Академия (СИ), стр. 8

Глава 4

— Вот, держите, малый сценический набор, — гримерша областного театра протянула мне небольшой деревянный ящик. — Здесь и усы, и накладные бороды, и весь необходимый грим, включая пудру и румяна. Вашему студенческому театру на первое время хватит.

— Спасибо большое, мы очень благодарны и обязательно пришлем вам пригласительный на наше выступление, — улыбаясь, закивал я, протянув пожилой женщине купюру.

— Буду ждать, — поблагодарила та, прощаясь.

Ну, учитывая, где будет проходить наш первый дебют, ждать придется долго. Так, теперь платье. Рост и примерные размеры Вика мне свои уже сообщила, осталось лишь подобрать что-то подходящее. И я знал, где все это смогу подобрать за разумные деньги.

— О, молодой человек! — Перезвон колокольчика привлек внимание хозяина ломбарда, и тот радостно подошел ко мне. — Я рад вас видеть. У меня для вас отличные новости: пришла телеграмма от Соломона Марковича, вещи, что вы оставили ему, взяли за хорошие деньги. Так что я вам теперь должен выплатить четыреста сорок рубчиков, однако.

— Ого! — невольно вырвалось у меня. — Не ожидал, что выйдет так много! Действительно отличная новость. А то у меня в последнее время только одни расходы, без намеков на денежные поступления. Тогда и я в ответ обрадую вас. Мне нужно платье для девушки, для выхода в свет.

— Невероятно! Вы уже нашли для себя спутницу? — хозяин радостно всплеснул руками. — Поздравляю! Женщина — это всегда хорошо. Но так дорого… — он снова закачал головой, получив тычок локтем от своей жены. — Размеры есть? — уточнил он, и я кивнул головой и протянул бумажку с цифрами.

— Какая она у вас миниатюрная, однако, — хозяин качнул головой. — Что ж, попробуем что-то подобрать. А чего сама не пришла? — уточнил он.

— Я ей сюрприз хочу подготовить, вот у служанки размеры узнал.

— Понимаю, понимаю, — хозяин снова закивал головой и открыл один из шкафов. — Ну, смотрите.

Спустя полчаса у меня наконец было подходящее платье, в котором, по словам хозяйки, не стыдно идти на бал к самому Императору. Голубое атласное платье лежало на прилавке, миланские кружева, хороший крой, в меру скромное. Туфли, шляпка, перчатки. И, наконец, драгоценности — их, в отличие от остального, я брал в аренду на один вечер.

— Молодой человек, если хоть одна жемчужина пропадет, — хозяин протянул мне ожерелье (четырнадцать розовых жемчужин на тонкой нити), и в комплекте к ним шли серьги из белого золота с двумя крупными грушевидными жемчужинами, — вам все придется купить. Японский розовый морской жемчуг, — вздохнул он. — Сейчас такое уже не купить. Поставки жемчуга из этой страны прервались уже лет десять назад, и что там вообще происходит — неведомо никому. Теперь это. — Рядом с украшениями ложится перстень с бриллиантом, достаточно крупный, чтобы не слететь с перчатки, на которую он будет надет. — Только на один день, — предупредил хозяин. — И только из глубокого уважения к вам, а также под залог вашего вклада.

«У тебя же лежащего», — молча дополнил про себя я.

— Платье и прочее я заберу сейчас, а украшения — ближе к выходу.

— Хорошо, молодой человек, но придется немного доплатить за то, что я эти украшения пока выставлять не буду.

— Хорошо, договорились. — Расплатившись и подхватив покупки, я быстро отправился на улицу: мне еще нужно в банк, а потом в типографию.

— Смотрите, уважаемый, вот наши образцы приглашений: это на свадьбу, это на прием, вот на именины, — старик-наборщик раскладывал передо мной образцы бланков, которые я рассеянно перебирал.

— Ну не знаю, — протянул я. — Хочется, чтобы все было достойно. Для нас это очень важное мероприятие. А можно посмотреть что-то из недавно напечатанных, чтобы увидеть, что сейчас в моде?

