"Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 (СИ), стр. 126

Когда автобус остановился и мы вышли, я поняла, как соскучилась по городу. Даже воздух пах также! Немного рекой, но по большей части бензином и ароматом выпечки от ближайшего хлебокомбината.

Бри оглядывалась по сторонам и комментировала:

— У вас столько земли, а вы живёте друг у друга над головами. Смешно!

— Почему смешно? — немного обиделась я. — Людей в городе держит работа и разные общественные места. Банки, учреждения, театры, музеи, рестораны. Школы и детские сады. Если уехать из города и жить в отдельном доме, то будешь много времени тратить на дорогу.

— Ну у вас же есть эти… экраны. Разве вы не можете работать с их помощью? — удивилась она.

— Ну есть же много профессий, где экраны не помогут. Врачи, например, лечат людей в больницах. Заводы, где людям нужны станки. Те же пекари…

Я увидела любимую кофейню (не ту, где я работала, другую), и потянула Бри туда.

— Пойдём, я тебе покажу!

И мы зашли в прохладное помещение с кондиционированным воздухом. Я уже и забыла, как это прекрасно — не умирать от жары летом.

Само заведение состояло из двух помещений, перпендикулярных друг другу — в форме буквы «Г». За прилавком стоял хозяин и девочка-бариста.

Это была небольшая кофейня в спальном районе, которую держал турок-мигрант и его жена. Маленькие столики у огромных окон и сиденья с вышитыми подушками, крошечные растения в горшках, деревянная стойка для тех, кто пришёл один или с ноутбуком. Полка с книжками. Каждый уголок интерьера оформлен с любовью, и хоть сейчас годится на страницы глянцевого журнала или на доску в пинтерест.

У витрин я зависла. Вот и фирменные пирожные «Наполеон» из самодельного слоеного теста, порционные треугольнички чизкейка с тонким слоем смородинового желе, украшенные ежевикой. Пирожное «Картошка» и трубочки с заварным кремом, трайфлы «Сникерс» с жареным арахисом. Свежайшие эклеры с шоколадной, фисташковой и карамельной начинкой. Отдельную витрину занимали одиннадцать видов рахат-лукума и три вида пахлавы. Последняя сочилась мёдом и была посыпана зеленоватыми фисташками.

Я не была голодна, но при виде любимых лакомств сглотнула набежавшую слюну. Внизу лежали клубные сэндвичи с ветчиной и сыром, порционные хачапури, сырники для тех, кто придерживается правильного питания.

На доске за спиной у хозяина ровным почерком выведено меню напитков: турецкий кофе на песке, капуччино, американо, несколько видов рафов. Лимонады, бабл-ти, глинтвейн. Как же я скучала!

Если честно, то хотела когда-нибудь иметь такую же уютную кондитерскую, куда бы заходили гости, узнавали меня и здоровались. А я бы помнила их вкусы и кивала в ответ на просьбу сделать «как обычно». Не надо ни Королевства, ни короны, ни почестей. Любимый мужчина, семья, и вот такое небольшое дело. Я отчаянно завидовала турку и хотела оказаться на его месте. Поговаривали, что многие вкусности его жена печёт сама, и от того мне ещё больше хотелось иметь в мужьях вот такого единомышленника.

— Пошли, — потянула меня Бри. — Я не голодна, а у тебя, кажется, было дело?

Я, не отрывая взгляд от витрины, кивнула и позволила себя увезти. Есть и правда не хотелось, поэтому решила, что приду сюда позднее. Сяду и неторопливо попью кофе с чизкейком, посмотрю на людей, чтобы поверить, что я снова дома. А сейчас и правда, есть дела поважнее!

И мы быстро пошагали вверх по улице, где за вторым поворотом должен показаться мой дом. Точнее, та квартира, которую я снимала, когда жила здесь. Но… там же нет мамы. Наверняка хозяйка уже сдала её… Я остановилась и потерянно осмотрелась. Почему я так рвалась в этот дом? Думала о маме, а ехала сюда. Странно…

— Бри, мы заглянем на минуточку в этот дом, а потом поедем к моей маме в область. Хорошо? — я с тревогой подумала, что подруга наверняка не сможет быть в нашем мире постоянно. Когда-то ей нужно будет вернуться домой.

Она, словно угадав мои мысли, проронила:

— Мы с тобой никуда не торопимся. Поехали туда, куда тебе надо. Я тебя не оставлю, пока не пойму, что с тобой всё хорошо.

