"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 (СИ), стр. 426

— Вы упоминали и политическую оппозицию, — сказал ГД, откладывая в сторону графики, которые привлекли внимание Брета.

— Да, — отозвался Брет. — Мы также должны сменить наше презрительное отношение, которое испытываем к этим небольшим оппозиционным группам в Восточной Германии. Мы должны в какой-то мере проявлять к ним симпатию: помогать и давать советы церковным группам и политическим реформаторам. Помогать им объединяться. Вы видели мои данные по церквам? Самое примечательное, что вытекает из них, заключается в том, что мы можем забыть о сельских районах: протестанты в больших городах дадут нам достаточное количество таких людей, в которых мы нуждаемся, и мы куда легче овладеем городским населением.

— Стратегические бомбардировки, — пробормотал ГД. — Хм-м-м. — Даже кабинет министров увидит логику подхода, когда ему придется втолковывать о дополнительных средствах.

— И люди, которые нам нужны, — это те, которые испытывают тягу к Западу. И нам не придется придумывать какую-то фантастическую высокооплачиваемую работу для тех, кого мы будем сманивать. Работа для них уже есть. — Брет взял другой листик. — И посмотрите, как нам помогают данные об уровне рождаемости. — Брет ткнул в изгиб линии на графике, говорившей о начале восьмидесятых.

— Но как мы их перетащим сюда?

Брет схватил другой график.

— Некоторые выезжают из Восточной Германии, чтобы провести отпуск за границей. И в зависимости от страны, в которой каждый из них проводил отпуск, нужен свой подход. В соответствии с конституцией Западной Германии, каждый житель Восточной Германии при желании может получить ее паспорт.

Движением руки ГД остановил поток красноречия Брета.

— Вы предлагаете толпе отдыхающих в Марокко немцев штурмом брать автобусы и мчаться обменивать свои паспорта? Что на это скажут марокканские иммиграционные власти?

Брет выдавил из себя улыбку. Это было типично для старика: сначала он побуждал тебя излагать свои мысли, а потом начинал ковыряться в них.

— На этом этапе целесообразнее было бы не уточнять детали, — ответил он. — У граждан Восточной Германии есть много путей получить разрешение на путешествие, и немалое количество ежегодно пользуется ими. Западногерманская правительственная пресса, требуя раскошеливаться на этот гнусный режим, каждый раз требует от него каких-то послаблений в области свободы. И помните, что мы выступаем за средний класс — за уважаемых семейных мужчин и их работающих после колледжа жен, — анеза синие воротнички и длинноволосых хиппи, прыгающих около Стены. Именно поэтому нам и нужна там миссис Икс, которая могла бы заглянуть в тайные досье секретной полиции и сообщить нам, где подлинная оппозиция: кого искать, к кому обращаться и как усилить давление.

— Расскажите мне еще раз. Она для…

— Она должна получить доступ к досье КГБ по оппозиционным группам — кто они такие и как они действуют: церковные группы, демократы, либералы, фашисты и даже коммунистические реформаторы. Это наилучший способ, который нам позволит оценивать, на кого стоит тратить усилия, и готовить их к подлинной оппозиции. И нам необходимо выяснить, как будет реагировать русская армия в случае всеобщего политического противостояния.

— Вы тот самый человек, что нужен миссис Икс, — сказал сэр Генри. Он припомнил слова премьер-министра, который сказал, что каждый русский в глубине души игрок в шахматы, а каждый американец — специалист по общественным отношениям. Рвение Брета Ранселера никоим образом не опровергает это утверждение. Предельная смелость замысла плюс энтузиазм Брета — этого достаточно, чтобы убедить его: игра стоит свеч.

Брет склонил голову в ответ на комплимент. Он понимал, что были и другие факторы, повлиявшие на решение старика. Брет был американцем. И если сэра Генри убедила оценка Брета экономики Восточной Германии, тогда именно он и должен подбирать себе агента и вести его. У него была целая куча экспертов в области статистики, экономики, банковских отношений и даже специалист по «теории групповых перемещений», которого он выловил среди криптоаналитиков. Отдел экономического анализа Брета был удачной находкой. Он может обеспечивать более чем надежное прикрытие ведущему оперативнику. А уж если тут будет замешана женщина, появится еще одно преимущество, поскольку он разошелся со своей женой. Брета могут видеть в компании «блистательной и прекрасной женщины», и никому и в голову не придет, что они говорят о работе.

