Путь убийцы (ЛП), стр. 16

— Не отставай, — бросил он через плечо.

Я заковыляла вниз по ступеням, ругаясь и сжимая зубы при каждом шаге. Сколько времени требуется этой настойке, чтобы подействовать?

Оказавшись на первом этаже, он толкнул тяжёлую деревянную дверь во внутренний двор. Гомон стоял громкий и беззаботный. От запаха еды у меня потекли слюнки. После мрачных коридоров солнечный свет казался особенно приятным: его тепло прогревало одежду и, казалось, немного усмиряло боль в боку.

Группы людей высыпали из других дверных проёмов со всех сторон замка. Каменные столы и скамьи начали быстро заполняться ассасинами и их учениками. Различить, кто есть кто, не составляло труда: у всех учеников были избитые лица.

— Можешь сесть где угодно с левой стороны. — Даже не взглянув на меня, Вандер пошагал вперёд.

— Я думала, ученики делают всё вместе со своим наставником, — пробормотала я себе под нос.

Он замер на полушаге и оглянулся на меня. Моё сердце камнем ухнуло прямо в мои грязные сапоги.

Он повернулся и, схватив меня за руку, потащил назад тем же путём, каким мы пришли, остановив нас перед самой дверью:

— Тебе не положено сидеть с полноценными ассасинами, ты — ученица. Ты едва ли на шаг выше крестьянки, которой пришла сюда вчера. Давай проясним одну вещь: я тебе не друг, я твой наставник. Ты согласилась делать всё, что я скажу, так что начни с того, чтобы держать рот на замке, когда я приказываю тебе что-то сделать.

Чёрт, да кто ему в утренний чай плюнул? Я сглотнула, но удержала зрительный контакт:

— Я не хотела проявить неуважение, сэр. Я просто… думала вслух.

— Тогда научись держать свои мысли при себе.

Переведя дух, я кивнула. Он направился к одному из столов и сел напротив женщины с острыми плечами и прямыми каштановыми волосами до челюсти. Я быстро заметила Тэйвина и Селин и вздохнула с облегчением, увидав знакомые лица. Я старалась изо всех сил не хромать, пока шествовала через двор к их столу, но всё равно чувствовала, что переваливаюсь как утка.

Сальный свист заставил меня замереть и обнаружить… Морроу. Он пошевелил бровями и изобразил поцелуи, пока я проходила мимо. За его столом вся орава парней заходилась смешком. Этот человек станет моим кошмаром. Гневная волна подступила к груди, но я подавила её.

— Эй, лотлтонка, как там твои рёбра? Ты орала так громко, что даже вампиры услышали. — Морроу схватился за бок и навалился на соседа, делая вид, что кричит от боли.

Я начинала ненавидеть его всё сильнее, но понимала: он просто хочет добиться от меня реакции. Не дождётся.

Через несколько столов Тэйвин помахал мне рукой и потеснился на каменной скамье, освобождая место.

— Как прошла твоя первая ночь? Здорово быть здесь, в Дракхаре, да? Заклинание для входа — это вообще чистый восторг. Я поверить не мог, как эти кусты роз просто раздвинулись в стороны. — Он ухмыльнулся, отчего вокруг его глаз собрались лучики морщинок. — Так загадочно и готично. Совсем не похоже на здание учёных.

Завитушки и узоры, высеченные на серых каменных стенах и вдоль величественных арок, не походили ни на что из того, что я видела раньше. Это было невероятно красиво. Я-то привыкла к маленьким бревенчатым домам и заколоченным окнам.

Но я уже скучала по своей кровати и своей семье. Я никогда раньше не уезжала от них. Кейде и Айварру придётся помогать отцу с резьбой, пусть они и не любили это так, как я. Бабушке Эше и маме нужно было больше ткани для детской одежды и одеял. Я надеялась, что продажи золотого самородка из ящика моей тумбочки хватит, чтобы они спокойно пережили зиму. Мой отец был хорошим охотником, так что мы никогда не голодали, но и излишков у нас не водилось.

Я скучала по Кейсу и его дразнилкам. То, как он смотрел на меня, когда меня уводили, отчаяние в его голосе — всё это до сих пор звучало в моих воспоминаниях.

— Всё болит… и тут тихо. — Мой придурок-сосед по комнате тоже ничуть не облегчил мой переезд. Отсутствие криков по ночам было самым приятным, что было в этом месте.

