"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 (СИ), стр. 510

– Мисс Бентон, будь на вашем месте кто-то другой, я бы решил, что вы не хотите помочь нам найти убийцу своего друга.

Гас снова вмешался.

– Полегче, Джордж. Тео же не знала, что он убийца… Она думала, это обычный гость. У нее не было причин обращать на него особое внимание и запоминать номерной знак.

Детектив Мендес отвел его в сторону. Они тихо заспорили; Тео и другие офицеры слышали лишь напряженный шепот. Наконец Мендес вернулся к столу и сказал, что Тео может идти, но велел ей быть на связи и посоветовал не говорить с прессой.

– Конечно, не буду, – потрясенно кивнула она. Ей бы и в голову не пришло общаться с прессой.

По пути к пикапу Гаса она расспросила его о Мендесе.

– Мы с ним работали над несколькими делами. Он неплохой мужик, Тео. Просто очень дотошный. И, судя по сегодняшнему допросу, не церемонится со свидетелями.

– Жаль, что я почти ничем не помогла, – нахмурилась Тео. Почему она не могла вспомнить лицо этого человека? Даже сейчас, напрягшись, она не могла вызвать в памяти его черты.

– Некоторые плохо запоминают лица.

– Но я же писательница. Я описываю героев… а в самый важный момент не смогла…

Он обнял ее за плечи.

– А ты не пытайся вспомнить. Память восстановится, если не форсировать.

Гас отвел ее домой и помог найти поводок для Пони.

– А с собакой можно в бар? – спросил он.

– Там есть столики на улице. Многие приходят с собаками.

– Иди, я кое-что покажу. – Гас подозвал Пони. – Опасность! – скомандовал он.

Пес тут же встал перед ним, опустил большую голову и угрожающе оскалился. Тео встревоженно отступила. Гас улыбнулся.

– Все в порядке, Пони. Расслабься.

Пони тут же перестал скалиться, и его морда приняла миролюбивое выражение. Он подошел к Тео и облизал ее.

– Пони – пес одной моей клиентки. – Гас наклонился и потрепал собаку за брыли. – Бедняга в жизни никого не укусит, но она надрессировала его грозно выглядеть.

– О! А почему она отдала его тебе?

– Она не отдавала. Я просто временно за ним присматриваю.

– Насколько временно?

Гас пожал плечами.

– От двенадцати до четырнадцати лет.

Тео пристегнула поводок к ошейнику.

– Езжай на работу уже.

Гас посмотрел на часы.

– Да, пожалуй, пора. – Он взял портфель и обернулся. – Пообещай вернуться домой не поздно: Пони боится темноты.

Тео улыбнулась.

– Обещаю. – Она ласково толкнула брата. – Спасибо, Гас. За все. Не знаю, что бы я без тебя делала.

Он толкнул ее в ответ.

– Ты бы и без меня справилась.

– Лжец.

– Адвокат, – поправил он и открыл дверь. – Звони, если что-то понадобится. – Обернулся и посмотрел на нее. – Что угодно. Если почувствуешь…

– Все хорошо, Гас. – Она выпрямила плечи в подтверждение своих слов. – Я взрослая, забыл?

Он кивнул.

– Так и есть. Прости, что иногда отношусь к тебе как к маленькой, но после…

– Знаю. Езжай… опоздаешь. Хотя ты и так уже опоздал.

Когда он ушел, Тео скорее по привычке, чем намеренно сунула в сумку ноутбук и блокнот. Вряд ли она сегодня что-то напишет. Накинула петлю поводка на руку и заперла дверь.

Оставшись в одиночестве, она испытала облегчение и смогла наконец поразмышлять о случившемся, шагая к «Бендерам». Пони был хорошо воспитанным псом, спокойно шел рядом, не натягивая поводок. Вот и отлично: Тео просто не удержала бы собаку такого размера.

Она попыталась проанализировать вчерашние события. Человек вышел из дома Дэна не оглянувшись; она видела, как он уезжал. Посмотрев в зеркало заднего вида, он мог бы ее увидеть. Тео поежилась.

Во что же Дэн ввязался? Он был не из тех, кто пишет книги на противоречивые темы и провоцирует читателей на убийство… по крайней мере, ей так не казалось. Но иногда трудно предсказать, что расстроит человека. Дэн писал литературные триллеры, остросюжетные и захватывающие, но с великолепными живыми описаниями и глубоким проникновением в человеческую природу. Жертвами в его романах редко выступали меньшинства или женщины, дети – никогда, и он не писал о политике.

