Шторм ярости и мести (ЛП), стр. 105

Тесса позволила ему вывести ее обратно на середину зала, и на этот раз в его хватке не было скованности. Она прижалась к нему так, словно там ей было самое место. Ее рука скользнула по его груди и обвила шею. Большой палец поглаживал его горло, и он гадал, осознает ли она вообще, что делает. Вырез ее платья на спине был глубоким, открывая его ладони доступ к обнаженной коже на ее пояснице, пока другая рука сжимала ее руку у своей груди.

— Танцую со своим Источником, — просто ответил Теон.

— Ты хотел сказать, что я танцую со своим Источником, — парировала она.

Он прищурился:

— Ты заявляешь на меня права, маленькая буря?

— Нет, — фыркнула она.

— Но ты заявляешь права на Лиама?

Ее глаза сверкнули, молнии заплясали в фиолетово-серой глубине.

— Я его почти не знаю.

— И все же ты собираешься подписать контракт?

Тесса поджала губы, и ее взгляд устремился куда-то за его плечо. Она неосознанно придвинулась ближе, словно ища у него защиты.

Все еще держа ее за руку, он коснулся пальцем ее подбородка, заставляя снова посмотреть на него.

— Тесса, ты ведь идешь на этот брачный союз не по своей воле?

— А ты по своей воле заключил контракт с Фелисити? — ответила она вопросом на вопрос.

— Нет, красавица. Я сделал это, чтобы спасти тебя.

— Ты постоянно это говоришь, — сказала она. — Но… — она осеклась и слегка тряхнула головой, словно пытаясь прогнать мысли. — Давай не будем сегодня.

— Что именно не будем?

— Ссориться.

— Ты обещала, что между нами всегда будет битва, — сказал он, притягивая ее еще ближе, сокращая последнее пространство между ними.

— Это она и есть, — пробормотала она скорее себе, чем ему. — Просто не та битва, к которой я готовилась.

Она замолчала, и он мог бы надавить на нее. Но боги, он просто хотел насладиться моментом, держа ее в руках. Одному небу известно, когда она позволит подобное в следующий раз.

Он наклонился, так что его губы коснулись мочки ее уха, и прошептал:

— Ты выглядишь потрясающе сегодня, Тесса.

Ему показалось, что он услышал ее тихий вздох, но ее лоб уже был прижат к его плечу. Связь. Она впитывала ее так же жадно, как и он.

— Возвращайся домой, — пробормотал он. — Пожалуйста, Тесса. Просто… вернись домой. Мы со всем этим разберемся. Что-нибудь придумаем. Я…

— Может ли мать прервать вас, чтобы потанцевать с сыном?

Теон поднял глаза и увидел ожидающую Крессиду. Тесса тут же отпрянула, как только ее очарование было разрушено.

— Конечно, — сказала она, и вся ее мягкость мгновенно испарилась, но Теон заметил блеск в ее глазах.

Тонкую пелену серебра, которую она поспешно сморгнула, позволив своему свету закружиться вокруг золотистым туманом. Он взывал к его тьме, и Теон отпустил ее. Сгустки его тьмы устремились навстречу золоту.

Затем она развернулась и ушла.

Снова.

— Мама, — сказал Теон, не скрывая недовольства, когда зазвучала следующая мелодия.

— Тебе нужно держаться от нее подальше, — прошипела Крессида, не скрывая собственного раздражения.

— Она мой Источник.

— Но она не должна им быть! — отрезала она. — И когда со всем этим будет покончено, ты должен быть готов двигаться дальше.

— Когда со всем этим будет покончено? — переспросил Теон.

— Ты понимаешь, о чем я. Когда ты все это исправишь.

— Ясно, — пробормотал он, уверенный, что она имела в виду совсем другое.

Его продержали на танцполе еще три песни, и он получил передышку только тогда, когда объявили о начале аукциона.

Именно тогда он заметил, как она выскальзывает в боковую дверь. Если он правильно угадал. Похожую на ту самую, через которую она сбежала в ночь открытия Выбора. Он последовал за ней, потому что теперь он пошел бы за ней куда угодно.

Выйдя в коридор, он убедился в своей правоте: Теон точно знал, где ее искать. Ему не нужны были ни связь, ни отслеживающая метка. Его шаги эхом отдавались в пустынном коридоре, пока он не дошел до арочной ниши.