Тэйвин хмыкнул. Рассечение над его глазом уже выглядело лучше, осталась лишь легкая краснота.

— Да уж, тебе досталось несколько тяжелых ударов, но ты держишься на ногах, и это хорошо. Я вообще не был уверен, сможешь ли ты дойти до завтрака. — Он подвинул мне серебряное блюдо из центра стола и жестом указал на еду. На больших подносах ждали сконы, ломти хлеба, яичница и нарезанный кубиками картофель. Нарезанные яблоки тоже выглядели сочными. Я тут же потянулась за хлебом и впилась в него зубами, даже не помазав маслом. Он был мягким и пышным. Еда была второй вещью, которая мне здесь понравилась. Похоже, она была в изобилии.

Укол вины царапнул меня изнутри. Для них это, вероятно, был обычный ежедневный завтрак, в то время как у моей семьи подобный пир случался разве что на праздник вроде Мидсаммера. Который наступит уже завтра, а я пропущу всё празднование.

Селин повернулась ко мне:

— Так как зовут твоего наставника? Мы сгораем от любопытства, кто скрывается за именем Вайпера. — Селин толкнула меня локтем прямо в сломанные рёбра. Острая боль пронзила моё тело. Я выдохнула сквозь сжатые зубы низкое шипение. — Извини, я забыла про синяки.

— Всё в порядке, — прохрипела я, сделав несколько неглубоких вдохов. — Командир Локк назвал его «Вандер». — Я заметила серебряную полосу на шеях Селин и Тэйвина, точно такую же, как у меня, но без имён на воротнике, как у ассасинов. Должно быть, это знак ученика.

Её брови взлетели вверх:

— Вандер Вьерросон?

Я пожала плечами:

— Я не знаю. — Меня больше интересовал хлеб, чем его фамилия. Я взяла скон и немного яичницы. Где масло? Мне нужен был добрый кусок масла, густо намазанный на скон. Я умирала от голода после Обряда распределения, драки и отсутствия ужина после всего этого.

— Ты хоть понимаешь, что Вандер Вьерросон — практически королевская особа? Его мать — двоюродная сестра короля Сигурда. Чёрт, мне следовало догадаться, что Вайпер — это Вандер. — Она залезла в карман, достала три медных аклета и переправила их Тэйвину.

— Нет, не понимала. — Я уставилась на него через весь двор, разглядывая сквозь море незнакомцев в чёрных одеяниях.

Королевское происхождение вполне объясняло его пренебрежительное отношение ко мне — деревенщине. Его стол стоял дальше всего от нашего, на противоположном конце двора. Я смотрела, как движутся его губы, когда он говорит с женщиной напротив. Какая-то моя часть пожалела, что я не умею читать по губам лучше.

— А зачем ты отдаёшь Тэйвину деньги?

— Мы спорили. — Тэйвин убрал монеты в боковой карман штанов. — Я утверждал, что Вайпер — это Вандер или Рун. Они одного года выпуска, и оба славились в Академии Найтхейвена своими подпольными боями.

— Серьёзно? Он выглядит как человек, строжайше соблюдающий правила.

— Он сексуален, вот кто он такой. — Селин уставилась на него и хрустнула яблоком. — Обычно мне не нравятся рыжие, но его я бы хотела.

— Он не совсем рыжий. Скорее, тёмно-каштановый с рыжиной, — задумчиво протянул Тэйвин. — Уж я-то, как рыжий, разбираюсь.

— А между ассасинами и учениками вообще разрешены подобные отношения? — спросила я. Вандер очень доходчиво дал понять, что между нами никогда ничего не будет. И если мне придётся ходить за ним по пятам, я бы точно не хотела выслушивать, как он… находит удовольствие в чьих-то объятиях.

Селин пожала плечом:

— Наставнику и его собственному ученику строжайше запрещено вступать в сексуальную связь по вполне очевидным причинам, но Фэлкон сказала мне, что в остальном это не нарушает правил.

— Ну да, никому не нужны отвлекающие факторы, осложнения или скандальные расставания во время обучения, — добавил Тэйвин. — Я слышал, в один из годов наставник и ученица закрутили роман, а потом наставник переспал с кем-то ещё, и они устроили дикий скандал прямо здесь, во дворе. Ученице, понятное дело, назначили нового наставника, но год уже перевалил за середину, и командир Эйс была в бешенстве.