Дэн не рассказывал, есть ли у него братья и сестры, и она полагала, что он был единственным ребенком. За все время их общения он вообще не говорил о семье, не вспоминал детство и школьные годы. Возможно, его убил кто-то из прошлого, кому он когда-то причинил вред; убийственная ярость могла копиться годами, а потом какой-либо случайный повод побудил злоумышленника найти обидчика и с ним покончить. Тео остановилась, вздрогнув и ужаснувшись при мысли, что начала сочинять историю, связанную со смертью Дэна, человека, которого уже почти полюбила. Что с ней не так? Жуть какая.

В «Бендерах» было довольно много посетителей: необычно для столь раннего времени. Прислушавшись к обрывкам разговоров, Тео поняла почему: о смерти Дэна сообщили в СМИ, и те, кто его знал, явились сюда за подробностями. Сначала Тео хотела развернуться и уйти; она бы так и сделала, если бы ее не окликнула Лаура. Официантка, как всегда, была одета в черное с ног до головы, но сегодня ее глаза покраснели от слез. Она обняла Тео.

– Ты слышала? – спросила Лаура, вытирая слезы рукавом-колокольчиком. – Тео, это так ужасно! Да еще здесь, в Лоуренсе? Как это возможно?

Тео молча кивнула. Очевидно, Лаура не знала, что тело Дэна нашла она.

Лаура сжала ее щеки в ладонях.

– Давай присядем. Хочешь чаю, а может, что покрепче? Сегодня все за счет заведения.

Тео привязала собаку снаружи, дала ей печенье в виде косточки, которое захватила с собой, и последовала в бар за Лаурой. Внутри собрались все сотрудники, знавшие Дэна, хотя сегодня была не их смена. Они обнимали ее, как свою родственницу. Кажется, она попала на импровизированные поминки.

Лаура взяла Тео за руку и представила женщине, сидевшей в сторонке от остальных, в той самой кабинке, где Тео впервые увидела ее с Дэном Мердоком несколько месяцев назад.

– Это Вероника Коул, – сказала Лаура. – Она хотела с тобой познакомиться. Вероника… была агентом бедняги Дэна.

– Не только, – уточнила Вероника. – Мы были лучшими друзьями. Буквально пару дней назад он хотел нас познакомить, но я спешила на встречу… Не представляете, как я жалею, что тогда ушла. Если бы я знала…

Тео все еще плохо разбиралась в американских акцентах и не могла определить, откуда родом Вероника, но та говорила как образованный человек, вероятно окончивший престижный колледж.

– Соболезную вашей утрате, мисс Коул.

– Называйте меня Ронни. Я тоже вам соболезную. Дэн часто о вас говорил.

– Правда?

– Разумеется. Он считал вас очень талантливой. Он отправил мне вашу рукопись… но об этом позже. Сейчас неподходящее время.

– Он отправил мою книгу в агентство Дэя Делоса? – ошеломленно спросила Тео. Разве Дэн не отказал ей в просьбе?

– Да. Простите, бестактно говорить о делах в такой момент… Я приехала, надеясь познакомиться с вами и выяснить подробности о происшествии. – Она замолчала, закрыла глаза, сделала глубокий вдох и выдох и заговорила снова. – В полиции мне сказали, что смерть была насильственной… и что Дэн умер в своем доме.

– В газетах написано то же самое, – сказал Джок, завсегдатай «Бендеров» с длинными седыми волосами, которые он стягивал в хвост. Обычно он садился на табурет возле их с Дэном стола и читал местную газету. – Похоже на ограбление. – Он покачал головой. – Но в таком районе… как-то не верится.

Тут Тео задумалась, стоит ли рассказывать о том, что она знала и что видела. Отчасти ей хотелось это сделать, снять груз с души, но почему-то слова не шли и застревали в горле. Впрочем, решать не пришлось: внезапно накатили слезы, и Лаура снова бросилась ее обнимать.

– Дорогая, не держи в себе. Слезы – лучшее лекарство от разбитого сердца.

Тео, может, и хотела возразить, что ее сердце не разбито, а просто болит, но ей не дали такой возможности: все ринулись утешать ее, поить чаем, сочувствовать и твердить банальности.