Душа обмену и возврату не подлежит (СИ), стр. 23

Ох и страху я натерпелась от этих реалистичных иллюзий. В водном мире Вха, оказывается, тоже живут киты, правда называют их валвисами. Так вот в этом павильоне мало того, что мы оказались сразу под водой, нас еще и съесть пытались. Точнее съели… И мы смогли изучить то, как себя чувствует рыба, которой пообедали. Мало приятного. Особенно, когда некоторые забавляющиеся ситуацией ректоры постоянно ржут.

— А ты, оказывается, трусиха, — продолжая посмеиваться, заявил этот нехороший человек.

— И что теперь? Ты в курсе, что выживаемость трусов гораздо выше, чем у смельчаков? — крыла железным аргументом.

— Что это будет за жизнь, если всего бояться? Подобная судьба мне точно не нужна, — мудро изрек мой спутник, но он лукавит. Разве не он должен женится по приказу своего венценосного дяди и по прихоти бабушки, которая имеет странную власть над всей королевской семьей.

— Знаешь, каждому свое. Не нужно навязывать свой выбор, — погрустнев отозвалась я. Рид долго смотрел на меня после этой фразы, будто думал, соглашаться с моим мнением или нет. После встрепенулся и сказал, что пора домой. Я была с ним совершенно согласна. Мне на самом деле пора домой. Кажется, я увязла в нем, как в песках мира Береха, и рискую быть съеденной валвисом без малейшего сопротивления. Пора делать ноги.

Всю дорогу молчала и напряженно думала, как мне провернуть свой план. Надеюсь, Артур не подведет, а Рид не раскроет мой побег до его совершения.

Рид тоже молчал, сосредоточенно глядя на пустую дорогу. И не мешал мне продумывать план побега. Хорошо, что он не лез в мою голову, или это я его не пускала? Получалось же у меня и до этого прогнать его мысли и отгородиться.

Я успела узнать, что магию можно направлять не только по чародейским техникам, но и по заклинательским, но в Хилале не было принято осваивать несколько профессий. За редким исключением. Например, Рид рассказывал о своем друге, который был не только сильнейшим волшебником, но и хорошим лекарем.

Надо будет познакомиться с ним и разузнать, легко ли у него получается совмещать все свои умения. Может, и у меня получится освоить другую профессию, кроме чародейской. Я могла бы попробовать стать заклинателем.

О чем это я? Мне нужно домой. Подальше отсюда. От него подальше.

Я повернулась и снова посмотрела на Рида. Его задумчивый профиль вызывал во мне столько чувств и эмоций. Никто и никогда не привлекал меня так, как он. Неужели я все-таки влюбилась в него? Не может быть, так быстро⁈

Говорят, женщине, чтобы влюбиться нужно всего полминуты. Тогда я точно опоздала. Бежать надо было сразу же, а теперь поздно. Но мне не привыкать жить с болью в сердце, просто станет на одну трещину больше.

Рид, почувствовав мой изучающий взгляд, повернулся и рассеяно улыбнулся. Он, думаю, специально улыбается, определенно зная, что это его главное оружие против беззащитных женских сердец.

Отвернулась и остаток пути старалась на него не смотреть, пусть и очень хотелось.

Когда мы почти приехали, Рид вдруг остановил машину и повернулся ко мне.

— Мила, я понимаю, что у тебя в академии не все получается, что тебе сложно, но никто и не заставляет тебя лезть на самую вершину. Ты можешь получать удовольствие от жизни на любой высоте.

— Я привыкла стремиться к вершине и не понимаю, как жить по-другому, — призналась мужчине. — Не знаю, как избавится от состояния загнанности.

— Всего-то нужно одеть другое состояние, приятное, — он потянулся ко мне.

Я отпрянула, испугавшись, что начнет целовать. И сама дала себе мысленный подзатыльник. Мне же хочется, чтобы поцеловал. Очень хочется!

— Хм, — Рид усмехнулся, подтянул меня к себе за талию и положил пальцы мне на виски.

Как не застонала, не знаю. От его нежных, но при этом достаточно сильных прикосновений глаза закрылись сами собой.

— Вот и умница, — прошептал он почти мне в губы, продолжая разминать мои виски, — расслабься, выкинь все ненужное из своей прелестной головки, доверься мне.

Нужно было расслабиться, но я почему-то начала возбуждаться. Его близость ощущалась остро и горячо. Он касался меня, массировал мои пульсирующие виски, а я начала чаще дышать, не в состоянии справиться с нарастающим внутренним жаром.

