Человек государев. Окталогия (СИ), стр. 278

Сегодня я тоже не стал задерживаться. Только не пошел вместе с остальной толпой, а дождался, когда поток схлынет, и двинулся к выходу. Проскочил через проходную и вышел на улицу. Ну‑с, где наш господин Кузовок?

Оглядываясь вокруг, я не сразу его обнаружил. В углу, где крыло Московского управления соединялось со зданием Государственного, толстячок зажал того самого курьера Горного ведомства. И что‑то ему выговаривал, размахивая руками. А тот слушал со страдальческим лицом и вяло пытался сбежать. Но от Кузовка уйти просто так было невозможно, и раз за разом он загонял его обратно в угол.

– … ещё раз спрашиваю, – донеслось до меня, когда я подошёл ближе. – Когда вы собираетесь захватить нашу планету?

– Мы не…

– Сколько я ещё вас буду ждать? – Кузовок чуть ли не подпрыгнул. – Кто‑то должен навести порядок, и только на ваше вторжение я возлагаю надежду.

– Я не понимаю…

– У меня уже всё готово! Я подготовил списки, что вы должны сделать в срочном порядке. Пофамильно выписал всех ответственных за бардак. А вы?

– Мы⁈

– Вы! Все сроки срываете! Уже десять лет жду вашего вторжения, а вы всё мямлите.

– Да не собираемся мы вторгаться! – Курьер сорвался на крик. – Отстаньте от меня, сумасшедший!

– Как не собираетесь⁈ Да вы… Да вы…

Кузовок аж задохнулся от возмущения. Схватился за сердце и тяжело задышал.

– Да как вы могли всё отменить? Я ведь ждал! Надеялся!

Курьер почуял, что враг утратил бдительность, сделал обманный шаг в сторону, а затем рванул вокруг Кузовка. Но тот и не думал задерживать «ящероида».

– Подлецы! – слабо вздохнул он. – А ещё ящероиды называются.

– Вот вы где, Доримедонт Васильевич. – Я подошёл к нему и спросил: – Чем это вы тут занимаетесь?

Он обернулся ко мне и посмотрел самым печальным взглядом.

– Разочаровываюсь, Михаил Дмитриевич.

– В ком?

– Во всех, не оправдали доверия, – он тяжело вздохнул. – Ну, кроме вас, Михаил Дмитриевич. Вы приятное исключение среди всех остальных.

– Тогда идёмте, – я усмехнулся, – разберёмся с вашей ведьмой.

Кузовок поплёлся за мной, печально охая. Из него будто выпустили воздух, и вся его фигура выражала скорбь по несбывшимся надеждам.

– Может, и не стоит ехать, – неожиданно он дёрнул меня за рукав. – Я подумал, что должен перепроверить всё.

– Доримедонт Васильевич, вы не заболели часом? То вы настаивали, что её надо арестовать, а теперь говорите не надо. Полагаете, что ошиблись?

Он поджал губы и хмуро зыркнул на меня.

– Я не ошибаюсь. Все признаки ведьмы налицо. Едемте! Вы сами всё увидите!

«Эдак его удар хватит, – ехидно хмыкнул Захребетник, – если ещё и ведьма окажется обычной женщиной. Это же крушение всех ожиданий! Чем бедняга заниматься будет, если станет не на кого жаловаться?»

«Можешь не беспокоиться, он найдёт на кого. Начнёт с кляуз градоначальнику на дурную уборку улиц, а там и новый заговор обнаружится. Не на одних ящероидах и ведьмах этот мир держится».

Мы с Захребетником мысленно расхохотались на пару.

– Прошу, Доримедонт Васильевич, – я распахнул дверцу автомобиля. – Где вы, говорили, живёте?

Кузовок обитал в трёхэтажном доме, занимая часть последнего этажа. Квартира у него оказалась большая, в пять комнат, с приятным видом на сквер. Когда мы добрались до его жилища, он снова ожил, видимо, махнув рукой на ящероидов и решив отыграться на ведьме.

– Чаю? – предложил он. – И обсудим, как будем арестовывать нарушительницу Уложения. У вас есть служебное оружие? Нужно сразу…

– Тише, Доримедонт Васильевич! Никакого ареста с порога не будет. Для начала я просто побеседую с подозреваемой.

– Я буду присутствовать! И даже не пытайтесь возражать. Без меня она запудрит вам голову, и вы ничего не поймёте. Сейчас, только подождите секундочку.

Он скрылся в одной из комнат и через минуту появился с жестяным тюбетеем на голове. Второй «защитный» головной убор он держал в руке и попытался впихнуть его мне.

