"Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 (СИ), стр. 464

Вернувшись телепортом на исходную точку, осторожно повёл стелс-дрона к магистральному тоннелю. Чтобы массивные тролли чувствовали себя комфортно, Грегор сделал его широким, так что небольшой дрон мог двигаться вполне комфортно, без опасения столкнуться со шныряющими туда-сюда тварями, а трафик монстров по этой магистрали реально впечатлял. В основном это были вурдалаки, но среди толпы частенько возвышались и массивные фигуры троллей.

Поначалу дрон летел по тоннелю, стены пол и потолок которого были облеплены уже знакомой серой субстанцией, а после нескольких километров основной тоннель начал под уклоном уходить вниз, но камеры дрона высветили вполне нормальные бетонные стены прямо по курсу, причём там имелось освещение. По всей видимости, мы уже вышли за пределы Очага и заработало электричество.

— Куда двинем? — спросил я у Ады. — С низов начнём осмотр этой имперской достопримечательности или сразу в головной офис в гости завалимся?

— Давай с низов, — немного подумав, ответила Ада. — Надо же нам понимать масштаб проблемы.

Пожав плечам, направил дрон дальше по тоннелю. Достаточно быстро мы нашли широкую лестницу, по спирали уходящую вниз. Основная масса монстров поднималась оттуда, но небольшой поток спускался и сверху. С определённой периодичностью от лестницы отпочковывались разные по ширине тоннели, из которых появлялись монстры одного вида. Выбрав первое попавшееся ответвление, направил туда дрона.

— Это что, инкубаторы? — выдвинул наиболее логичное предположение я.

— Да, Безб, — взволнованным тоном проговорила Ада. — Всё намного хуже, чем мы думали. Грегор не просто превращает людей в отродий, он выращивает их. Насколько мне известно, надёжной технологии клонирования на Земле на момент Прорыва не существовало. А уж про многократное ускорение роста клонированных эмбрионов я вообще молчу.

— Они используют эттерниум, — заметил я интегрированные в капсулы гемы.

— Сила позволяет вывести деление клеток на совершенно фантастический, по земным меркам, уровень. Весь цикл — от зародыша до половозрелой особи — в такой капсуле, по моим прикидкам, пройдёт за трое суток, причём энергии процесс требует не так уж и много, всего пара единиц эттерниума на цикл.

— Получается, что органика для Грегора не столь критична? — нахмурился я.

— Да, Безб, — подтвердила Ада. — Наверняка тут где-то есть биофермы, где таким же образом выращивают нужные виды животных, которые потом перерабатываются реактором и служат субстратом для питательной жидкости инкубатора. Именно эта жидкость является строительным материалом, благодаря которому эмбрион получает возможность развиваться столь быстро. Смотри, как жидкость, практически у нас на глазах, всасывается в эмбрион.

— Мерзость какая, — понаблюдав за процессом несколько секунд, выдал свой вердикт я. — Надо уничтожить этот гадюшник раз и навсегда. Сильно сомневаюсь, что Грегор смог построить два таких объекта.

— Одного заряда может не хватить, — задумчивым тоном проговорила Ада. — Для начала предлагаю спуститься на самое дно. Надо понять, как глубоко уходит эта лестница.

На осмотр объекта ушло довольно много времени. Когда я закончил, до назначенного Грегором срока оставалось чуть больше пятнадцати часов. Выводы мы с Адой сделали неутешительные. За несколько лет на базе военного командного пункта Грегор построил огромный комплекс, который может функционировать практически без его участия. Вурдалаки таскают из Очага гемы, а люди с промытыми мозгами обслуживают биолабораторию и перезаряжают инкубаторы. Точнее, не совсем люди — маги.

Перезарядка инкубаторов — это отдельная тема. В основании лестницы имеется труба, от которой в каждый тоннель под небольшим углом отходит ответвление. Эти трубы заполнены биомассой, которую производят реакторы, расположенные на нижних уровнях бункера. Сами инкубаторы расположены частично в стене. Лишь тонкая плёнка мешка выпирает. Когда тварь внутри созревает, надсмотрщик разрезает плёнку и выпускает монстра, а потом берёт новый, кхм, мешок, бросает туда капсулу с эмбрионом, которые хранятся в специальном криогенном контейнере, открывает вентиль трубы над освободившимся инкубатором и заполняет мешок биомассой. Если гем инкубатора разрушается, истощив свой ресурс, то надсмотрщик вставляет новый. В общем, зрелище чуть менее отвратительное, чем создание вурдалаков в Битцевском парке.