И я выдохнула. Почему-то её незримое присутствие успокаивало. Она единственная знала, где я была весь прошлый год. И я хмыкнула, осознав, что Бри — это единственное доказательство того, что я не сошла с ума.

На лавочке у подъезда сидели бабушки, и я привычно поздоровалась. Но они сделали вид, что меня не знают. Быстро, однако! Хотя, память у бабок может быть короткая — им по возрасту положено.

Запах в подъезде и лифте ничуть не изменился. Те же изрисованные стены и кнопки, часть из которых уже не светится. У двери в квартиру я притормозила, сообразив, что ключей от замка у меня нет.

— Примени магию! — шепнула Бри и я, округлив глаза, попробовала вызвать Лиловый огонёк. Получилось! Замок еле слышно щёлкнул и мы вошли. А вот это мне нравится!

Квартира была та же, да не та. Колченогий стул в прихожей всё так же одиноко стоял, но теперь на нём теснились женские сумочки. Обувь в прихожей раскидана по всему пространству. Пахнуло чужими духами и чужим жильём.

Я даже не стала проходить внутрь — нет смысла вламываться в чужой дом. Моего тут уже давно ничего нет. Развернувшись, я уверенно вызвала лифт. Одновременно пыталась понять, огорчает ли меня тот факт, что мой бывший дом теперь не мой?

И я поняла, что нет. Внутри пусто и гулко. Да, я несколько лет ходила той же дорогой, что и сейчас. Но сожалений я не испытывала. Наоборот, ещё больше хотелось домой, к маме. Там — точно мой дом.

Когда мы дошли до крупной улицы, по которой можно было уехать в сторону родного городка, я призадумалась. Хотелось вызвать такси, но как это сделать без смартфона? Даже позвонить диспетчеру не могу, чтобы по старинке сделать заказ на машину. Вот засада!

— На чём поедем? На электричке или на автобусе? — спросила я у подруги, посматривая на небо. Собирались тучи и скорее всего нас ожидает дождь.

— А ты как хочешь? — равнодушно спросила она, разглядывая собственные ногти.

— До железнодорожного вокзала надо ещё доехать, а автобус останавливается неподалёку. Пойдём, мы ещё сможем занять сидячие места, если поторопимся.

И мы с Бри бодро пошагали в сторону остановки. Ветер быстро пригонял тучи, и я даже начала переживать, что мы промокнем, но не тут-то было. Как по волшебству прямо на наших глазах автобус подъехал к остановке и мы в числе первых запрыгнули внутрь. Я сразу же прошла к задним местам и с комфортом расположилась у окна. Бри присела рядышком.

Мы выехали из города, когда на пыльные стекла автобуса начал накрапывать дождь. Говорят, отправляться в дождь — хорошая примета. Что ж, в добрый путь!

Автобус въехал в мой родной городок в сумерках, когда в окнах домов начали зажигаться первые огни. Это самое уютное время летом, когда ночь ещё не опустилась, но люди уже спешат домой и планируют, что будут есть на ужин.

Мы легко шли по улицам, и я поняла, что совсем не чувствую холода. То ли эйфория греет, то ли тучи с областного центра ещё не успели добраться сюда. Два квартала прямо, потом налево, и я увижу дом. Перед глазами стояла другая я, ещё совсем девочка, которая бегала этой дорогой встречать папу с работы и ходила с ним за руку домой. Вот здесь раньше продавали мороженое, а теперь стоит павильон с пивом.

А тут взамен старой детской площадки поставили новую, современную, с мягким покрытием. Но мне всё ещё чудится, как скрипят старые качели, на которых я любила кататься в детстве. Городок будто населён призраками.

Странно, что раньше, приезжая к маме, я ничего такого не замечала. Я знала тут каждый камушек и изгиб на тропинке. Через эти трещинки я прыгала, представляя, что в них таится лава. А вот тут старый пень покоробил массивными корнями асфальт, и он вздыбился, подставляя подножки зазевавшимся прохожим.

Окна в маминой квартире не светились. Значит, её ещё нет дома. А может быть, она куда-то уехала?

С колотящимся сердцем вошли в подъезд, который всё так же пах мышами. Выщербленные ступеньки послушно подставлялись под ноги, и я безошибочно угадывала, куда сделаю следующий шаг. А вот и дверь, всё такая же, с номером 49. Нажимаю на звонок — но он не работает.