– Благодарю, но не стоит.

– Михаил Дмитриевич, наденьте! Нельзя недооценивать ведьм. Они же что хочешь могут внушить! Знаете, как бывает? У меня один знакомец жил себе спокойно, на бильярде по пятницам играл, по выходным на рыбалку ездил. А потом его в гости начала одна ведьма звать. Раз чай попил, другой. И сам не заметил, как на ней женился! Теперь ни рыбалки, ни бильярда. Ходит с ней под ручку в театр и улыбается постоянно. Так что наденьте тюбетей, чтобы ведьма не внушила крамольных мыслей.

– У меня служебный артефакт, – строго посмотрел я на Кузовка. – Нам внушать чужие мысли строго запрещается.

– Ах, ну, конечно! Вы же чиновник, вам не положено. Ну, тогда идёмте. – Он потёр ладони. – Честно скажу, не терпится увидеть, как вы её арестуете.

Идти далеко не пришлось. «Ведьма» жила в соседней квартире, буквально за стенкой от Кузовка. Я водрузил на нос «регента», дёрнул звонок и услышал мелодичный звон колокольчика. Дверь нам открыла служанка в белом накрахмаленном переднике.

– Добрый день, господа. Что вам угодно?

– Нам угодно видеть твою хозяйку, – Кузовок едва не пробуравил её взглядом. – Немедленно!

– Вы записывались? – служанка вопросительно подняла бровь. – Мадам Луиза принимает только по записи.

Кузовок попытался что‑то сказать, но я отодвинул его и вытащил красные корочки.

– Ой! – служанка прижала ладони ко рту. – Вы из Коллегии? Сейчас, сейчас! Наталья Игоревна немедленно вас примет!

– Вот, видите? То ли Наталья, то ли Луиза, – шепнул мне Кузовок. – Верный признак ведьмы.

Служанка пригласила нас в гостиную. Уютную, должен заметить, обставленную с некоторым вкусом. А буквально через минуту появилась и хозяйка. Уже далеко не молодая, но миловидная женщина с эффектной фигурой и выдающимся бюстом.

– Здравствуйте, господа. Чем обязана неожиданному визиту столь приятных мужчин?

Она улыбалась без тени страха или волнения. И никакой тёмной магии я в ней не чувствовал совершенно. Только какой‑то амулет у неё на груди светился через стёкла «регента» мягким светом.

– Мы всё знаем! – Кузовок указал на неё пальцем. – Лучше вам сразу во всём признаться.

– Помолчите, Доримедонт Васильевич, – оборвал я его и улыбнулся женщине в ответ. – Разрешите представиться. Скуратов Михаил Дмитриевич, сотрудник Коллегии Государевой Магической Безопасности.

– Очень приятно! – Она слегка поклонилась. – Наталья Игоревна Кабачкова.

– Может, лучше называть вас мадам Луиза? – снова вылез Кузовок.

– Так меня называют мои клиентки. – Она рассмеялась. – Но вы, Доримедонт Васильевич, можете называть меня как угодно.

– Откуда вы знаете, как меня зовут? – он с подозрением уставился на неё.

– Господи, вы же мой сосед! Естественно, что ваше имя знает весь дом.

– Ваши клиентки… – Я снова велел жестом Кузовку замолчать. – Вы ведёте какую‑то практику?

– Я гадалка и медиум, – она гордо подняла голову. – Но никакой грубой магии в работе не использую. Для контакта с судьбой и тонкими планами мне нужны только разум и сила мысли. «Мадам Луиза» – мой творческий псевдоним.

«Аха‑ха‑ха! – Захребетник расхохотался. – Только гадалку нам не хватало арестовать! Пошли отсюда, Миша, делать тут нечего. А Кузовка в следующий раз надо сразу выгнать, чтобы не приставал со всякой ерундой».

– А что вы делаете в полнолуние на балконе? – не выдержал Кузовок. – Я всё видел!

Она посмотрела на него с укоризной.

– Нехорошо подглядывать за дамой, Доримедонт Васильевич. Вы могли бы зайти ко мне по‑соседски и спросить. И я бы честно ответила, что наблюдала Луну в телескоп.

Кузовок состроил такую рожу, что сразу было понятно – её словам он не верит ни на грош.

– Хотите на него взглянуть? Прошу сюда.

Гадалка отвела нас на балкончик, где действительно стоял небольшой телескоп. Когда Кузовок увидел прибор, его чуть удар не хватил. Он покосился на меня, затем на телескоп и потыкал его пальцем, будто проверяя, что тот ему не привиделся.