и бильярдной. Я иду по коридору прямо передо мной. Он значительно темнее соседних комнат, которые все хорошо освещены сверкающими драгоценностями люстр.

Я прохожу мимо множества дверей, но ни одна из них не привлекает моего внимания так, как я ожидала, пока не слышу: — …с тебя довольно.

Голос из одной из дальних комнат привлекает моё внимание, и я замедляю шаг, приближаясь к двери. Она приоткрыта на тонкую щель, но я вижу Ричарда, стоящего рядом с другим мужчиной. Его поза напряжена, он выдыхает, и его пальцы подёргиваются у внутреннего кармана пиджака.

— Я закончил говорить, — говорит он.

С удивительной быстротой запустив руку во внутренний карман пиджака, Ричард достаёт что-то серебряное, не намного больше его ладони. Трудно понять, что это такое, пока оглушительный выстрел не раздаётся в моих ушах, заставляя меня замереть.

Я зажимаю рот ладонью, чтобы заглушить внезапный крик.

Мужчина перед ним с глухим стуком падает на пол, сворачиваясь, как тряпичная кукла, его тело безжизненно распластывается на тёмных деревянных половицах. Дрожа, я быстро возвращаюсь обратно по своим следам, отступая по коридору к выходу.

Я только что стала свидетелем убийства.

Я только что стала свидетелем ещё одного убийства.

Звук скрипок врезается в мой слух, и я вижу, как люди проходят мимо, совершенно не обращая внимания на произошедшее.

Они вообще это слышали?

Конечно, нет!

Опустив голову, погружённая в свои мысли, я врезаюсь в кого-то.

— Эй, ты в порядке?

Голос Гарри успокаивает мои нервы с неестественной скоростью. Он отстраняет меня от своей груди, его руки сжимают мои бёдра, удерживая меня.

— Я искал тебя.

Я прочищаю горло и киваю.

— Я-я в порядке.

— Ты уверена? Ты выглядишь так, будто призрака увидела. — Его взгляд скользит через моё плечо в коридор, откуда я только что вышла, и я следую за ним.

Те двое охранников проходят через дверь, Ричард выкрикивает приказы за ними, хотя шум тонет в гуле голосов гостей.

Взгляд Гарри находит мой, тёмное облако накрывает его глаза, когда он говорит:

— Я пытался тебя предупредить.

— Я не говорила, что испугалась.

И это правда.

Больше всего меня беспокоит то, что я не испугана.

Я заинтригована.

Или, как сказал бы Гарри…

Я не сумасшедшая. Я, блять, одержима. Есть разница.

Глава 26

Цвет красного бархатного пирожного до жути напоминает кровь — особенно кровь мужчины, застреленного прямо у меня на глазах. Это пирожное может быть немного светлее, но я не могу перестать думать о том, что его бисквит пропитан той густой лужей, когда подношу кровавое пирожное ко рту.

— Как прошёл вчерашний вечер? — спрашивает Мия, отвлекая меня.

Я сжимаю в ладони упавшие крошки и вытираю руку о штанину. Кусочки падают к моим ногам, рассыпаясь вокруг нескольких обёрток, валяющихся на полу кофейни.

— Всё было нормально, — говорю я, кивая, будто пытаясь себя в этом убедить.

— Нормально? Ты всю ночь была под ручку с чертовски шикарным мужчиной, и это просто нормально?

Мои ладони начинают потеть, и я тру их о бёдра. Упрямые крошки прилипают к коже, и я тру сильнее, покусывая нижнюю губу.

Скажите мне, почему я обдумываю мысль довериться Мие в том, что я видела.

Я провела всю прошлую ночь, глядя в пустую стену, прокручивая в голове эту сцену. Это воспоминание должно было заставить меня бежать без оглядки, но по какой-то неизвестной причине я не могу выбросить «Круг» из головы. В этот момент это уже не просто желание. Это потребность.

Быстро окинув взглядом окрестности, чтобы убедиться, что никто из любопытных не подслушивает наш разговор, я понимаю, что мы одни. Кроме матери с ребёнком и мужчины, сидящего в углу и читающего ежедневную газету. Все они слишком далеко, чтобы слышать наш разговор.

— Он застрелил… — говорю я, мой голос слишком тих, чтобы его услышали.

— Что?

— Застрелил кого-то…

— А?

— Он застрелил кого-то.

— ОН ЧТО!

Я бросаюсь вперёд и зажимаю ладонью её рот.

— Держи рот на замке.

Её глаза полны паники, когда она отцепляет мои пальцы от своего рта. Она сжимает мою руку и ищет ответы в моих глазах.

— Гарри застрелил кого-то?

— Что? Нет!

Я не сомневаюсь, что он, вероятно, кого-то убивал в своей жизни, особенно судя по его боссу, но я имею в виду не его.

Приглушённо я уточняю:

— Его босс.

Она сглатывает, её глаза бегают между моими.

— Гарри знает?

Я киваю, опуская голову.

— Джиджи, ты должна вызвать полицию.

Я резко поднимаю голову и качаю головой. Она сошла с ума? Гарри однажды сказал мне, что я никогда не могу вызвать полицию по таким делам.

Кто-то проходит мимо нас, и страх пробегает по моему позвоночнику. Тревога накрывает меня, как гром среди ясного неба, и я внезапно чувствую себя так, будто стою под прожектором.

Зачем я ей рассказала?

Глупо. Глупо. Глупо, Джиджи.

— Нам нужно уйти отсюда, — говорю я Мие.

Она в замешательстве собирает свои вещи, накидывает куртку и вешает сумку на сгиб локтя. Колокольчик звенит над нашими головами, когда она открывает дверь кофейни, сигнализируя о нашем уходе. Порыв ветра врывается в приоткрытую дверь и посылает дрожь по моему телу.

Снаружи мой взгляд останавливается на двух мужчинах, стоящих на тротуаре напротив кофейни.

— Всё в порядке? — спрашивает Мия, шагая рядом со мной.

Мужчины не пытаются скрыть своих действий, руки плотно засунуты в карманы, они смотрят прямо на нас с Мией. Их лица суровы, и от этого все волосы на моём теле встают дыбом.

Это та пара с бала. Я просто знаю это.

Те, кто помогали Ричарду избавиться от тела.

Они слышали, что я сказала Мие?

Немедленно опустив голову, я хватаю её за руку.

— Иди и не поднимай головы.

К счастью, она не оспаривает моё внезапное требование. Наши шаги эхом раздаются по тротуару, когда я веду нас более длинным маршрутом к парковке. Моя теория — если эти мужчины следят за нами — мы сможем уйти от них в переулке за магазинами.