Там, в тени, он нашел ее.

В этот раз в ее руках не было шоколада.

Только две дорожки от слез на лице, которые она быстро смахнула.

— Мы созданы, чтобы уничтожить друг друга, — прошептала она с нескрываемой болью.

— Тогда уничтожь меня, маленькая буря.

ГЛАВА 38.Тесса

— Тогда уничтожь меня, маленькая буря.

Она смотрела на него, и его слова эхом отдавались в ее сознании. Уничтожить его. Именно это она и должна была сделать. Ее предназначение. Ее билет прочь из этого мира на все оставшиеся годы бессмертия. Она не была фейри или Наследием. Она не принадлежала этому месту. Но она не была и богиней или божеством.

Она была… одна.

Даже если Лука был похож на нее, у него здесь было свое место. У нее — по-прежнему нет. Она не принадлежала ничему.

А потом Рордан выкинул этот трюк с Лиамом. Боги. Она подозревала, что он будет настаивать на этом после того, как он второй раз устроил им совместный обед, но объявить об этом сегодня? Перед всеми? Перед Теоном? Это не должно было ее волновать. Это и не волновало. Но что действительно имело значение, так это то, что ее использовали как демонстрацию силы перед всеми мирами.

Все хотели от нее только власти.

Забрать у нее.

Использовать ее.

Теон молча стоял, загораживая альков от посторонних глаз. Его изумрудные глаза изучали ее, ожидая ее следующего шага.

— Чего ты от меня хочешь? — прохрипела она, потому что сейчас она, честно говоря, не знала. Больше не знала.

— Всего, что ты мне дашь, Тесса.

— Ничего, — выплюнула она. — Я хочу только брать. Точно так же, как это королевство, миры и звезды хотят только забирать у меня.

— Идеально, маленькая буря, потому что я отдам тебе все, что ты пожелаешь.

Как это всегда бывало между ними, она не знала, кто первый сделал движение. Она знала лишь, что притягивает его губы к своим, пока он прижимает ее к стене. Прохладный камень здания Пантеона коснулся ее спины. Идеальный контраст с ее разгоряченной кожей и жадными губами Теона. Поцелуй с Лукой был добровольным даром частички себя. Поцелуй с Теоном был добровольным позволением обладать ею, и именно это он и сделал.

Его язык настойчиво коснулся ее губ, требуя входа, и она впустила его, нуждаясь в том, чтобы забыться после этого вечера. Он знал, что ей нужно, и Лука явно знал, что сегодня ей необходимо отдать контроль кому-то другому. Знал, что сегодня она не хочет ни о чем просить. Ей просто нужно было.

Словно зная обо всем, что происходит в этой нише, голос Луки прозвучал в связи:

— Я слежу за входом в зал.

Даже с этим заверением она почувствовала, как темная магия Теона окутывает их. Тени, в которых она пряталась, сгустились, а Теон углубил поцелуй. Языки сплелись в борьбе за доминирование, но она не понимала, зачем вообще пытается сражаться. Связь ликовала. Ее магия ликовала. Все ее существо ликовало. Потому что она нуждалась в них обоих, и боги, как бы ей хотелось понять почему. Но, как сказал Разик, она не должна была существовать. Все изменилось из-за ее смешанной крови. Не логично ли, что и это «нечто» между ними будет отличаться от всего остального в мирах?

Его язык стал настойчивым и грубым, а поцелуй — резким и быстрым. В нем было только желание и требования, и какая-то малая часть ее кричала от того, что она отдает ему это. После всего, что он сделал, ей не следовало позволять ему забирать хоть каплю себя, но в том-то и дело. Он не требовал и не принуждал. Он ждал ее, и она позволила себе упасть в него, зная, какое наслаждение он ей подарит. Зная, что он позаботится о ней. Зная, что ей не нужно беспокоиться об этой простой вещи. В этой нише было можно просто существовать.

Рука Теона скользнула к ее затылку, хватка была крепкой и собственнической, и она прикусила его нижнюю губу, чувствуя его стон всем телом.

— Я скучал по тебе, маленькая буря, — выдохнул он ей в рот, заставляя ее проглотить эти слова.