"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 (СИ), стр. 147

— Итиносэки. Мы будем там примерно через двадцать минут. Потом Мидзусава-Эсаси, потом Син-Ханамаки, и только потом Мориока.

— Я думал, что «Хаятэ» едет напрямую из Сэндая в Мориока.

— Не все из них. Этот поезд как раз один из тех, которые останавливаются на промежуточных станциях.

— Вот как… — Судя по всему, на Мандарина это произвело такое же впечатление, как на Нанао.

Телефон Нанао начинает звонить, и он достает его из кармана.

— Ответь — это, должно быть, твоя Мария-сама [102], — тотчас говорит Мандарин.

Нет никаких причин не отвечать на вызов.

— Могу предположить, что ты не вышел в Сэндае, — раздается из трубки голос Марии.

— Откуда ты знаешь?

— Важнее другое — ты в порядке? Я беспокоилась, что Мандарин и Лимон могли до тебя добраться.

— Я сейчас с Мандарином. Ты хочешь с ним поговорить? — Это звучит как самоуничижительная шутка.

Мария не отвечает. Должно быть, она очень волнуется.

— Они поймали тебя?

— Нет, нет. Мы пытаемся помочь друг другу выбраться. — Говоря это, вопросительно смотрит на Мандарина; тот пожимает плечами. — Я сделал, как ты сказала, и отдал им чемодан.

— Я сказала прибегнуть к этому как к крайней мере.

— Сейчас как раз время самых крайних из крайних мер.

Мария снова молчит. В тишине звонит телефон Мандарина, и тот отступает в сторону, чтобы ответить. Школьник предоставлен самому себе, но он не уходит обратно на свое место. Он просто стоит там, наблюдая за двумя мужчинами.

— Какая следующая остановка?

— Мария, а ты знала, что это не Мориока? Это Итиносэки.

— Тогда именно там ты должен сойти. Забудь об этом чемодане. Просто выбирайся оттуда. Этот поезд, должно быть, проклят. Слишком опасно! Беги и не оглядывайся.

Нанао горько улыбается.

— С поездом все нормально, это я проклят.

— И не теряй бдительности рядом с Мандарином и Лимоном. Они тоже очень опасны.

— Об этом мне не нужно напоминать.

Нанао завершает вызов. Несколько мгновений спустя возвращается Мандарин.

— Это был Минэгиси. — Выражение его лица не изменилось, но при взгляде на него у Нанао возникает тяжелое чувство.

— Что он сказал? — интересуется школьник.

Мандарин бросает на него резкий предупреждающий взгляд:

— Детям это знать не обязательно.

Затем он снова поворачивается к Нанао:

— Он сказал мне прибыть в Мориока.

— В Мориока?..

По всей видимости, Минэгиси был как будто больше озабочен судьбой своего сына, чем зол. Он огорченно спросил Мандарина: «Зачем ты показал моим людям фальшивый чемодан?»

— Я думал, должен ли извиниться, сделав вид, что ничего не знаю, или же мне следует ответить ему грубо. Я сказал: «Люди господина Минэгиси вели себя слишком заносчиво, так что я решил поставить их на место».

— Зачем ты ему солгал? — Нанао кажется, что такой ответ мог только еще больше рассердить Минэгиси.

— Я подумал, что так ему будет труднее понять, что происходит. Предал ли я его или просто провалил задание. Правда в том, что мы его не предавали. Мы просто всё провалили.

«Да, и этот провал стоил сыну господина Минэгиси жизни». Нанао чувствует, как все его внутренности скручиваются.

Однако, выслушав Мандарина, Минэгиси даже слегка рассмеялся.

«Ну что ж, — сказал он, — если вам нечего скрывать, то вы приедете в Мориока. Если сойдете раньше, то для меня это будет означать, что вы сбежали. И вы поплатитесь за это. Я заставлю вас так сильно страдать, что вы пожалеете, что просто не приехали в Мориока».

Мандарин ответил: «Конечно, мы приедем в Мориока. Ваш сын ждет не дождется, когда снова сможет вас увидеть».

Пересказав разговор Нанао, Мандарин снова пожимает плечами.

— Так что Минэгиси сейчас на пути к станции Мориока.

— Он приедет лично?

