Молодая госпожа с Лисьей горы (СИ), стр. 9
Все ли я правильно делала? Почему-то мне все больше казалось, что я совершила ошибку. Может лучше остановить свадьбу пока не поздно? Но когда объявили о нашем прибытии, отступать уже было некуда.
Прозвучал очередной удар барабана, заставив меня вздрогнуть. Мы шагнули дальше, поднимаясь по ступеням горного павильона. С каждым шагом мое внутреннее беспокойство только усиливалось. Вся церемония проходила как в тумане — звуки барабанов казались отдалёнными, а лица гостей расплывались, будто сквозь марево.
Се Юнь шел рядом со мной. Он держал один конец красного отреза ткани, а второй держала я. Шаг за шагом мы двигались по красному ковру к жертвенному столику.
Уже во дворе павильона, нас встретили гости. Их было немного. Матушка позвала лишь старейшин, княжича Бая и нескольких дворян из города под горой. Гости следили за церемонией и должны были засвидетельствовать наш брак.
Когда мы остановились у жертвенного алтаря, распорядитель вышел вперед и обратился ко всем присутствующим:
— Начинается церемония бракосочетания! — объявил он громким голосом. Я вздрогнула. — Поклон Небу и Земле, Солнцу и Луне! [8]
Служанки матушки, помогли нам опуститься на колени. Я почувствовала, как прохладная каменная плита под ногами отозвалась болью в коленях. Поднявшись после первого поклона, я бросила быстрый взгляд на Се Юня — он по-прежнему выглядел невозмутимым. Но на его лбу появились капли испарины. Наверное, он уже устал.
— Поклон родителям! — прозвучало следующее указание. У Се Юня здесь не было семьи, поэтому он кланялся старейшинам клана Хун. А я матушке.
— Поклон друг другу! — последовала третья команда.
Я повернулась к Се Юню, и наши взгляды встретились. Его глаза оставались спокойными. Странно, я так нервничала, а он был безмятежен. Я попыталась прочитать в них хоть намёк на сомнение или беспокойство, но не нашла ничего. Склонившись в последнем поклоне, я почувствовала, как по моей спине прошёл холодок. Ох, не к добру.
Совсем не к добру!
Сразу после церемонии нас по отдельности увели в отдельное помещение. Здесь должна была состояться наша брачная ночь. Сначала в комнату завели меня, усадили на кровать. Строго-настрого запретили снимать с головы красную вуаль.
На столике посреди комнаты расставили угощения и бутылочку свадебного вина с чашками. А на компактную жаровню поставили чайник. Затем служанки ушли, и через несколько минут послышались тихие шаги Се Юня.
Я нетерпеливо стащила с головы вуаль и откинула ее на кровать.
Се Юнь стоял у столика и задумчиво смотрел на меня.
— Это должен был сделать я.
Нахмурившись, наклонила голову.
— Что?
— Снять вуаль, — он показал на красную ткань, лежавшую на кровати. Я фыркнула.
— У нас не настоящая свадьба.
— А выглядела она очень настоящей, — Се Юнь сел за столик, и поправив рукава ханьфу [9], потянулся к жаровне, на которой стоял небольшой чайник. Он аккуратно налил в крохотную чашку чай и сделал глоток.
Я наблюдала за движением его рук. Каждое их движение было точным и выверенным. Казалось, что для него это было частью какого-то древнего ритуала, который он исполнял с удивительным спокойствием. В комнате повисла тишина, лишь слабый аромат чая разливался вокруг.
— Ты всегда так спокоен? — спросила я, пытаясь разрядить напряжённую атмосферу.
Се Юнь, не поднимая взгляда, сделал ещё один глоток чая.
— Спокоен? — он чуть приподнял брови. — Я бы так не сказал.
— Даже я нервничала, хотя свадьба и липовая, но ты и бровью не повел. Иногда мне казалось, что ты даже наслаждался происходящим.
Я подошла к столику и тяжело уселась, приподняв подол ханьфу, чтобы не мешался. Губы Се Юня слегка дрогнули, будто он пытался сдержать улыбку. Я тоже налила себе чай и сделала малюсенький глоток. Дома я пила чай большими чашками, добавляла разные сухие травы и ягоды, а тут пришлось привыкать к крохотным чашечкам, напиться из которых было невозможно за один раз.
