Русская Америка. Сухой закон 5 (СИ), стр. 16

— Полиция? Полиция, «Томми»? — просипел Массерия, не поворачиваясь, — Ты серьёзно думаешь, что я буду полагаться на полицию? Мы что, не способны сами отбиться от каких-то «тонгов» и негров из Гарлема?

Валенти подал голос:

— Луку и Винса в Бруклине застрелили русские. И потом взорвали тех, кто был на карточной игре… Почерк нехарактерный для китайцев или парней из Гарлема…

Массерия медленно повернулся. Его лицо было багровым, щёки налились кровью.

— Китайцы. И негры, — Он произнёс эти слова с таким презрением, словно сплёвывал ядовитую слизь, — Эти крысы сами бы не посмели прийти на мою землю. И не рискнули бы… Не-е-ет…

Он резко швырнул сигару на пол и раздавил её каблуком с такой силой, что паркет затрещал.

— Это Соколов! — процедил «Босс», ударив кулаком по столу так, что задребезжала хрустальная пепельница, — Это его рук дело! Он заключил с ними союз! И натравил их на нас, так как понимает, что ему не хватает сил! Уверен, он пообещал им наши кварталы…

Все присутствующие молчали.

— И Чиро… — голос Массерии внезапно сорвался, став тише, — Наш Чиро. Его пристрелили как собаку. Уверен, что это тоже люди «Соколова»…

«Томми» Рейна кивнул:

— Мы думаем так же. Выстрел чересчур хорош. Сработал настоящий профессионал. Пуля задела сердце…

— Где сейчас тело Чиро? — спросил Джо.

— В морге, — тихо сказал Томми, — Мы заберём его, когда решим насчёт похорон.

— Похорон? — Массерия снова взорвался, — Каких похорон⁈ Чтобы они устроили нам засаду у кладбища и перестреляли всех, кто пришёл попрощаться? Чтобы они сплясали на могиле Чиро? Нет! Мы сначала «омоем его кровь их кровью»! А потом будем хоронить!

Именно в этот момент подал голос Томмазо Гальяно. Он не шелохнулся в своём кресле, его пальцы были сложены на животе, и выглядел он, в отличие от остальных, спокойным. Гальяно всегда был голосом разума, когда Джо выходил из себя.

— Джо, — сказал он мягко, — Это нужно сделать. Похоронить «Артишока». И сделать это с почестями. Мы не можем позволить остальным думать, что мы испугались. Или что мы прячемся.

— И нарваться на пули? — хмыкнул Массерия, но в его голосе уже не было прежней уверенности.

— Разве это поймёт Джузеппе Морелло? — продолжил Гальяно, не меняя тон голоса, — Он скоро выйдет из тюрьмы. И спросит: «Джо, а где мой сводный брат? Где Чиро?». И что ты ему скажешь? Что мы не похоронили его, потому что испугались засады? Люди Морелло сейчас служат нам. Они смотрят на наши действия. Они ждут, как мы поступим с их боссом. «Артишок» был твоим первым капо. Если мы проявим слабость, мы потеряем уважение. И Морелло может изменить своё мнение насчёт передачи тебе своей «семьи» под полное управление…

Массерия замер. Логика советника была неумолима. Джузеппе «Король» Морелло, один из самых уважаемых и опасных «боссов» старой закалки, до сих пор отбывал свой срок в тюрьме. Но его влияние и его люди были огромным активом. Терять такую поддержку было нельзя.

Гальяно аккуратно добавил:

— Соколов был на похоронах своей девушки, которую застрелил Пророк. Русский выбрался на церемонию из Бронкса. Приехал на кладбище. Всё это знают. И теперь смотрят — как поступим мы с Чиро?

Джо тяжело вздохнул. Ярость в его глазах сменилась холодной, расчётливой решимостью.

— Хорошо, — выдохнул он, — Организуйте похороны. Самые пышные. Скупите хоть все цветы в Маленькой Италии. Пусть весь город видит, как мы провожаем наших людей. Но… — он поднял палец, и его взгляд стал острым как бритва, — Безопасность. Максимальная. Я буду там. И я хочу, чтобы весь путь контролировали наши люди. Проверить всё. И чтобы ни одного китайца, ни одного негра поблизости. Понятно?

— Понятно, босс, — кивнул Гаэтано Рейна, — Я лично всё проверю.

Массерия повернулся к Умберто Валенти:

— Рокко, «Тонги» и Гарлем хотят войны. Они её получат. Но не той, что они ждут. Они ожидают, что мы как бараны полезем в их трущобы, а они будут отстреливать нас. Нет. Мы ударим там, где они не ждут. По их карману. Игорные дома, поставки, прачечные. Китайцы ввозят товары через порт. Свяжись с Альберто Анастазией. Пусть он поднимет докеров на забастовку. «Тонги» не должны получить ничего из-за моря.

