Путь убийцы (ЛП), стр. 84

Воздух вышибло из моих лёгких. Я не думала об этом.

— Вот почему ты убил её.

— Мне следовало убить и второго. И следовало просто оставить мальчишку умирать, он всё равно был обречён.

— Ты не мог знать этого тогда.

— Ты важна для меня больше, чем какой-то случайный человек. Мне следовало выследить того вампира. Теперь его и след простыл.

— Откуда ты знаешь, что они уже не знают о том, что я твоя ученица? Мы везде ходим вместе, и уже очень давно. — Я остановилась, когда меня озарила догадка. — Дрейвин нацелился на твою сестру, чтобы добраться до тебя? Они знали, что ты пойдёшь за ней. — Как к самому смертоносному ассасину в Лиге, они, должно быть, хотели переманить его на свою сторону или убить. И уж тем более они хотят его сейчас — как первого вампира-дэйуокера почти за целый век.

— Весьма вероятно, что так и есть. — В его глазах проскользнула печаль, которую он редко мне показывал. — Я не хочу, чтобы это случилось с тобой. Возможно, мне придётся уйти. Если я дам им то, чего они хотят…

Ярость вспыхнула во мне.

— Нет. Ты не можешь уступить им из-за меня! — гаркнула я. — Ты не можешь дать им то, чего они хотят. Ты в ЛОА до самой смерти! Я могу умереть в любой день, такова природа ассасинов, таков путь этого мира. Так сражайся усерднее, чем когда-либо, но даже не смей сдаваться! Я в большей безопасности, когда ты рядом. Ты что, оставишь меня разбираться с Бистом и Дредом в одиночку? Кто лучше подставят мне плечо на заданиях, если не ты?

Он полностью повернулся ко мне. Его глаза блестели в лунном свете. Одно слово могло разбить мне сердце. Грудь отозвалась тупой болью.

— Хорошо, Косторез. Я обещаю, что буду сражаться усерднее, чем когда-либо. Ради тебя.

Глава 27

Утром мы завтракали со всеми во дворике. Солнце согревало мне лицо, а в ветвях деревьев пели птицы. Я сидела с друзьями, но то и дело посматривала на Биста — искала признаки того, помнит ли он, что произошло пару ночей назад. Беспокоиться было даже глупо. Если бы он хоть что-то помнил, то уже пошёл бы к командирам, и Вандера бы здесь не было. И всё же паранойя из-за того, что кто-то может узнать секрет Вандера, грызла меня изнутри. Что, если мы столкнёмся с вампирами Ноктурнуса на глазах у других ассасинов, и они выдадут его?

Если Белладонна устала ждать, пока он примкнёт к ним, они могут начать давить, чтобы разоблачить его. Даже если один из них снова назовёт его «братом», это вызовет у ассасинов подозрения. Я хотела её смерти. Я вспомнила слова Селин о том, что нам, женщинам, придётся это сделать. Я хотела, чтобы это сделала я. Мысль о том, что Белладонна считает, будто имеет какие-то права на Вандера, пробудила во мне тьму, о существовании которой я и не подозревала.

— Ты слышала, командир Эйс сказала, что завтра вечером мы отправляемся ликвидировать Дрейвина Нокса? Она и командир Локк выйдут к нам и введут в курс дела до того, как закончится ужин. — Селин ткнула меня локтем в бок. — Но есть новость получше: сегодня у нас свободный вечер! Я слышала, как остальные говорили, что собираются в город — чисто мы, ученики. Ты с нами?

— Э-э, да, конечно. — Вандер уже рассказывал мне о задании. Я ковыряла еду. Есть совершенно не хотелось, хотя ветчина, картофель и фрукты пахли восхитительно.

— Что с тобой не так? — Тэйвин прищурился, будто пытался прочесть мои мысли.

— Ничего.

— Ты какая-то не такая. Ты же ждала этого задания. Разве ты не рада?

Шэдоухоук подался вперёд с другой стороны от Селин, словно тоже ждал моего ответа. Обычно он не много разговаривал со мной или Тэйвином. Было очевидно, что за нашим столом он сидит только ради Селин.

Я кивнула и заставила себя улыбнуться:

— Не терпится прикончить этого ублюдка.

— Вот это другое дело, — Селин взяла кружку с дымящимся чаем. — В общем, на сегодняшний вечер я думаю отправиться в «Ночной колпак», попить и потанцевать. Нам незачем идти с остальными учениками. Как насчёт того, чтобы встретиться здесь вчетвером в сумерках?