— Может и наслаждался, — вдруг согласился Се Юнь. Я покосилась на него.
— Что?
— Для мужчины в моем положении жениться на красивой, благородной девушке большая удача, — пояснил он. Я нахмурилась.
— Почему?
Се Юнь поставил чашку на стол и посмотрел в распахнутое настежь окно. Сквозь него было видно благоухающий цветочным ароматом сад.
— Пусть я и из богатой, благородной семьи, но ты же видела состояние моего здоровья. Ни одна семья не отдала бы за меня свою дочь замуж. До последнего я думал, что твоя мать тоже откажется от этого брака.
Я наклонила голову в бок. Некоторые мои сомнения развеялись.
— Значит тебе повезло, моя семья особенная. Неважно болен ты или здоров, клан Хун принимает тебя.
Глава 6. Ненастоящий брак
Допив чай, я поднялась на ноги и широко зевнула. Как же устала. Пора бы уже и спать лечь. Я собиралась было направиться к кровати, но Се Юнь схватил меня за руку. Удивленно остановившись, я повернула голову и посмотрела на юношу.
— Подожди! — произнес он и тоже слегка покачиваясь поднялся на ноги. Это далось ему тяжеловато, в один момент он вообще чуть не осел обратно. Мне пришлось подхватить его под руку.
— Что случилось? Тебе плохо? Я могу позвать…
— Никого не надо звать, — Се Юнь покачал головой. — Все хорошо. Просто мы кое-что не сделали.
— Не сделали? — переспросила его. Он кивнул. — Что?
— Свадебное вино, — Се Юнь указал на небольшой графин, который чуть раньше принесли слуги. Мои брови изумлённо приподнялись. Свадебное вино пьют молодожены перед брачной ночью.
— Нам необязательно пить его, — сказала я помягче, — мы ведь вступили в брак не по-настоящему. Или ты хочешь выпить со мной? Обычно я смирная после выпивки, но этой ночью, похоже во мне проснулась лиса.
Последние слова я произнесла с хитрой улыбкой. Надеясь, что мои слова смутят Се Юня.
Но он лишь слегка пожал плечами, а его лицо оставалось серьезным. Хотя могу поклясться в его глазах всего на секундочку мелькнула лукавая искорка. Это заставило меня насторожиться.
— Разве так не положено? — ответил он, словно это всё объясняло. — Пить вино, чтобы прожить вместе долго и счастливо. И вдруг кто-то будет проверять, выпили ли мы вино или нет.
Я закатила глаза, прекрасно понимая, что никто и никогда не станет проверять, пили ли мы это вино. Но его настойчивость была странно трогательной.
— Никто не будет проверять.
— Но…
— Да и наш брак не будет долгим, — я посмотрела на него снизу вверх. Странно, до этого я совсем не замечала какой он высокий. Хун Нян тоже, конечно, не крошка, но рядом с ним мне пришлось задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза. — Ты помог мне, а я помогу тебе. Потом наши пути разойдутся. У нас взаимовыгодное сотрудничество.
Лицо Се Юня вдруг стало бледнее, чем раньше. Он покачнулся. Я была готова подхватить его, если он начнет падать, но он удержался на ногах.
— Прости… — прошептал он и опустил голову. Внезапно, ни с того, ни с сего я ощутила укол вины. Но почему? Я же ничего такого не сказала и не сделала. Но вот смотрю на Се Юня и ощущаю себя вредной злодейкой. Так не пойдет! Я хотела уже закрыть эту тему и отправиться спать, но совесть взяла верх над разумом.
— Хорошо, — сказала я, поднимая графин со стола и наливая вино в чашки. — Выпьем за «наш брак».
Я протянула Се Юню один бокал. Когда он взял его, наши пальцы на мгновение соприкоснулись, и я почувствовала, как его руки были чуть теплее, чем обычно.
Я тут же убрала руку и взволнованно предложила:
— Раз уж мы пьем за наш брак, то почему бы не произнести тост?
Се Юнь сначала призадумался, а потом кивнул:
— За долгую жизнь… пусть даже и в притворстве.
Мы одновременно поднесли чашки к губам. Я, прикрываясь широким рукавом, сделала первый глоток. Вино оказалось сладким, будто в него что-то добавили. После чего поменялась с Се Юнем чашками. Закончив, мы одновременно поставили их на столик.