Шторм ярости и мести (ЛП), стр. 48
— Какие именно? — перебил Теон.
— Зинта и Тайка.
— Насколько я понимаю, Скарлетт не относится ни к тем, ни к другим.
— Да, но ее история не черно-белая. Она… обрела другие силы. В ней есть часть этой крови, и она может создавать новые метки. Но дело не в этом. Мы твердим вам, что ваши метки Источника — это не метки Источника. А те метки, которые вы используете…
Элиза замолчала, взглянув на Разика.
— В разных мирах существует несколько типов связи, — со вздохом сказал Разик, давая понять, что считает всех в этой комнате раздражающе неосведомленными. — Та связь Источника, что есть у вас здесь — это не то, чем они должны быть. Кто-то когда-то взял священную связь и осквернил ее.
— Можно еще более туманно? — спросил Теон, чье раздражение уже сравнялось с раздражением Разика.
Разик пожал плечами.
— Наверное.
— Хватит, — снова вмешалась Элиза.
Она высвободила руку из рукава и подняла ее так, чтобы они видели. На тыльной стороне была метка: черные нити, расходящиеся и обвивающие большой, указательный и средний пальцы. Она толкнула Разика локтем в бок, он вздохнул и тоже поднял левую руку. Та же самая метка украшала тыльную сторону его ладони.
— У Скарлетт и Сорина была похожая метка, — сказал Теон, подходя ближе, чтобы рассмотреть.
— Не похожая. Такая же, — поправила Элиза. — Только их была завершенной.
— Что это значит? Завершенной?
— Существует связь, называемая узами близнецового пламени, — сказал Разик, обнимая Элизу за талию. — Данная метка — это и есть метка близнецового пламени, и если оба принимают ее, начинаются испытания.
— Что это за испытания? — спросил Теон, не отрывая взгляда от узора.
Скарлетт никогда не давала ему рассмотреть свою Метку, а он был слишком занят поисками Акселя и разгадками Тессы, чтобы беспокоиться о татуировках на руках этих двоих. И да, он чувствовал себя глупцом, понимая, что возможный ответ был перед ним все это время. Но ведь они могли сказать хоть слово.
— Испытания здесь не так важны, — ответил Разик. — Важно то, что могут близнецовое пламя. Как только узы активированы, они могут чувствовать эмоции друг друга и общаться мысленно.
Теон медленно поднял взгляд на Разика.
— Повтори.
Тот не стал. Вместо этого Элиза добавила:
— А когда узы завершены и освящены, носители могут объединять свои силы так, чтобы один или другой мог ими пользоваться.
— Не вижу, чем это отличается от связи Источника, — вставил Корбин. — Мы просто называем это по-другому, разве нет?
Элиза покачала головой.
— Насколько я могу судить, фейри здесь не выбирают сами связь Источника, но это не самая тревожная часть. Найти свое Близнецовое Пламя — большая редкость. Более того, это не ограничивается только самыми могущественными. Любой фейри и представитель Наследия могут быть близнецовым пламенем.
— То есть эти узы могут возникнуть только между фейри и Наследием? — уточнил Теон.
— Верно, — ответил Разик. — Говорят, что эти узы — дар богов для фейри в благодарность за то, что они являются Источниками силы для представителей Наследия.
— Это не то, что можно навязать фейри силой, — вмешалась Элиза, ее тон ужесточился. — Если они приняты обеими сторонами, это нечто священное. Близнецовое пламя — это единственная душа, с которой тебе суждено быть вместе, с которой ты соединен с начала времен. Считается, что души близнецового пламени узнают друг друга, как-то находя друг друга среди звезд. А в этом богами забытом мире их использовали, чтобы поработить фейри.
Теон отступил на шаг, пока она говорила: в ее глазах разгоралось пламя, а в рыже-золотых волосах плясали искры.
— Мы не знали, — почти шепотом произнес Теон.
— Кто-то знал, — парировала она. — Кто-то это сделал.
Разик нежно притянул ее к себе, целуя в макушку. Она кивнула, и Теон понял: все это время они общались через свои узы. Сорин и Скарлетт делали так же. Элиза высвободилась из объятий Разика и ушла в спальню.
— Ей нужно время, — сказал Разик.