С трудом отстранилась и потребовала:

— Хватит. Я устала и хочу спать, — голос прозвучал чересчур жалобно для требования.

— Как скажешь, — смиренно произнес он, но вот в его глазах было выражение, далекое от смирения.

Невозможный мужчина.

Он как торт в кондитерской. Запретный, сладкий, нежный, притягательный и соблазнительный. А еще ужасно вредный. Профессиональный искуситель. Скольким девушкам он проводил такие вот успокоительные процедуры. Ну нет, я на это не поведусь из принципа! Не на ту напал. Я кремень, но чую до поры до времени. В голове плутала мысль, что ночь с ним была бы лучшим воспоминанием об этом мире. Не-не-не, пусть это лучше будет посещение музея.

Прощались мы перед входом в общежитие. Рид совершенно не обращал внимания на взгляды находящихся тут людей.

— Завтра сходим в иллюзиум? — предложил он.

— Не знаю, посмотрим, — спрятала глаза. Не хотелось врать, но завтра я уже буду на Земле.

— Сладких снов, — он провел тыльной стороной ладони по моей щеке.

— Прощай, — ответила я очень тихо, чтобы он не услышал.

Зашла в комнату, Тони еще не было. Не теряя времени, отправила через смартзеркало сообщение Артуру. Тревожно, конечно, когда весь твой план завязан на другом человеке, но ничего не поделаешь.

Зеркало издало мелодичный звук, оповестив меня об ответе разведчика. Он удивлялся, что я предложила встретиться ему в несусветную рань, но спорить не стал. И на том спасибо. Позже вернулась Тоня, веселая, довольная. Кажется, у нее было свидание. Пока мы пили наш традиционный вечерний чай, она щебетала, как птичка.

Кстати, о птичках, я глянула за окно. Тита не было. Наверно Рид решил, что на сегодня с меня хватит его внимания. И то верно. С меня хватит. Но завтра нужно будет как-то нейтрализовать пташку. Проще всего будет заманить ее в комнату и запереть. И желательно сделать это как бы случайно, чтобы не вызвать подозрений у ректора раньше времени. Когда он спохватится, я уже буду дома.

Тоня утром едет к родителям, это хорошо. Не будет лишним вопросов. Решила оставить ей записку. Писала своей артефактной ручкой в подаренной ректором тетради. Я буду скучать по магическим штукам. Не зря говорят, что к хорошему быстро привыкаешь, а магия — это не просто хорошо, это великолепно! Вздохнула.

По нему буду скучать. Стоит признаться, что именно его глаза мне часто снятся. Снились еще тогда, когда я не видела их в оригинале. Уверена и продолжат снится, только теперь будут глядеть с укором. Хотя, что плохого в том, что я хочу свободы? Он решил оставить меня здесь в качестве развлечения, а я живой человек. И игрушкой не буду!

Задремала лишь под утро, утомленная мыслями и переживаниями. Разбудила меня Тоня.

— Ой, извини, — прошептала соседка, — я тут домой собиралась. Она показала на сумку, в которую закидывала кое-какие вещи.

— Ничего. Ты часто ездишь к родителям?

— Почти каждые выходные, мне нравится проводить время с семьей, — я кивнула. Мне тоже нравилось, жаль, что те времена не вернуть. — Мама говорит, что скоро выскочу замуж, будет у меня своя семья, времени проведывать их не останется.

— Родители не вечные, и пока они живы, нужно быть рядом с ними, — я загрустила.

— Прости, не нужно мне было говорить про своих, ты же из-за мамы сбежала тогда со сцены?

— Из-за себя, — ответила и подумала, что первым делом на Земле поеду к отцу. Побуду с ним, несмотря на то что он будет молчалив и угрюм. Зато живой. Мой родной человек.

— Ладно, я побежала, нужно успеть на стационарный портал, пока! — Тоня помахала мне рукой, а я с сожалением посмотрела ей вслед. Мы бы могли стать подругами.

О, а вот и тит. Птичка, деловито и суетливо крутя головой, влетела в комнату. Пора собираться. Брать я с собой ничего не буду. Даже зеркало оставлю тут. Умылась, оделась попрактичнее. Есть не хотелось, но Лапке сказала обратное. Невзначай закрыла форточку, а потом крикнув птичке: «Я в столовую», закрыла дверь. Лапка не успела вылететь за мной, отлично.