Развод под прицелом объектива (СИ), стр. 25
- И мне, - пожимаю плечами.
Это должна быть наша последняя встреча. Только по работе, что же я так странно себя чувствую? Может, я ничем не лучше, чем Гошка, как я еще при муже рядом с чужим мужчиной. И меня не слухи беспокоят. А свое ощущение. Кажется, Костя начинает мне нравиться. Что с этим делать?
- Мне кофе и вот этот салат, - показываю пальцев меню.
Костя делает заказ. Смотрю в окно, больно руке, по привычке на нервно грызу ноготь.
- Мы тут разговаривали с твоим мужем, - зажевывает уголок губ, как будто отслеживает мою реакцию и подбирает слова. - Он больше не опасен, ну если не хочет стать покойником.
Откидывается на спинку кресла, кажется, даже взгляд меняется. Что-то воинствующее появляется, прищур, положение рук на столе.
- Нет, не знаю, о чем вы говорили, но я не могу простить предательства, - я и до этого есть-то не хотела, а теперь кусок в глотку полезет. Сейчас этот идеальный Костя будет мне рассказывать о мужской природе, о втором шансе и тому подобное. - Странные вы - мужчины, вам нужно служить, как постовая собака, а вы себя ведете как хотите. Просто секс не измена? Кость, у меня и в голове никогда не возникнет мысли на близость, если я к человеку ничего не испытываю. А для вас так...
- Я бы не обобщал. И точно в ваши отношения лезть не буду, это не мое дело. Я про то, что ты в безопасности.
- А как же мужская солидарность? - внутри все закипает.
- Да брось. Какая солидарность, думаю, что все нужно называть своими словами. Измена - физическая или на тонком плане - она все равно измена. И тут каждый решает для себя, как с этим жить.
- А ты никогда не изменял?
Отвлекаюсь на официанта, который принес еду.
Отпиваю кофе. Смотрю на Костю, на его лице едва заметная улыбка сожаления. Громко вздыхает, трет переносицу.
- Единожды. Мне навсегда этого хватило. Это была моя самая большая любовь, а я был самым большим самонадеянным дураком. Думал, ну куда она денется, а я ж самец. Это давно было, больше десяти лет назад. С тех пор я сильно повзрослел.
- Ничего себе, а мог бы сказать, что ничего такого не было, - накалываю салат на вилку.
- Не мог, я сам ей сказал, а она не простила. Я не вру, даже по мелочам, - мешает суп. - И теперь сначала думаю головой, какие последствия у любого поступка.
Глава 35. Георгий
Остаюсь решать вопросы с документами, никогда не думал, что по вечерам у меня будет секс не только с красивыми женщинами, но и с чертовой работой. Олеся тоже не идет домой. Сидим, разбираем документы.
- Гош, у меня к тебе предложение, - Олеся встает, вытягивается в полный рост, подмигивает. Идет к чайнику, делает себе очередной говно-кофе.
- Надеюсь, ты не интим мне хочешь предложить.
Даже если бы она была последней женщиной на земле, я бы умер от воздержания, но к ней не притронулся. Спать с бегемотом - не моя фантазия.
- Нестеров, какой с тобой интим, так мучение. - Усмехается, гигикание такое тупое. - У меня пока свободные отношения, а лет через десять куплю себе “собачонку” мужского пола, лет двадцати пяти. Красивого, умного, начитанного, с длинными пальцами и голубыми глазами. Он будет с любовью заглядывать мне в глаза, за мои же деньги дарить мне дорогие подарки, а я буду делать вид, что все у нас все по любви. А потом будет устраивать истерику, что я старая и страшная, что он всю молодость на меня потратил и нервную систему. Тогда я отлучу его от тела и кошелька и куплю нового.
- Олеся... Фу, даже не думал, что ты такая мерзкая. А как же настоящая любовь, человеческие отношения?
Я думал, что только мужики смотрят на красоток, а потом тянут в койку, оказывается, даже у таких крокодилов есть мысли о чужом красивом теле.
- Гош, кому, но только не тебе об этом говорить. Какие чувства, когда ты сношаешь, все что движется? И Гриха такой же. Даже глядя на вас, я согласна на продажные отношения по моим правилам.
- О как. А тогда ко мне какое предложение? - откидываюсь на кресле. - Если я как мужчина тебя не интересую.