— Да конечно, — старик начал раскладывать тисненые картонки на столе. И там наконец я увидел то, что все это время искал. Знакомое имя бросилось в глаза: «Генерал-майор Куропаткин, начальник Новосибирской академии пилотов, изволит вас пригласить на благотворительный прием» — и пустое место для фамилии и имени. Наконец-то! Это была третья типография, что я посетил за сегодня.

— А что это у вас там? — я ткнул за спину старика, где была свежеотпечатанная стопка бланков. Тот обернулся назад, а я в это время смахнул со стола разложенные на нем карточки, смешав в одну стопку, которую и стал быстро перебирать. Наконец, остановившись на одной: — Думаю, этот нам подойдет.

Старик взглянул на протянутую ему картонку, приподняв очки, подслеповато щурясь.

— Это будет стоить пять рублей за сто штук.

— Нам подходит, — кивнул я. — Тогда мы определимся с супругой по поводу даты, и я снова к вам зайду сделать заказ.

— Будем ждать, — старик быстро закивал и взял протянутую мной стопку пригласительных, даже не заметив, что их стало на одно меньше.

Так, еще один пункт нашего плана можно вычеркнуть. Я мысленно улыбнулся. Что у нас там дальше?

Вика, крутилась, примеряя платье. Не выдержав, надела шляпку, перчатки, подхватила веер и непринужденно обмахнулась, полураскрыв его.

— Красиво, — вздохнула она, подмигнув сама себе.

— А можно? — она просяще посмотрела на меня.

— Если все выгорит, платье и все остальное — твое, — махнул я рукой. — Украшения — извини, нет. Слишком дорого.

— Скупец, — небрежно бросила Вика, продолжая крутиться перед зеркалом, явно играя роль. — Я ему всю себя, а он…

Замолчав, она снова заговорила:

— А не боишься, что я вместе с этим нарядом и украшениями просто от тебя сбегу?

— И куда? — хмыкнул я. — Паспорта у тебя нет, достать новый ты не сможешь, тем более быстро. Искать тебя начнут, едва не увидят на утренней проверке. Сразу оповестят всех местных жандармов и вокзалы. Драгоценности ты едва ли сможешь продать дороже десятой части их стоимости, и то повезет, если тебя банально не прирежут, их забрав. Потому что в любом нормальном ювелирном магазине от тебя потребуют документы, которых у тебя нет. Так что все равно тебя найдут — беги не беги, это лишь вопрос времени. А дальше — суд, каторга, позор семье. Да я думаю, ты и без меня все это понимаешь.

Вика молча кивнула, любуясь собой.

— А хорошо бы вот так прогуляться по набережной, сходить в театр, потом в ресторан. Просто пожить, — вздохнула она.

— Я понимаю, — кивнул я, продолжая разглядывать листок бумаги перед собой с начерченной на нем схемой дома генерала.

— Вик, нам нужен третий, — вздохнув, произнес я, продолжая глядеть на схему. — Нам нужен водитель для машины, на которой мы приедем на прием. Он же должен будет вывести тебя сразу, едва начнется пожар и начнут разбегаться гости. А потом он же обеспечит нам быстрый отъезд, когда я, взломав сейф, буду выбираться из дома. Нужен кто-то, кто умеет управлять машиной и достаточно рискованный и отчаявшийся, как мы с тобой, чтобы встрять в это дело с нами.

— Тогда Давид, — не раздумывая, ответила Вика, продолжая разглядывать себя в зеркале, принимая разные облики: то строгой дамы, то наивной институтки, то роковой красотки.

— Почему он? — спросил я у нее удивленно.

— У него беда. Письмо пришло из дома. Мать прислала: брат сильно проигрался в карты, влез в долги. Сильно давят кредиторы, грозятся забрать их виноградник вместе с домом. Он вчера был сам не свой, сидел весь черный, грозился брата убить.

— И сколько ему надо? — уточнил я.

— Около трех тысяч. Мать просила у него совета, что делать: там до выплаты долга чуть больше месяца осталось, а чем он может помочь?

— А ты-то откуда все знаешь? — поинтересовался я, проверяя информацию.

— Мы же вместе занимаемся, — в ответ пожала плечами та, наконец соизволив посмотреть на меня. — Да и общая судьба и беда — она сближает. Это ты у нас весь на особицу, вечно бегаешь по своим делам. А у нас все во многом общее.

— А он машиной хоть управлять умеет?