— Да, в то время как он должен отдыхать в своем поместье, — раздраженно говорит Мандарин. — Ему сообщили, что происходит что-то странное, и ему, возможно, захочется проверить это лично.

— Кто ему это сообщил?

— Тот парень со станции Сэндай. Он сказал: «Лучше будет, если вы посмотрите сами».

Нанао сначала не знает, как на это реагировать. «Подчиненный Минэгиси мог дать совет своему боссу и сказать ему, что он должен приехать?»

— Ну… — произносит он после пары мгновений раздумий. — Тогда я правда желаю тебе самой большой удачи. Я выйду на Итиносэки.

В руке у Мандарина появляется пистолет, направленный на Нанао. Он маленький, блестящий и больше похож на винтажную цифровую камеру, чем на оружие.

Глаза школьника немного расширяются от страха, и он делает шаг назад.

— Ты остаешься с нами, Божья Коровка.

— Но ведь это бессмысленно. Мне нужно сойти. Хватит с меня этой работы, хватит с меня этого поезда. Ваш чемодан находится в комнате персонала, а женщина, которая убила сына Минэгиси, — в универсальной комнате, расположенной за зеленым вагоном. Ты все сможешь объяснить Минэгиси.

— Нет, — голос Мандарина тверже металла и не допускает возражений. — Ты думаешь, у тебя есть выбор, Божья Коровка? Или считаешь, что, направляя на тебя дуло пистолета, я блефую?

Нанао не находит в себе сил ни кивнуть, ни покачать головой.

— Простите, а разве вы не собирались пойти поискать Лимона-сан? — Мальчик снова говорит как классный староста, который пытается унять неразбериху и направить в нужное русло дискуссию на странном школьном собрании.

«Дети так просто ко всему относятся», — думает Нанао.

Кимура

Когда Сигэру Кимура отнимает от уха телефонную трубку, его жена Акико спрашивает: «Кто это был?»

Далеко на север от Токио по Четвертому шоссе в направлении префектуры Иватэ располагается старый частный сектор, построенный одним энергичным предпринимателем в годы экономического бума [103]. Но с течением времени состояние экономики ухудшалось, молодежь потянулась в города, население этой местности стало сокращаться, а планы по дальнейшему строительству так навсегда и остались на бумаге, так что в конце концов жилой район стал скучным и невзрачным, как любая неухоженная провинция. Цвета зданий поблекли, и создавалось впечатление, будто городок, не успев вырасти, внезапно постарел. Но Сигэру и Акико Кимуре эта атмосфера старости и легкого запустения показалась как нельзя более подходящей, ведь им хотелось поселиться подальше от раздражающего шума и модных причуд города. Когда десять лет назад они нашли здесь маленький уединенный домик, то купили его без лишних раздумий и с тех пор жили здесь счастливо, никогда не жалуясь на малейшие неудобства.

— Это был звонок от кого-то, кто едет на синкансэне, — отвечает Кимура.

— Надо же… — говорит Акико, ставя на стол поднос с дайфуку и острыми крекерами [104]. — Ну вот. Можно по очереди есть сладкие и острые. Не хватает разве что фруктов. — Она весело оглядывает разложенные на подносе сласти. — И чего он хотел?

— Когда я звонил Юити, он сказал, что он в плену и его удерживают. Он сказал: «Помоги мне».

— Да, я помню. Ты говорил, что он едет в синкансэне и решил над тобой подшутить.

— Верно. Но теперь я думаю, что это, возможно, была вовсе не шутка. — Не будучи в состоянии полностью восстановить картину происходящего, Сигэру Кимура говорит довольно расплывчато. — Школьник, с которым я тоже говорил в прошлый раз, только что позвонил снова.

— Он сказал, что Юити опять что-то задумал?

— То, что он сказал, было очень странно.

Он пересказывает жене то, что услышал от Принца. Она неуверенно склоняет набок голову, затем берет с подноса острый крекер и кладет его в рот.

— Не очень-то острый… Ты не хочешь еще раз позвонить Юити?

Сигэру неловко возится с их стареньким стационарным телефоном, пытаясь найти в меню, как перезвонить на последний входящий вызов. Когда он наконец находит, как это сделать, и нажимает на кнопку вызова, на линии сразу же раздается автоматическое сообщение, что номер, на который он пытается дозвониться, выключен или находится вне зоны действия сети.