Властитель. Том 5 (СИ), стр. 43
Сердце бешено заколотилось в груди, предчувствуя неладное, а небо из беспросветно черного окрасилось в золото.
Амелия распахнула глаза, а Фаина поражённо спросила:
— Это что?
Амелия молчала. Она была почти уверена, но хотела убедиться прежде, чем произносить вслух.
Последние куски Чермака рухнули на и так доверху заваленный город, и на этом мясопад закончился. Не только наверху, но и по всему видимому ей пространству черная плоть обжоры словно стиралась, оставляя после себя лишь золотистую пыль, что сейчас падала ей на волосы и плечи.
Внезапно подул ветер и разогнал клубы этого своеобразного праха, и Амелия увидела его.
Волкодав, расправив черный плащ, будто два гигантских крыла, висел в воздухе, а из его рук вырывались золотые потоки силы.
Вот они исчезли, а следом испарился плащ и черная броня, что покрывала его тело.
Мгновение он ещё провисел в воздухе, словно раздумывая, стоит ли падать, после чего его голова запрокинулась, и гравитация взяла своё.
Амелия тут же выпустила несколько заклинаний, чтобы подхватить падающего. Вот только золотая пыль мгновенно их рассеяла.
Женщина в ужасе посмотрела на творившиеся заклятия. Он ведь сейчас умрёт! Что же делать⁈ Что делать⁈
Панические мысли метались в её голове, но выхода найти никак не получалось.
«Он ведь сейчас разобьётся!», — набатом стучало в висках.
И когда тело Волкодава почти соприкоснулось с землёй, оно замерло в воздухе, а рядом возникла золотая фигура, которая спустя миг рассеялась. И от этой картины Амелии вдруг стало не по себе. Словно часть мироздания безвозвратно ушла, и реальность стала чуть менее устойчивой.
Краем глаза женщина заметила, что Фаина тоже растеряно смотрит в сторону Волкодава. И не только она. Все пережившие атаку Чермака на стене как заворожённые не сводили с него глаз.
Сам же Волкодав лежал без сознания и не двигался, но Амелия ощущала в нем присутствие разума, а значит и жизни.
— Он победил, — улыбнулась она и ощутила, как по щекам побежали слезы радости. — Он нас не бросил, — наконец ответила она на вопрос Фаины.
Сначала я видел Настю. Я оказался над её кроватью, когда супруга спала. Её волосы, мокрые от агонии, покрывали неровным слоем подушку, а сама она стонала.
Неужели она заболела? Судя по пропитанной потом простыне, всё было именно так.
Я подошёл поближе и попытался наклониться над ней, но не смог. Что за…
С ужасом я услышал знакомый голос:
— Если он придёт за тобой, то ты загонишь в его сердце кинжал. Иначе я буду до конца твоей жизни ежедневно мучать тебя кошмарами.
— Ни… — во сне простонала Настя, — никогда…
Морфей, а этот голос я не спутаю ни с каким другим, яростно зашипел:
— Глупая дура. У него уже есть жены. Он вернётся сюда только ради своего эго! Ты для него — бесполезная обуза, не способная ни на что! В тебе нет ни благородной крови, ни магии! Ничего, только лишь смазливое лицо, что уже совсем скоро уничтожит время! А он — бессмертный, обладающий огромной силой, как и его женщины.
Некоторое время Настя молчала, всё так же не в силах открыть глаза и вырваться из наведённого кошмара.
А затем её лицо внезапно озарила улыбка.
— Если это правда, тогда почему ты здесь, с ничтожной мной? Продолжаешь мучать меня и говорить гадости о муже?
— Не потому, что ты особенная, — фыркнул Морфей. — И я не здесь. С тобой я оставил лишь микроскопический осколок сознания с единственной целью — насылать на тебя кошмары, дабы ты сделала то, что я хочу. Ну, а если ты в итоге откажешься, то однажды просто не проснёшься. Выбор за тобой.
Миг и место изменилось. Теперь я находился не в нашей с женой спальне у нас дома, а на берегу бирюзовой реки, по берегам которой расположились невысокие горы. На небе светило полуденное слепящее солнце, а воздух дышал свежей зимней прохладой. Река же, будучи горной, как и летом, бурлила и лишь в некоторых местах закопалась в лед.