- Продай мне фирму. Или сделай генеральным. Ты ее просрешь, не пройдет пары месяцев. Если еще от этого всего сможешь отбиться, - показывает на кипу бумаг.
- Олесь, ты не охренела? Зачем в мой кошелек смотришь?
- В твой? В свой! Два контракта уже сорвано, один уже в красной зоне, с таким подходом - точно слетим, еще и неустойку будем платить офигеть какую. Вот и с каких денег мне что-то нападает на карту? - опирается на край стола.
- Ну давай, пока не будем компанию хоронить.
Что за ад? Модели разбегаются, айти тоже куда-то не в ту сторону катится, а я не могу ничего остановить. Главное, все так быстро завертелось, что все вышло из под контрля. Я никак не могу потерять, то что есть. Жить я на что буду? Что родителям скажу? А с Гришкой какие дела?
- Нестеров, я тебя скоро к стене прижму и буду стоять рядом, угрожая сексом, пока ты все дела в порядок не приведешь.
- Оу-оу, потише. Вот таких угроз не надо, Хочешь, Гришка мои повинности исполнит, он менее разборчивый.
- Уже не очень смешно. Гриш, я тебе про работу. Хватит стебаться, - Олеся снова погружается в документы.
- Прости, мне хочется сбежать от этих проблем. А меня еще красотуля ждет, а я тут ерундой разбираюсь, - перекладываю документы из стопки в стопку.
- Гош, я тебе поэтому и говорю, если ты мне дашь какой-то хороший бонус, то я все закрою своей огромной задницей. Завтра всех обзвоню, все разгребу. За пару недель все налажу и буду бдить, чтобы не скатилось обратно.
- Олесь, ты меня сейчас в угол загоняешь. Давай, мы завтра на свободную и чистую голову поговорим.
- Гош, - тянет гласные. - Я понимаю, что единственно твое желание - опустошить яйца, но у меня вопросы по работе. Уля, кстати, как?
- Так же, как и с фирмой. Куда-то не туда я завернул, с ровной дорожки на кривую сошел.
- Дурак ты, Нестеров, вот прям дубина. У тебя же все есть - и фирма, и что-то с мужиками вы там и с моделями- эскортницами замутили, деньги при нормальной работе текут рекой. Жена-красотка, умница. Что тебе еще надо?
- Вот все сломалось. Теща, наверное, порчу наложила. Не бывает же, что все в один день так - раз и все.
- При дурной голове - может, - Олеся бурчит откуда-то из документов.
Вижу, что она хорошо разбирается во всем происходящем. Может, это, правда, шанс не только не убить, но и приумножить, то что есть. Одними руками мне все равно всех и все не спасти. Что там про приоритеты говорят, вот только бы понять, что сейчас важнее. Жену в фотографы вернуть. И все компании сохранить, а потом посмотрю, что и как.
- Олесь, а правда, давай я тебя повышу. До исполняющей обязанности.
- Неть, - крутит головой. - Только генеральной. И прям сейчас.
Вот коза! Уже и все подготовила, бумаги рядом, печать под рукой, обстоятельства непреодолимой силы.
Сашка, ты еще не спишь?
Пишу Сашке, не пойму где график с командировками. Где сейчас ее муж.
Я не сплю. Приезжай.
- А графики у нас где? Кто у нас на выезде? - шарюсь по рабочему столу и ничего не могу найти.
- А нет у нас никаких выездов. Все отменилось. А от Сашки муж ушел, если ты ищешь лазейку, чтобы к ней поехать, - Олеся снова встает из-за стола, делает калечную зарядку, чтобы размять свою богатырскую спину.
- Ого, а ты откуда все знаешь, - потираю руки, вот и первый вопрос решен, начало положено.
- Ты как с луны свалился, все знали и знают. Но кто-то делает вид, что ничего не происходит, а кто-то, как Ульяна отпускает все дерьмо в свободное плаванье. Что решаешь с компанией?
Вот пробивная баба, не упустит своего. Надо еще Ульяне о себе напомнить.
- Вот лист, тут или мое назначение, или мое увольнение. Решай, - кладет ручку и печать передо мной.
Пишу заявление, что Олеся теперь не просто старший менеджер, а почти директор. С правом подписи. И кучей всего. А у меня меньше забот и больше свободного времени.
Ставлю печать. И бегу к Сашке, следующие вопросы решу завтра.