Душный наёмник. Том 4 (СИ), стр. 47
— Я… Понял вас, граф.
— Хорошо, вечером зайдете, отчитаетесь лично. А теперь к другим вопросам…
Бутылка коньяка разлетелась мелкими осколками. Вполне предсказуемый результат, когда ты кидаешь её в стену. Недопитое содержимое медленно стекало вниз, а небольшой дрон-уборщик уже начал собирать осколки. Еще бы ему не начать, ведь дрон отсюда не успел уехать еще с предыдущей бутылки. Правда в тот раз, было недопитое вино. Ну, раз идем на повышение градуса, значит все нормально.
Уважаемый граф, Рейн Эхенлихт, задумчиво переводил взгляд с бара на мокрую стену и обратно, на ряд еще нетронутых бутылок. В голове была простая мысль — дорогой алкоголь должен приносить удовольствие. Но запущенный в стену, он приносит ещё больше удовольствия, чем выпитый. Так плохо ли это, если ему становится легче?
— Даже и не знаю, хвалить тебя или отругать, — голос, прозвучавший за спиной, был настоящей неожиданностью. Рейн настолько погрузился в свои мысли, что не услышал, как дверь открылась. Закрытая ранее и единственным человеком, который имел к ней ключ, кроме него был:
— Здравствуй, брат. Можешь меня поздравить, я сегодня был редкостным мудаком. Просто отменным моральным уродом. Колированным кретином.
— Так и есть. Ты был всем этим, — Вульф Эхенлихт подошел к младшему брату и обнял его. — И я невероятно горжусь тобой. Ты пожертвовал гордостью ради кое-чего куда более важного. Ради Эйхе, ради семьи и ради близких друзей — плевать на лицо, плевать на положение и чужое мнение. Ты все сделал правильно.
— Мне так хреново. И еще хреновей от мысли, что тебе приходилось так поступать постоянно. А ведь я ещё и презирал тебя за это. Я… я виноват перед тобой, брат.
Их разговор прервал генерал Грифин. Он тихонько вошел и произнес всего два слова:
— Всё готово.
Вульф ничего не ответил, только ещё раз обнял брата.
— Я пришёл попрощаться. Когда вернусь не знаю. Так что, ты уж постарайся тут. Если нужна будет помощь, обращайся к Карине Лонг. Надеюсь, граф Эхенлихт будет управлять системой так, чтобы мне не пришлось кидать бутылки в стену своей каюты.
— Не придётся.
— Вот и отлично. Тогда мне пора, — выходя, Вульф похлопал по плечу генерала Грифина. — Кажется, наш паренёк стал чуточку взрослей, Норс. Вы уж присмотрите за ним.
— Обязательно, граф Эхенлихт. Обещаю.
Вот же. Всего пара слов. Да и не в словах дело. Взгляд, интонация. Рейн никогда не видел, чтобы старый генерал проявлял к нему настолько явное уважение.
Пока младший Эхенлихт остался размышлять в своей каюте, старший уже двигался к докам в сопровождении генерала Грифина. Расположение патрулей и камер было таким, что весь их маршрут «неожиданно» оказался в серой, непросматриваемой зоне. И даже внутри доков было непривычно тихо. Никого. Только ожидавший их человек на трапе неприметного крейсера, весьма «удачно» закрытого торговым транспортником.
— Последняя возможность передумать, Морис.
— Нет, граф, точнее капитан Эхенлихт. Я своего решения не меняю.
Здоровяк отошёл, пропуская графа на борт.
— Я проверю, чтобы диспетчер ничего не… не забыл забыть, — махнул им на прощание генерал и пошел к выходу. — Удачи.
На долгие прощания времени не было. Вульф поднялся на борт. Рядом остановился Морис. Люк корабля закрывался, попутно складывая трап.
— Я буду готовить корабль к вылету. Жду вас на мостике… и вас тоже.
Последние слова Мориса были адресованы стоявшей в стороне фигуре. Человек, в полной форме охранника станции, в закрытом шлеме и лазерной винтовкой на плече.
— А вам идет форма, директор Лонг.
Визор щелкнул, отъезжая вверх. Даже не снимая шлем полностью, можно было легко узнать госпожу Катарину.
— Получилось?
— Да. Никто и никогда не узнает, когда и как директор Лонг покинула систему. Дальше мы с Морисом разделимся. Пересядем на Золотую Валькирию и пройдем оставшийся пусть в маскировке. Движемся, как договаривались?
— Ага. Летим сосать прощения.
