Моя жизнь как зомби из трущоб (ЛП), стр. 23

Но сколько у меня вообще есть времени? Мне позарез нужна эта гребаная инструкция по эксплуатации. И какого хера этот Чувак-С-Анонимными-Письмами не подкинет мне хоть какие-то подсказки и наводки? Ладно, я ем эти чертовы мозги. Я поняла, что мне нужно держаться за эту работу. Отлично. Твоя взяла. А теперь можно мне, блин, хоть какое-то объяснение?

Отметка в «один месяц» наступит уже через несколько дней, а от того, кто устроил меня на эту работу, до сих пор ни слуху ни духу. Я очень надеялась, что в какой-то момент получу записку в духе: «Так держать!» или «Я знал, что ты справишься!», ну или хотя бы: «Привет, меня зовут так-то, и я твой наставник». Я нахмурилась. Какой, на хрен, наставник. Нормальный наставник дал бы мне реальные советы и инструкции, как справляться со всей этой темой с мозгами. А не просто дурацкую записку: «Если тебе этого хочется — съешь».

Очень надеюсь, что от меня не ждут, что я буду разгребать всё это дерьмо в одиночку.

Я поглядела на себя в зеркало. Как я буду выглядеть, когда вся сгнию и превращусь в такое же мерзкое месиво, как тот чувак? Под глазами залегли тени, и вид у меня был такой, будто я не спала уже целую вечность, но запчасти от меня пока не отваливались. Пока еще. Я вздрогнула, а затем налепила пластырь на лоб, где было рассечение. Не хватало еще, чтобы люди начали задаваться вопросами, как это на мне всё так быстро зажило. Я до сих пор не знала, что делать с тем фактом, что у меня даже шрама не осталось. Может, подстричься так, чтобы челка закрывала лоб? Я скорчила гримасу. Челка. Уж лучше пусть от меня запчасти отваливаются.

Отца дома не было, так что я проверила свои финансы и выдвинулась в город. На меня внезапно накатил приступ ответственности, и я спустила приличную часть своей последней зарплаты на всякие глупости вроде оплаты счетов — даже оплатила кабельное, которое нам уже отрубили за долги. Надеюсь, это избавит меня от необходимости выдавать деньги отцу, тем более что я вообще не была уверена, что он потратил бы их на оплату счетов, а не пропил.

Желудок снова заурчал, когда я занесла платеж в электросеть, и меня нехило так заштормило от мысли: а не пробраться ли тайком в морг, чтобы спиздить немного мозгов? Но главная засада была в том, что на входе нужно прикладывать магнитную карту, а это значит, что всё залогинится в системе. Прийти разок-другой во внерабочее время — не такая уж большая проблема, но если это войдет в привычку, то точно заметят. Особенно учитывая, что предыдущего водителя фургона поймали на воровстве. Меньше всего мне сейчас хотелось привлекать к себе лишнее внимание.

«Остался всего один день, — напомнила я себе. — Риск того не стоит».

Когда я проходила мимо закусочной на углу, до меня донесся запах жареной курицы, и в животе снова завязался узел. Я чуть не рассмеялась от облегчения. Это был голод… а не Голод. Мне всё еще нужно было жрать обычную еду — вещь, о которой я почти забыла, пока зализывала раны после аварии. Чёрт, я вообще частенько забывала про обычную жратву, когда уровень мозгов в организме падал, а эта забывчивость приводила к паршивому искушению: я становилась еще более ненасытной до мозгов, потому что фактически морила себя голодом. Ситуацию усугубляло то, что обычная еда казалась какой-то безвкусной травой, если я не была под завязку заправлена мозгами.

«Может, мне открыть новое модное направление в диетологии? — подумала я с ухмылкой, сворачивая на парковку супермаркета «Пиггли-Виггли». — Стань зомби. Урежь свой аппетит вдвое. По крайней мере, к нормальной еде».

Остановив тележку возле мясного отдела, я принялась разглядывать различные куски животины. Обязательно ли это должны быть именно человеческие мозги? Если бы я могла получить тот же эффект от животных мозгов, вся эта херня стала бы в разы менее ебанутой и намного более простой. Животные мозги ведь достать легче, так? Хотя я слабо представляла, как буду собственноручно убивать какую-нибудь тварь. Да, я была той еще деревенщиной, но меня наизнанку выворачивало, даже когда нужно было червяка на крючок насадить.