Сами инкубаторы устроены довольно просто. Основные функции на себя берут артефакты ускорения роста, которые Грегор делает на базе оранжевых гемов. Таких хватает надолго. Ну а остальная часть инкубатора генерирует тепло, чтобы обеспечить оптимальную температуру для роста и развития эмбрионов. Конструкция простая, но надёжная.

Всё, что Ковчег знал об империи, оказалось ширмой. Агенты иерархов вращались лишь в низших слоях общества, порабощать которых Грегору не было никакого смысла. Поэтому истинная картина была скрыта от постороннего взгляда. Да и видел, небось, Грегор таких агентов насквозь. Для него влезть человеку в голову и скормить дезу раз плюнуть.

— Придётся использовать оба оставшихся заряда, — сообщил я Аде, когда, по предварительным прикидкам, мы спустились уже метров на восемьсот под землю. — Да и то вряд ли получится уничтожить весь этот муравейник. Ты видела, из чего сделаны стены?

— Видела, Безб, — недовольным тоном ответила ассистентка. — Похоже, не только ты увлекался фэнтези историями. Но даже если схлопнутся не все полости, то это не будет иметь особого значения. Снабжение инкубаторов будет нарушено в любом случае, и если кто из отродий и переживёт взрывы, то ненадолго. Предлагаю заложить один заряд в центре подземной части, а вторым разнести сам бункер.

— Принимается, — кивнул я и активировал пространственно-волновой эмиттер.

Чтобы заряд не нашли, пришлось создать небольшую комнату, благо опыт кое-какой в этом вопросе имеется и удалось проделать все манипуляции оперативно, а то движение монстров по тоннелям было весьма оживлённое. И минуты не проходило, чтобы кто-нибудь куда-нибудь не перемещался.

До нижних ярусов бункера добрался без приключений. Пришлось вновь отправлять вперёд себя дрон, чтобы заранее не перегружать нейроны постановкой ментальной защиты. На полный осмотр времени уже не осталось, так что я лишь немного побродил по коридорам и залам. Отродий, к слову, здесь не было. Только люди. Точнее, уже не совсем люди. Сканирование показало, что их мозг необратимо изменён. Грегор полностью подчинил их себе. По его приказу они без раздумий вонзят нож в свои сердца или выполнят любую другую команду.

В бункере было чисто и имелось электричество. По коридорам ходили сотрудники в халатах, но сразу поразила неестественная тишина. Роботам незачем разговаривать друг с другом. Они запрограммированы выполнять свою задачу и не отвлекаться на посторонние мысли. Ни один человек не остановился, чтобы перекинуться парой словечек с приятелем. Потому что это уже не люди. Так что моя совесть будет чиста.

Третий заряд я спрятал на средних уровнях бункера. Аналитические выкладки Ады говорили, что мощности бомбы достаточно, чтобы полностью вывести объект из строя. Командный центр строили с умом, но вряд ли рассчитывали, что взрыв произойдёт изнутри.

Закончив все дела, спрятал дрон в инвентарь. Оставлять внутри дефицитный эмиттер на всякий случай не стал. Для объективного контроля успешности подрыва хватит и разведывательных дронов, что курсируют над этим районом под полями преломления.

— Кара, я закончил, вы где? — настроившись на нейроклипсу невесты, спросил я.

— В лесу, неподалёку от стены Цитадели, — послышался радостный голос девушки. — Ты навёл нас на очень удобное место.

— Отлично, готовь эмиттер, — скомандовал я.

Через минуту я уже обнимал любимую девушку. Шикарная штука — этот мобильный телепортатор. Без такой удобной приблуды реализовать нашу задумку было бы попросту невозможно.

— В монастырь я пойду один, — вкратце пересказав свои приключения, заявил я. — И не спорь, мне нужна максимальная плотность стелс-поля, а если я буду его растягивать, то велика вероятность, что Грегор нас засечёт. Он ждёт меня, так что мне нужна максимальная на данный момент защита. Да и ментальным щитом гораздо проще блокировать сканирующие импульсы, когда я один и максимально мобилен.