Душный наёмник. Том 4 (СИ), стр. 49

— О! Уже успели наныть?

— Ныли так, что на всём ТэльМара влажность на три процента поднялась. Впрочем, Алый Альянс попросил конгломерат выражать свое мнение тогда, когда его об этом спросят. А когда не просят, держать свой мнениеприёмник закрытым. Как-то так. Нам не привыкать обламывать рога крупным противникам. Но звала тебя я не из-за этого. Помнишь о «подарке», что ты оставил на одной из бывших баз Стального Кулака?

— Тот подарок, который просто бомба, как хорош? Я таких подарков оставил не один.

— Ага. Но один оказался не просто хорош, а капец, как хорош. Его так высоко оценили, что нам уже мало что оценивать осталось. Но, когда чрезмерно, порой бывает даже лучше. Сейчас объясню. Я попросила патруль периодически захаживать в дальний фронтир, проверять покинутые базы Стального Кулака. Не все, так, парочку ближайших. И вот там мы и нашли страдальца. Небольшой скоростной фрегат. Ну, или то, что от него осталось.

Шутки кончились. Вот это уже был серьезный разговор, и Молох обдумывал каждое слово. Как замглавы, так и свое:

— Я очень удивлюсь, если повезло считать данные искина.

— Искин был заминирован и полностью уничтожен. Но так уж получилось, что сдетонировал он не по команде, а из-за взрыва твоего дрона. В итоге, двойным взрывом не просто разнесло корабль на куски, а вырвало его хвостовую часть. И только поэтому мы получили не обугленные обломки, а относительно целый фрагмент для идентификации. Угадаешь кто это был?

— Пусть банально, но логично было бы предположить, что Кулак?

— Не-а.

— Почему-то я так и думал. Тогда Вантарис?

— Не-а.

Пальцы бронированной перчатки постучали по столу. Наемник задумался, но быстро хлопнул ладонью по тому же многострадальному столу и произнес:

— Ведь не наемники же гильдии, да?

— Не-а. Не они. Ладно, не мучайся. Уцелевший фрагмент, как я и сказала, подлежал идентификации. Он числится за торговой палатой центральных систем. Так что получается, что на бывшую базу пиратов, миновав патрули, прилетел торговец на заминированном фрегате. Вот такие дела.

Молох медленно поднял палец вверх, набрал воздуха побольше в легкие, но Скарлет неожиданно добавила:

— Ах да, если ты думаешь, что кораблём просто воспользовались пираты или другие «необычные» люди, то я тебя разочарую. Кое-какие кусочки от пилота остались. И это обычный человек. Торговец средней руки. Получается, он сам управлял зарегистрированным на него судном. Если опустить необъяснимые цели и причины такого действия, то это уже не технологии неизвестных корпораций. Это ниточка…

— Это не ниточка, замглавы. Это целый чопик. Потянем и с влажным хлопком появится след. Я хочу изучить всю имеющуюся у вас информацию.

— Хорошо, как только твоей жизни ничего не будет угрожать, — спокойно произнесла девушки, глядя на свой коммуникатор. — Извини, но она приближается.

Зашелестела дверь за спиной. Молох медленно повернулся. У входа стояла фигура. Очень знакомая фигура. Уважаемая доктор Вероника Штерн нетерпеливо постукивала по полу ногой:

— Значит, сообщения доктора Штерн мы игнорируем? Еще и без вина приходим⁈

— Извини, — тихо прошептала Скарлет. — Забыла сказать. Её кабинет тоже в этом секторе. Ты… главное выживи.

Глава 26

Глава 26

— Я, значит, не сплю дни и ночи в лаборатории. Корплю над телами, в попытке выжать хоть какую-то информацию. А уважаемый капитан приходит без антистресса. Ни одной бутылочки!

Доктор нависала над наёмником, как праведный меч правосудия. Последний, кстати, до сих пор не совсем понимал, отчего она так бурно реагирует. Но спрашивать не спешил, ведь даже штурмовая броня имеет свои ограничения. Лишний раз лучше не рисковать.

— Обещаю, доктор Штерн, я…

— Как ты меня назвал⁈

— Эм… обещаю, Вероника, я заглажу свои ошибки в ближайшее время и…

— Чего ждать, загладишь сейчас! Пошли в лабораторию!