— Мы не знали, — повторил Теон, не зная, что еще сказать.
— Я это понял, — сухо ответил Разик. — Скарлетт говорила нам о своих подозрениях, но, честно говоря, мы ей не поверили. Взять что-то столь священное и использовать для… Мы не верили, пока не пришли сюда.
— И ты уверен?
Разик кивнул, подошел к столику и взял книгу. Он пролистал ее, и Теон мгновенно узнал четыре метки Источника. Положив книгу на кофейный столик, Разик сел рядом с фейри на диван, положив руку рядом со страницами.
— Потребовалось время, чтобы все сопоставить, но, похоже, в вашем мире они каким-то образом деконструировали метку близнецового пламени, — объяснил он, и Теон действительно увидел сходство.
— Но первая метка — это просто символ бога, — сказал Лэнг, наклоняясь, чтобы рассмотреть. Кэт и Корбин сделали то же самое.
— С этой частью я до конца не разобрался, — признался Разик. — Но думаю, что эта часть — настоящая метка Источника. Когда дается истинная метка Источника, одна сила должна подавить другую. Но вот следующая… — он коснулся второй метки. — Эта часть — вот этот фрагмент метки близнецового пламени.
Разик обвел несколько линий на своей руке.
— Третья метка — вот этот фрагмент, — он указал на другую часть узора на руке. — Над последней мне пришлось подумать подольше. В ней есть следы символа близнецового пламени, но также есть и метка Источника вместе с…
— Меткой Хранителя, — закончил Теон, переводя взгляд с руки Разика на метки. Он был прав. Местами сходство было тонким, но оно было.
И Скарлетт увидела это мгновенно, когда была здесь.
— Ваша королева умна, — пробормотал Теон, продолжая изучать схему.
— Она не моя королева, — отрезал Разик.
Теон взглянул на него.
— Я думал, она Верховная королева Странников между Мирами?
— А я, блядь, не Странник.
— Но Элиза служит при ее Дворе? — спросила Кэт. Слава богам, не только Теон был в замешательстве.
— Она Генерал Двора Огня. Технически она служит принцу, — ответил Разик, убирая руку и откидываясь на спинку дивана.
— За которого Скарлетт замужем, — подытожил Теон.
— Да, но брат Скарлетт правит другим континентом. Его жена — моя королева, — пояснил Разик. — Кстати, а где Аурион?
— Какое отношение Аурион имеет к делу? — спросил Теон, снова возвращаясь к книге. Но тут его взгляд метнулся к Кэт. — Ты веришь, что вы с Акселем — близнецовое пламя.
Это не было вопросом. Он увидел, как румянец залил ее щеки.
— Я этого не говорила, но такая мысль могла промелькнуть, — ответила она. — Но выслушав все это, я не думаю, что она верна.
— Почему нет? — спросил Лэнг. — Ты фейри. Он Наследие. Разве это не единственное требование?
— Именно так, — подтвердил Разик.
Это означало, что Тесса не могла быть его близнецовым пламенем, понял Теон. Она не могла быть ничьей, потому что она не была ни фейри, ни Наследием. Она не могла принадлежать ему, несмотря на то что метки Источника пытались навязать это.
— Но ты сказала, что чувствуешь его?
Все обернулись на голос Элизы, которая стояла в дверях спальни.
— Я не могу сказать наверняка, — пробормотала Кэт, глядя на свои руки, сложенные на коленях.
— Можешь, — сказала Элиза, возвращаясь в комнату.
Разик следил за каждым ее движением, уже встав и встретив ее на полпути. Он взял ее за подбородок, заставляя поднять голову. Снова ни слова, но Теон видел, что происходит безмолвный диалог.
Вот это.
Это то, чего он хотел с Тессой.
Не те отношения, которые он видел между отцом и Эвианой. Не ту связь, что была у других представителей Наследия с их Источниками. А вот это.
Он просто не осознавал этого раньше, а теперь? Тристин прав. Время уходит, а он до сих пор не знает, как добиться… Ну, этого.
— Ты чувствовала его? — Элиза остановилась перед Катей. — Когда?
— Я… — начала Катя, бросив взгляд на Теона. Он кивнул, призывая ее продолжать. — Я не знаю, действительно ли я чувствовала его.