— Будет сделано, — отчеканил Валенти, — У меня уже есть кое-что на примете. Два крупных игорных дома «тонгов» на Пелли-стрит. Опиумная курильня в подвале на Мотт. Там у них склад. И ещё большие склады шёлка в порту.

— Хорошо, — кивнул Массерия, — Но это только половина дела. Гарлем. Эти ублюдки должны понять, что перешли черту.

— Мы можем ударить по их заведениям, — предложил Гаэтано, — По «Клипсби», например. Там крутятся большие деньги из гарлемских «числовых» лотерей.

— Нет, — резко оборвал его Массерия, — Не будем распылять силы. Голландец Шульц! Вот кто нам нужен. Он всё носится со своими планами по Гарлему? Хочет забрать его себе? Хочет контролировать «числа»? Что ж, теперь у него есть шанс. Скажи ему, что он получает моё благословение. Пусть разберётся с этими отбросами. Каждый его «солдат» должен пойти на Гарлем. Пусть Шульц отрабатывает своё место за нашим столом. Скажи, что я даю ему карт-бланш.

— А Соколов? — тихо спросил Томмазо Гальяно, — Что с русским? Мы должны ответить.

— Соколов… — Массерия подошёл к столу и налил себе стакан красного вина, — Соколов хитрый как лис. Он как паук в центре паутины. Значит, надо действовать двумя путями. Первый. Рокко, на тебе план устранения Алекса. Надо добраться до него. Любыми способами. Тогда мы разом решим сразу несколько проблем. Второй путь: у Соколова бизнесы в Вирджинии, Портленде, Кентукки и Оклахоме. И большая сеть поставок. Вот её то мы и обрушим. Заодно разберёмся с его ближайшими помощниками. Тогда посмотрим — нужен ли он будет всем остальным «боссам»?

В то же время. Заброшенная стройка на берегу Гудзона.

Недостроенное здание уходило вверх, прямо в ночное небо. Неподалёку от меня плескались слабые волны. Я приехал сюда с шестью охранниками. Шесть человек из числа той дюжины, которую отобрал капитан Синицын.

Из офиса выехало восемь машин. В одном из гаражей их сменили. А через пару километров они разделились по двое и поехали в разных направлениях. Если хвост и был, то его точно сбросили — какое-то время я со своими людьми ждал в машинах в переулке, сделав паузу в дороге. Но никто не показался.

Теперь неприметные «Фордики» стояли на краю незаконченной бетонной террасы, раскинувшейся у подножия стройки.

Около парапета, выходившего на реку, лежал связанный человек. Рядом стоял Лесной. От моей «личной гвардии» я решил его больше не прятать. Всё равно ему придётся с ними пересекаться.

Я кивнул Николаю, и он сорвал повязку, закрывавшую глаза пленника. А затем вытащил самодельный кляп.

— Вы с ума сошли что ли? — тут же простонал связанный, — Я инспектор полиции Нью-Йорка!

Я подошёл ближе и присел рядом:

— Я в курсе, мистер Кэмп…

Он сфокусировал на мне взгляд, и я удовлетворённо отметил, как побледнело его лицо.

— Алекс Соколов?

— Он самый. Помнишь это здание? — я показал за спину.

Курт Кэмп, прищурившись, посмотрел на стройку. Я продолжил:

— Здесь была перестрелка, во время которой ранили шерифа Фэллона, а меня арестовали. Потом в участок приехал ты с твоим напарником и упёк меня за решётку. Где в первую же ночь меня чуть не зарезали…

На лице Кэмпа мелькнул страх:

— Что ты хочешь, Алекс?

— Правды, Курт, — пожал я плечами, — Я знаю, что тебя подослал ко мне Джо «Босс» Массерия. Расскажи мне всё об этом.

— Вы меня всё равно убьёте…

— Мне нужна информация, инспектор. А не эти причитания. Ты облажался. Тебя сгубила жадность. Кто пришёл к тебе от Джо «Босса»? Кто тебя купил?

Продажный коп горько усмехнулся:

— Жадность? А ради чего ты занимаешься своим «бизнесом», Алекс? Не ради денег?

Я покачал головой:

— Между нами есть разница, Курт. Тебе нужны деньги для себя. Для тебя они — смысл жизни. Мне они нужны — для моих задумок. Для меня это всего лишь средство достижения целей. Поэтому я стою здесь, а ты валяешься связанный…