Я вздохнула. В обычное время я была бы в восторге от возможности выбраться в город и развлечься.

— Ты же понимаешь, что командир даёт нам свободный вечер просто потому, что кто-то из нас завтра умрёт? — Вандер предупреждал меня, что я могу увидеть гибель своих друзей, и это не выходило у меня из головы. Это и его угроза уйти после того, как Дрейвин будет убит.

Тэйвин, Селин и даже Шэдоухоук уставились на меня. Наконец Селин ухмыльнулась:

— Ну ты сегодня прямо грозовая тучка, а?

— У вас с Вайпером что-то случилось? — спросил Тэйвин. Он подался ближе и понизил голос: — Он смотрит на тебя прямо сейчас.

Я тяжело сглотнула и не стала поднимать глаз:

— Нет. Обычные тренировки.

— То есть ты всё ещё не попыталась разлечься перед ним голой в постели? Я жду того дня, когда ты сольешь мне хоть какие-то сочные сплетни, — поддразнила Селин.

— Угх. — Тэйвин покачал головой. — Я этого не слышал. Я не соучастник планов по нарушению правил.

Шэдоухоук тихо хмыкнул. Я не дразнила их по поводу их отношений и не понимала, какого черта Селин так докапывается до моих. Хотя сама она во время тренировок добровольно вываливала мне все подробности своей личной жизни, даже когда я не просила. Я знала о Шэдоухоуке куда больше, чем когда-либо хотела знать. Мне правда не нужно было знать размер его достоинства и куда он его прикладывает.

— Я же сказала, ничего не происходит. — Я не могла позориться дальше, ведя себя отчаянно. Это окончательно сломало бы меня, если бы он снова отверг меня после того, как я открылась перед ним.

— О боги, он что, отверг тебя? — Глаза Селин округлились.

— Смоук, — осадил её Шэдоухоук. — Не здесь. — По крайней мере, молчаливый парень стоял за меня горой. Тэйвин же уплетал еду так, будто ничего не слышал.

Я шикнула на неё и нахмурилась. За столом кроме нас были и другие люди, и меньше всего мне хотелось, чтобы кто-нибудь донёс командирам, будто между мной и Вайпером что-то есть — когда ничего не было.

— Заткнёшься ты об этом или нет?

Селин приподняла руки в знаке капитуляции:

— Ладно-ладно. Так мы идём в «Ночной колпак» или как?

— Да, встретимся здесь в сумерках, как ты и сказала.

— Отлично. И брось эту свою грозовую тучу. Я хочу повеселиться, особенно если завтра могу сдохнуть.

Закат окрасил небо в потрясающие оттенки розового и лососевого. На улицах города начинала опускаться ночь, и в небе мигали первые звёзды. На мне был комплект новой одежды из лавки Мьюриэл. Топ плотно облегал торс, с квадратным вырезом и длинными рукавами-фонариками, затягивающимися на запястьях. Он был достаточно коротким, чтобы открывать полоску кожи на животе. Лазурно-синий цвет отлично сочетался с моей кожей и оттенял медь в моих светлых волосах. Чёрные брюки сидели почти впритык, не так плотно, как форма ассасина, но близко к тому. Сапоги, которые Мьюриэл тайком подсунула мне, были тёмно-серыми, на каблуке и доходили почти до колена.

Когда я оставляла Вандера в комнате, у меня все внутренности скрутило узлом. Он настоял на том, чтобы я пошла повеселиться, хотя сам присоединяться к нам не собирался, и его отговорка была простой: «Я не ем за столом учеников и не пью с ними. Другие наставники тоже не идут». Но с тех пор, как несколько дней назад мы столкнулись с вампирами, он был тихим, не находил себе места. Казалось, будто он уже отдаляется от меня, уже наполовину ушёл в своих мыслях, несмотря на обещание сражаться усерднее.

Я до ужаса боялась, что вернусь сегодня ночью домой, а его уже не будет, и я ничего не смогу с этим поделать.

Я не могла представить, чтобы он сражался на их стороне, но, если он сдастся Белладонне, что это будет означать? Они будут пытать его, пока он не подчинится? Запрут в камере? Даже если он пойдёт к ним, как того хочет Белладонна, они всё равно могут нацелиться на меня, чтобы заставить его повиноваться, и я сказала ему об этом.