— Э⁈

А дальше, один маленький, бронированный шарик по имени Молох, потащили в конец все того же многострадального коридора, где располагалась укрепленная дверь лаборатории. Впрочем, открылась она сразу же, впустив парочку в просторное, поделенное на множество секций, помещение. Дверь закрылась. Горевшие голубым светом глаза повернулись к наёмнику и… доктор Штерн отпустила руку и рассмеялась:

— Если ты ничего не понимаешь, то ничего страшного. Уж извини, Молох. Считай, буду должна.

— И всё же, что это было?

— М-м… Ладно, пойдем в первую лабораторию. Я тебе все расскажу, ты ведь все равно не отцепишься?

Первая лаборатория оказалась ближайшей от входа. И самой пустой. Тут героически возстоял заваленный всем, начиная от бумаг и заканчивая пробирками, стол. Несколько высоких, достававших до потолка, стальных шкафов с замками и пара стульев. Всё. Вероника села в один из них. Привычный ей, собственный стул. На спинке как раз висел её халат. Его девушка быстро накинула на плечи. Порылась в карманах и достала небольшой накопитель.

— Тут вся информация, что мне удалось собрать. Ты ведь точно подумал, что две бутылки вина как-то скромно за работу? — Оскалилась девушка.

— Я подумал, что это скорее поощрение за старания, чем награда за результат.

— Именно так оно и есть. Если ты надеялся, что я скажу: «Мы вскрыли чип, виноват Валера», то спешу огорчить. Мы вскрыли чип и не нашли ничего, что указывало бы на производителя. Но, это не значит, что работа была бесполезной. Наоборот. Мы теперь точно знаем, что это был Валера.

Молох оглянулся. Посмотрел на хлипенькие лабораторные стульчики и вышел в холл. Заглянул в парочку соседних лабораторий и ненадолго пропал из виду. Доктор все это время молча наблюдала за наёмником. А уже через пару минут по ушам ударил стальной скрежет. И сейф для хранения образцов из лаборатории №3 перекочевал в первую… в качестве стула.

— Ох, отлично. Смотрю, разговор будет небыстрым…

— Ничего, моя ошибка, — отмахнулась Вероника. — Сейчас будем разбираться, там ничего сложного.

— Хорошо. Так что с Валерой? Виноват Валера или не виноват?

— Вина Валеры не доказана, но я точно знаю, что это все сделал Валера.

— Так… — Молох поправил сейф, на котором сидел. — Разговор будет о-о-очень небыстрым. — Давай, наверное, без ассоциативных цепочек. Что получилось выяснить?

— Помнишь, я тебе говорила, что наблюдаю сходство в технологиях МитталТех и НоваГен. Будто один специалист работал сразу с первыми, а потом перешел ко вторым. А ты ответил, что это невозможно, потому что этот специалист мертв. Помнишь?

Молох посмотрел на свою правую руку. В памяти всплыли старые ощущения впивающихся в кожу шипов искина. Воспоминания пробивающего череп удара. После такого не выживают даже модифицированные люди.

— Я точно уверен, что тот ученый мертв.

— Ну, тогда у тебя прибавится работы, потому что придется искать того, кто разбирается в технологии не хуже мертвеца. Я сделала глубокий анализ примененных стабилизаторов, мутагенных возбудителей и подавителей. Как в случае с использованием активной мутагенной сыворотки, так и в случае подавления первичного отторжения биожидкостей кораллов, использовались одни и те же реагенты. В одной и той же последовательности, даже там, где это не критично. Один почерк, один стиль. И все это при условии, что процентов семьдесят пять из них имеют известные аналоги. — Доктор Штерн подняла указательный палец вверх, акцентируя на моменте. — Это могло быть объяснимо передачей технологии, но нет. Я всё проверила, когда ты прислал данные медсканеров последних образцов, что получил на Дайна. В жидкости, подпитывающей человеческие органы в машинах этого Кровавого Кулака и в крови помогавших вам бойцов конгломерата Вантарис, найдены остаточные следы идентичных стабилизаторов.

Молох думал. Думал молча, едва заметно постукивая пальцами по сейфу. Учитывая, что лицо был скрыто за кислородной маской, впечатление создавалось такое себе.