— Катарина, вы же понимаете, что он чисто из эстетического удовольствия все равно поглумится над нашими трупами? Даже после нашего предложения.
— Без этого никак. Но Молох поймёт. Всё равно других вариантов ни у нас, ни у него не будет.
Глава 25
Глава 25
— Капитана, как думаешь, наш главнюк злится?
Доминго заговорил. Ну, хоть кто-то заговорил. Его вопрос стал первым за долгое время их молчаливого полёта домой. Весь путь проходил в тишине. Даже от Тора, шедшего во главе группы, не было ни сообщения, ни запроса связи. Молох молчал. И все чувствовали напряжение. Точнее, все чувствовали не только напряжение, но и искреннее желание сломать ноги некоторым корпоративным уродам… Жаль, что наши желания не всегда совпадают с возможностями. Оставалось только молча двигаться к старому фронтиру.
— Я думаю, не все так просто, Доминго. Молох тоже это понимает, поэтому рассуждает здраво.
Из-за чего вообще начался этот разговор? Да всё просто, из-за скуки. Дело в том, что чем дальше от центральных систем они двигались, тем меньше встречалось крупных логистических хабов и разгонных врат. А поскольку «уважаемые» господа из ВантарисГрупп даже не думали в старых системах ставить новые логистические развилки и тратить деньги на профилактику старых врат, то на некоторых «развязках» образовывались самые настоящие «пробки». Корабли выстраивались в очередь для прыжка в следующую систему. В одной из таких очередей они и зависли. Правда ждать оставалось недолго, вот-вот должен был подойти их черёд прыжка. Делать нечего, почему не поболтать?
Разговор начался, но долго не продлился. Как на зло, проснулась внешняя связь.
— Капитана. Какой-то торговый лоханка нас вызывать. Дать разрешение на внебрачный связь через его лицо?
— Да, даю разрешение на внешнюю видеосвязь.
Еще после первой волны колонизации, когда появились и стали набирать популярность импланты, уже тогда был создан ряд базовых, можно сказать «бытовых» моделей. Это переводчики, гормональные корректировщики и банальные ограничители. Проще говоря, любой человек с излишками веса мог поставить такую пиндюрку и забыть о чувстве голода. Потом импланты ушли на второй план, их вытеснили биотехнологии. Правда они быстро ушли в военную сферу, мало чего привнеся в обычную жизнь. Но, даже так, базовые импланты продолжали выпускать, они были доступны, пусть и дороговаты. Так какого бигмака появившееся на экране связи лицо не помещалось в монитор?
— ЧТО ВЫ СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕТЕ⁈ — Визгливый голос наносил настолько деструктивные морально-этические повреждения психике, что рука сама собой тянулась отключить связь.
— Капитана, если сейчас не отключить, я собственноручно вырву модуль связи. Нерва не выдержать мужской версия моя бывшая.
— Подожди, Доминго. Мне даже интересно стало. Потерпи пять минут, — Морган включила связь снова и натянув максимально приветливое лицо на лицо, спокойно уточнила. — Уважаемый, а можно уточнить, что случилось?
— Я ПАРНЕР КОГНГЛОМЕРАТА ВАНТАРИСГРУПП! ВЫ МЕШАЕТЕ ПРОХОДУ НАШЕГО ТОРГОВОГО ТРАНСПОРТНИКА! БЫСТРО ОСВОБОДИТЕ ВРАТА!
Доминго тихонько потянулся, снова заглушая связь:
— Капитана, ракеты или лазеры прогревать?
— Подожди. Я прямо растерялась. Столько вариантов, не знаю какой выбрать. О, придумала. Врубай связь.
— ВЫ МЕНЯ ИГНОРИРОВАТЬ ВЗДУМАЛИ⁈
— Извините, просто я нахожусь в малом звене следования. Для запрашиваемых вами маневров нужно разрешение капитана звена. Я перенаправлю вас на него.
— О, БОЖЕ! ДАВАЙ БЫСТРЕЕ!!!
Доминго кивнул и перекинул канал связи искину Тора. Покачал головой:
— Ох, капитана, лучше бы вы его разнесли ракетой. Не пожалели идиота. Ему же полная… конец.
— Не он первый, не он последний… Знаешь, в последнее время стала замечать странную тенденцию. Торговцы не просто почвы под ногами не чувствуют, а буквально себя сверхлюдьми ощущают из-за связей в Вантарис. Это уже не единичные случаи, а прямо закономерность какая-то. В своё время первые из новых аристократов себя очень похоже вели. Помнишь хроники, что эти уроды в первую волну творили? Как бы не дошло до чего-то подобного.