«Интересно, а сейчас меня вывернет?» — внезапно подумала я. Раньше я блевала от малейшей мерзости, а теперь разделываю мозги как заправский профи. Ну да, но одно дело возиться с готовым, и совсем другое — реально кого-то грохнуть.

— Я могу вам чем-то помочь?

Я резко вскинула голову и наткнулась на скучающий и вопросительный взгляд мясника.

— Э-э, да. Вы, ребята, случайно не продаете, ну… мозги? В смысле, животные мозги?

Скуку с его лица как ветром сдуло. Теперь на нем читалось что-то в духе: «Ты что, блядь, совсем ебанутая?»

— Я имею в виду, не для еды или типа того! — быстро добавила я, для убедительности выдавив смешок, который в моих собственных ушах прозвучал натянуто и фальшиво. — Это ведь было бы довольно мерзко, правда?

Он посмотрел на меня с крайним подозрением.

— И к тому же опасно. Коровье бешенство и вся эта хрень.

Я моргнула. Может, у меня как раз это самое и есть? Какая-то зараза?

— Но возвращаясь к твоему вопросу, — продолжил он. — Нет, такой херни мы здесь не держим. Тебе обязательно именно коровьи мозги?

Я покачала головой, не доверяя собственному голосу, чтобы окончательно не показаться полной дурой. Вдобавок к образу частично безумной, за которую он меня, скорее всего, уже принял.

Он поджал губы и нахмурился:

— Это для какого-то школьного проекта или типа того?

— Да! — воскликнула я, судорожно хватаясь за эту отмазку. — Именно. Проект.

Я вообще выглядела достаточно молодо, чтобы учиться в старшей школе? Или он решил, что я в колледже? Ха. Как будто такое когда-нибудь случится.

Из его носа вырвался короткий фыркающий звук:

— Мой тебе совет: найди какого-нибудь охотника. Попроси, чтобы он отдал тебе мозги, когда будет разделывать тушу.

«Разделывать тушу». Прозвучало на редкость жутко. Я выдавила слабую улыбку:

— Поняла. Спасибо.

Он натянуто кивнул мне и двинулся дальше по прилавку, чтобы обслужить другого клиента — без сомнения, кого-то, кому реально нужно было нормальное мясо. Я перевела дух. Замечательно, блядь. Достать животные мозги так же трудно, если не труднее, чем человеческие. И я понятия не имела, сработают ли они вообще так же.

— Эй, Энджел!

Я виновато вздрогнула и резко обернулась. Передо мной стояла Моника Годро, один из следователей нашего офиса коронера. Моника была низкорослой, плотной рыжей бабой с пробивным характером и прокуренным до хрипоты голосом. Впрочем, этот хриплый голос ни разу не мешал ей тараторить с такой скоростью, что у слушателей голова шла кругом.

О господи, неужели она слышала, как я расспрашивала про мозги?

Но, к моему облегчению, она просто широко улыбнулась:

— Значит, слухи о том, что ты жива-здорова после того, как устроила сальто-мортале на фургоне, всё-таки правда!

Я моргнула:

— Э-э… Слухи?

Она расхохоталась:

— Слухи, факты, да похрен вообще. Ты же знаешь, как устроены дела в нашей конторе. Клянусь, мне кажется, наша секретарша по ночам подрабатывает журналисткой в колонке сплетен. Чёрт, она бы на этом целое состояние подняла. Может, подкину ей эту мысль! Короче, рада видеть, что ты в порядке. Я видела фургон на штрафстоянке. Поверить не могу, что ты уже на ногах и сама разгуливаешь! — Затем она удивила меня, крепко сжав мое плечо. — И чертовски этому рада, кстати. Было бы полным отстоем возиться на вызове с кем-то из своих. К тому же ты не даешь Нику расслабляться.

Я смогла выдать лишь блеклую ухмылку на этот её пулеметный монолог.

— Фу-у. Ты чувствуешь этот запах? — Моника внезапно сморщила нос. — По-моему, в холодильнике мясо тухнет. Короче, хорошо, что ты пристегнулась, да? Блин, лично я пристегиваюсь только потому, что на хрен не хочу, чтобы кто-то из тех придурков, с которыми мы работаем, разглядывал меня голой на столе в секционной. — Она притворно содрогнулась. — Извращенцы!

— Ага, уж точно, — выдавила я наконец, каким-то чудом удерживая на лице натянутую улыбку. Ведь дело было вовсе не в тухнущем мясе в холодильнике.