— Насколько я понимаю, миссис Икс долгое время и сама справлялась с делами, — сказал Брет.

— Да, поскольку к ней имел отношение Сайлес Гонт. А вы же знаете, что он собой представляет. Он выжал из меня обещание, что на бумаге ничего не будет фиксироваться и что он будет ее единственным контактом.

— В буквальном смысле слова единственным? — спросил Брет, ни на йоту не предполагая, что ответ будет утвердительным.

— В буквальном.

— Боже милостивый! Так почему же?..

— Теперь мы привлекаем кого-то другого? Могу вам сказать. Гонт является в город не чаще одного раза в месяц, ияне уверен — возможно, и это для него слишком много.

И конечно же Сайлес Гонт был блистательным примером того любительства, вынесенного из публичных школ, который ГД только что подверг осуждению.

— И что-то случилось?

Реакция Брета подкрепила убеждение ГД, что Брет самый подходящий человек для такой работы: Брет обладал интуицией.

— Да, Брет. Кое-что случилось. Один из этих проклятых русских решил сбежать.

— И?

Прежде чем ответить, ГД отпил виски.

— И он решил подкатиться к миссис Икс. Он отвел ее в сторонку на одной из тех неприметных встреч, которые ребята из Форин Офис любят устраивать для своих русских друзей. Никогда не видел никакого проку в таких встречах.

— Значит, кагэбэшник хочет сбежать, — засмеялся Брет.

— Да, шуточка — лучше некуда, — с горечью сказал ГД. — Хотел бы и я быть в таком положении, чтобы разделить ваше веселье.

— Прошу прощения, сэр, — спохватился Брет. — Это высокопоставленный русский?

— Достаточно, — осторожно сказал ГД. — Зовут его Блум, считается третьим секретарем, работает в атташате, вне всякого сомнения, работник КГБ. Контакт произошел при совершенно недвусмысленных обстоятельствах.

— И она должна была рассказать им о нем, — без промедления сообразил Брет. — В любом случае она должна была выдать его.

— Хм-м-м. — Брет Ранселер отличается потрясающим хладнокровием, подумал ГД. Не самая привлекательная черта характера, но для этой работы как раз то, что надо.

— Разве что вы решите пустить под откос все годы отменной работы.

— Вы не услышали обо всех обстоятельствах, Брет.

— У меня нет необходимости знакомиться с ними, — сказал Брет. — Если вы не выдадите этого русского, доверие к вашему агенту будет подорвано.

— Специфика миссис Икс…

— Не обращайте внимания на психологию, — сказал Брет. — Она должна знать, что вы оцениваете степень риска, при котором на одной чаше весов она, а на другой — этот русский перебежчик.

— Я не рассматриваю ситуацию таким образом.

— Не важно, как вы ее рассматриваете. Сидя здесь, вы говорите об агенте, которого вы считаете «уникальным». Так?

— Чье положение и возможности могут стать уникальными.

— Могут стать уникальными. О'кей. Ну, а я считаю, что, если вы хоть в малейшей степени скомпрометируете ее, желая поиграть в прятки с русским агентом, миссис Икс никогда уже не сможет рассчитывать на стопроцентное доверие.

— События могут пойти и по другому пути. Не исключено, она испытывает подавленность из-за того, что решила пожертвовать этим Блумом, — мягко сказал ГД. — Она уже испытывает угрызения совести. Не забывайте, она ведь женщина.

— Это-то я помню. Она должна тут же связаться с ними и рассказать, с чем Блум подходил к ней. Если вы хоть немного промедлите с указанием, ваша нерешительность вызовет у нее глубокое возмущение и надолго запомнится. Женщина может испытывать сомнения и сожаления, но она никогда не потерпит, чтобы предпочтение отдали другой. Или другому. Такая непредусмотрительность может вызвать у нее взрыв ярости. Да, я помню, что она женщина, сэр Генри.