Я огляделся и увидел рядом Хроноса. Тот сидел на громадном валуне и неотрывно смотрел на воду.
— Это наша последняя встреча, — произнёс он, и бросил на меня мимолётный взгляд. — Больше я ничем тебе не помогу, — и он неожиданно широко улыбнулся, даже счастливо, можно сказать: — Да и не нужна тебе больше моя помощь. Я передал тебе все мои знания. Они будут открываться медленно, по мере твоего развития.
— Ты спас меня и потратил последние силы? — сделал я догадку.
— Верно. Ты очень похож на своего деда. Тот бы тоже не бросил тех, кто ему помог и доверился. Ты действительно достоин переданной тебе силы.
Мы помолчали, глядя на реку.
— Последние века я только и делал, что мечтал о перерождении в круге.
— Но разве ты не забудешь прошлую жизнь? Все твои знания, опыт, будут утеряны, — поднял я брови. Перед глазами ещё стоял образ Насти, которую мучает осколок сознания Морфея. Вот же тварь.
Поэтому мне было сложно сейчас сочувствовать призраку бога, с которым у нас были больше деловые, чем дружеские отношения. Да, я ему признателен за многое, но он, в отличии от Алены и Аспида, пожертвовал собой из эгоистических соображений… Да что я несу? Действительно, сцена как мою любимую женщину пытает эта мразь, выбила меня из колеи.
— Спасибо, — произнёс я.
Он удивлённо посмотрел на меня.
— Я думал ты в ярости на меня. Ведь если бы…
— Нет, — перебил я его. — Ты пожертвовал бессмертием ради уничтожения Чермака. Рискнул всем, ведь у будущего не одна дорога, и всё могло пойти не так. А Морфей и Настя, — я сделал паузу и с горечью улыбнулся, — я сделаю всё что необходимо.
— И правда, — чуть тише сказал Хронос, — я не ошибся в тебе…
Мы замолчали. Я смотрел на воду, стараясь очистить голову, но различные мысли то и дело пытались занять всё моё внимание.
— Слушай, — неожиданно даже для себя, хмыкнул я, — а как я пойму, что стал старшим богом времени и уже не могу напрямую лезть в дела людей?
Повернувшись к валуну, я обнаружил, что Хроноса там больше не было.
— Понятно, — обратился я к пустоте. — Надеюсь, тебя ждёт новая, замечательная жизнь.
В деревне со звучным названием «Большой камень» в ночь звёздного дождя, родился ребёнок с золотыми глазами и соломенной кудрявой шевелюрой.
Его родители, обычные крестьяне, что потом и кровью добывали себе пропитание, испугались необычных глаз младенца.
— Он — наш сын, — с дрожью в голосе возражал отец, когда повитуха, охая и ахая, сказала, что ребёнок родился с нечистой силой внутри. — Просто глаза у него необычные, так мало ли! Всякое в природе случается! Вон, у свиней бывает, что рождаются совсем уж чудные поросята, даже с двумя хвостами. А на деле, из них такой же бекон получается, как и с остальных! Так и мой сын будет работать со мной на поле, не хуже прочих. Не рога же у него, а глаза только, да и не горят, как у демонов, а лишь цветом различаются!
В итоге, все в деревне приняли мальчика, который рос удивительно быстро, а лицо и телосложение имел такое, что соседи говорили:
— Он либо демон красоты, либо ангел небесный.
И люди в большинстве склонялись к последнему. Ведь мальчик, которому дали имя Хрувус, был удивительно добрым и отзывчивым. Никогда не проходил мимо чужих бед и всегда помогал, если мог.
А мог он многое. По мере взросления за ним стали замечать странное. Он будто предугадывал будущее. К примеру, их семья никогда не выходила в поле, если собирался дождь. Точнее, сама непогода должна была прийти только через пару часов, и никаких явных признаков ещё не было, ни низко парящих птиц, ни темнеющего неба. Но семья уходила под крышу.
И так много ещё чего по мелочи, но в их деревне все жили бок о бок, и не могли не замечать подобного.
Его называли Провидцем, и многие односельчане приходили за советом.
И Провидец никогда не отказывал.
Как-то после тяжёлого рабочего дня в поле Хрувус сказал отцу: