Душный наёмник. Том 4 (СИ), стр. 51

Эта парочка была полностью погружена в любимое дело. Даже их рабочие разговоры были чем-то особенным.

— Думаешь третий…

— Да, уже обхожу блокировку.

— Неплохо, интересный способ.

Наёмник чувствовал, как этим двоим нравится делать то, что они делают. Нравится находиться в компании друг друга. Мутант и дроид… а не плевать ли? Кто должен решать, как верно и правильно, а как нельзя жить?

— Вот значит, какой путь ты выбрал, брат. Даже не представляешь, как я рад за тебя.

Молох говорил тихо. И так же тихо развернулся, направляясь к выходу. Но сделать успел лишь пару шагов.

— Зачем уходишь, ведь только пришел, брат? — Голос за спиной заставил резко остановиться. — Спасибо, что заскочил сам.

— Как мог я не ответить на просьбу брата. Но… я вам мешаю, наверно. Пойду, потом поговорим.

— Нет-нет, — Трэм быстро снял шлем. Копи молчала, но шлем тоже сняла. — Это я тебя задерживаю. Я быстро. Хотел попросить об одной услуге. Я всё обдумал, поговорил с Копи. И, в общем… не мог бы ты подыскать место на борту Тора и для неё?

Редкая картина — удивленный Молох. Еще более редкая — Молох, который растерялся и не знает, что сказать. В итоге, он только и смог, что прошипеть что-то невнятное своим кислородным фильтром и кивнуть. Но даже этого хватило, чтобы Трэм расплылся в улыбке. И… Копи тоже улыбнулась.

Да уж… Только Молох хоть немного пришел в себя, как ожил его коммуникатор. А там знакомое лицо:

— Да, Скарлет, слушаю.

— Можешь подойти?

— Что-то срочное?

— В док вошла Золотая Валькирия. Давай не по связи. Жду у себя.

— Хорошо. Сейчас буду.

Глава 27

Глава 27

И снова знакомый кабинет. Но, в этот раз, кажется, замглавы успела «навести порядок». Любимые ею стенды с оружием и бронёй были убраны. Место освободилось и в центре расположился длинный стол. Такой часто используют для переговоров, ведь у него, кроме всего прочего, встроен голопроектор и еще куча всяких гаджетов. Но, вопрос в другом — а зачем было всё это делать? Во всей колонии ТэльМара нет свободных помещений?

Молох стоял у входа, рассматривая «обновленный» кабинет. Вопрос целесообразности имел простой ответ — уровень защиты. Если проводят тут, значит Скарлет поработала на славу и аналогов подобной защиты в колонии нет. Хотя… у главы Альянса точно лучше, но его нет на месте. Вот и ответ, но он рождает другой вопрос:

— Чего нам «от зайчика» такого привез граф Эхенлихт, что вокруг небывалая конспирация? Неужели эти всякие пошлые аристократические игрушки, которые друзьям не покажешь, детям не расскажешь? Говорю сразу, я не храм, мне свечей внутрь не нужно.

Скарлет, пока что единственная, кто был в кабинете, только тяжело вздохнула:

— И с чего я решила, что ты воздержишься от комментариев? А привез он…

— … Меня. — Прозвучал голос за спиной наёмника. Очень знакомый голос. Катарина Лонг вошла в кабинет.

Девушка была не сама. Граф шёл следом. А за их спинами, пытаясь максимально мимикрировать под окружающую мебель, плёлся капитан Морис. Учитывая, что мужик был немаленьких габаритов, этот «выхухоль-стайл» в его исполнении выглядел забавно.

Как только троица пересекла порог кабинета, Скарлет лично встала и пригласила каждого сесть. Молоха никто не приглашал… просто не успел, потому что наёмник уселся раньше. Но суть сего действия была не в приступе вежливости. Гости заняли места, а замглавы Алого Альянса подошла к входной двери. Приложила руки к дверному полотну и подождала секунд десять. Прозвучал тихий писк и под ее рукой засветилась неоновая панель управления. Задав в ней несколько команд, Скарлет подождала еще секунд пять, глянула на свой коммуникатор и кивнула:

— Теперь хорошо. Можем переходить к делу, госпожа Лонг. Искин начнет вести протокол, как только вы заговорите.

С этими словами, замглавы вернулась на место. И тишина. Сидят, молчат. Даже Молох молчит. Всем ясно, что собрание не рядовое. Под протокол искина «текучку» не проводят.

— Я, Катарина Лонг, приступаю к своим служебным обязанностям, как одного из директоров Свободной Гильдии Наемников. Моя личность и права подтверждены руководством Алого Альянса, как прямого партнера гильдии. Все подтверждающие документы зафиксированы и переданы. Теперь, перейдем к делу. Капитан Морис, имея собственное судно и поручительство представителя гильдии, в лице капитана Эхенлихта, получает право на регистрацию в гильдии в качестве наёмника серебряного статуса. Далее… Прошу зафиксировать данные капитана Мориса и его запрос на вступление в группу наёмников в качестве подчиненного капитана. Запрос направлен наёмнику гильдии, капитану Вульфу Эхенлихту. — Все данные уже были Катариной подготовлены. Она только подносила свой коммуникатор к сканеру, вмонтированному в стол, и копировала всю необходимую в данный момент информацию. — Исходя из этого, капитан Эхенлихт, во флот которого переходит наёмник серебряного статуса, получает разрешение на замену своего допуска. Отныне Вульф Эхенлихт зарегистрирован в Свободной Гильдии, как капитан золотого уровня допуска.

Это были стандартные процедуры. Но, как в случае с Молохом, которого в свое время миновала бумажная волокита, требовалась «подстраховка». Искин, фиксировавший документацию и имевший внутренние метки Алого Альянса, вполне подходил. Партнеры выступили в качестве поручителей. В свое время Рида, присоединившись к Молоху, обеспечила ему получение золотого статуса наёмника. И вот Морис сделал подобное для Эхенлихта. Это была взаимовыгодно для обоих. Статус графа укреплен, а Морис легализован, как наёмник Свободной Гильдии.

Молох задумался. В этот раз легких ответов не было. К чему это форсирование событий? Да, гильдия получила еще одного «золотого» наёмника, а директор Лонг — лояльного капитана высокого уровня. К чему было звать сюда его? Вспоминая произошедшее на Эйхе, ответ напрашивался сам собой — это замена. Его замена. Такой же золотой допуск, только с графским титулом. Вхожий в аристократические круги, вместо другого идиота, который не то, что туда, а даже в центральные системы теперь попасть не может. Эта глубоко бюрократическая процедура ни что иное, как развернутое объяснение прекращения даже не сотрудничества, скорее покровительства. Надо же… Ну, по крайней мере, теперь можно будет немного отдохнуть. Все эти корпорации и высшая аристократия — это не тот формат миссий, который был близок его душе. Хотелось чего-то более приземленного. Пираты, контрабандисты. Жаль, теперь не получится нормально провентилировать вопрос сотрудничающих с Вантарис торговцев, но может так даже лучше. Было интересно, но этим теперь есть кому заниматься.

— С этим мы закончили, — тон директора изменился. Странно. Она что, нервничает. — Теперь пришло время решить другой вопрос. Искин, пауза протоколирования.

Стандартные слова, дабы под запись не фиксировалось абсолютно всё. Начиная от словесного «мусора» и заканчивая секретной информацией. Теперь разговор можно было вести не так официально.

— Ты ведь не подумал, что Эхенлихт — твоя замена? — Катарина повернулась к Молоху и широко улыбнулась. — А то смотрю кислородный фильтр совсем поник.

Такое ехидство, да еще и от босса. Достойно.

— Вот теперь я точно уверен, что могу уходить, хоть сейчас. Я посадил корабль, взрастил у всех паранойю и воспитал воистину токсичный коллектив. Горжусь собой.

Катарина только отмахнулась. Реагировать на это не стала, даже наоборот, слегка улыбнулась:

— Гильдия тебе сильно задолжала, Молох. Пришло время платить по счетам.

— Звучит, как предложение подраться на ножах за две пачки чипсов или как что-то, после чего замуж не берут.

— Не надейся, что легко отделаешься, Молох. Это должно звучать, как предложение… Во-первых, перед тобой извиниться, — после этих слов Катарина Лонг встала и легонько склонила голову. — Я хочу лично извиниться за действия моей гильдии и её партнёров, перед вами, уважаемый капитан Молох. Во-вторых, компенсация за последнюю миссию будет выплачена из моих личных фондов. Прошу не держать зла и продолжать сотрудничество со Свободной Гильдией Наёмников.