Моя жизнь как зомби из трущоб (ЛП), стр. 11

Телевизор я включать не стала. После такого дня, как сегодня, мне больше хотелось побыть в тишине. Без ссор. Без оскорблений. Без чего-то странного или тревожного.

Я уже допила первую бутылку пива и прилично отхлебнула из второй, когда в дом вошел Рэнди. Он направился прямиком на кухню и вернулся через минуту с пивом в одной руке и пластиковым зип-пакетом в другой. Он вскрыл пиво, сделал долгий глоток, а затем выудил из пакетика уже скрученный косяк и прикурил его. Сделав несколько затяжек, он протянул его мне.

Я глубоко затянулась, а затем откинула голову на спинку дивана, ожидая, когда пойдет расслабление.

— Ты заходила в «Пилларс» после той ночи? — спросил он.

— Не-а, — ответила я, не шевелясь. Расслабляющий кайф еще не догнал меня, и мне казалось, что если я покачаю головой, то спугну его.

— Я тоже. — Он замолчал. — Надо признать, я был немного удивлен, когда ты заглянула ко мне после всего этого.

Чёрт. Похоже, ссора вышла куда масштабнее, чем я думала. Я сделала еще одну затяжку, и в этот момент недостающий фрагмент воспоминаний внезапно встал на свое место. Ах да, он же куда-то свалил с какой-то девкой, а я попыталась отплатить ему той же монетой и принялась заигрывать с парнем, которого вообще впервые видела. Потом этот чувак предложил подвезти меня до дома, потому что я была слишком пьяна для вождения. Или слишком обдолбана. Я не помнила, чтобы так уж много пила. Нет, стоп, тот парень постоянно покупал мне выпивку. Но я не уходила вместе с ним. В этом я была уверена на все сто. Я бы ни за что не уехала с незнакомцем. Местами я бываю дурой набитой, но до такого точно не опустилась бы. Так что вместо этого я решила пойти домой пешком. Ну да, гениальное решение, намного умнее.

— Наверное, поэтому я тебе и не звонил. — Рэнди всё еще продолжал говорить.

Я сделала очередную затяжку, на этот раз сильную, пытаясь заставить травку подействовать быстрее.

Какого хрена меня до сих пор не вставило?

— М-м-м, ладно.

Он хмуро уставился в свою бутылку пива.

— Ты ведь знаешь, что я с ней не спал, верно?

Я удивленно захлопала глазами:

— Чего?

— Элисон, — пояснил он. — Девка, с которой я ушел? Ты ведь потащилась за мной и начала орать, куда это я, блин, намылился. Вела себя как ревнивая психопатка…

— Я помню, — перебила я его. — А ты заржал и сказал, что собираешься трахнуть её прямо на парковке.

На его лице промелькнуло раскаяние.

— Да я просто стебался над тобой, — пробормотал он. — И подумать не мог, что ты поверишь. Я выходил, чтобы просто глянуть её тачку. У неё там что-то с аккумулятором случилось. А когда вернулся в бар, ты уже вешалась на какого-то козла. Это меня взбесило.

Ну да, я ему поверила. Не то чтобы он никогда раньше мне не изменял, хотя теперь я понимала, что делать это прямо посреди нашего совместного вечера было бы чересчур даже для него. А я отреагировала как полная идиотка, пытаясь вызвать у него ревность. Это я помнила четко, хотя хоть убей не могла вспомнить, как выглядел тот второй парень. Надеюсь, я не слишком сильно опозорилась.

— Ну, вообще-то, говорить такие вещи — это было свинством, — заявила я ему.

— Знаю, — поморщился он. — Прости. Так как ты получила эту работу?

Было предельно ясно, что он хочет сменить тему, но меня это устраивало. Если мы продолжим перемывать кости тому, что стряслось в баре, то наверняка опять разругаемся.

— Э-э, через своего инспектора по надзору, — соврала я после секунды лихорадочных раздумий. Я не была до конца уверена почему, но мне не хотелось говорить ему правду обо всей этой истории. Может, потому что он потребовал бы объяснений, а я сама толком ничего не знала? — Место странное, но по-своему крутое. И там даже есть соцпакет.

— Да ладно?

Я кивнула:

— Через три месяца мне сделают медицинскую страховку, а если я проработаю там десять лет, то получу право на их пенсионную программу.

Рэнди покатился со смеху:

— В тот день, когда ты удержишься на одной работе десять лет, у меня вырастет тридцатисантиметровый член.

— Пошел ты, — огрызнулась я в ответ. — В твоих словах вообще нет логики. И чья бы корова мычала, сам-то хорош.

Он ухмыльнулся и слегка пихнул меня кулаком в плечо:

— Знаю, потому и говорю. Мы с тобой слишком похожи. Чёрт, я вообще выпаду в осадок, если ты продержишься там достаточно долго, чтобы хотя бы страховку получить.

Я нахмурилась:

— Офигеть, спасибо за такую слепую веру в меня.

— Да ладно тебе, Энджел, остынь. Дело не в этом. Ты слишком любишь делать всё по-своему, чтобы задерживаться на одном месте так надолго.

И что, блядь, было моим «по-своему»? Что бы это ни было, пока что от него одни проблемы.

— Травка у тебя — полное дерьмо, — объявила я через минуту, туша оставшийся полсантиметровый бычок. Обычно я выкуривала косяки до самого конца, но сейчас я вообще не чувствовала никакого кайфа. Не было никакого смысла курить это дальше.

Он пожал плечами, даже не взглянув на меня, взял пульт и включил телевизор:

— Ну так замути себе свою.

— Я серьезно, — сказала я. — Мне кажется, это вообще не травка. Меня ни капли не вставило.

Он оценил меня быстрым взглядом.

— Это тот же самый гребаный пакет, который мы раскуривали в прошлый раз. Тогда тебе всё вполне нравилось.

Я скорчила гримасу и поднялась с дивана.

— Ты куда? — спросил он.

— Не знаю. — Я потерла руки.

Всё вокруг казалось каким-то странным и поблекшим, словно весь мир превращался в старое черно-белое кино. И диалоги, и музыка, доносившиеся из телевизора, звучали как-то плоско и фальшиво. Но ни пиво, ни косяк на меня вообще никак не подействовали. Я по-прежнему была трезва как стеклышко, а мне этого совершенно не хотелось.

— Наверное, домой.

— Мило, — его губы скривились в легком недовольствие. — Приходишь ко мне, выпиваешь мое пиво, скуриваешь мою дрянь, а потом просто сваливаешь? Это еще что за приколы?

Он схватил меня за руку, слегка потянул на себя и хитро улыбнулся:

— Да ладно тебе… оставайся.

Я замялась. Мне нравился секс с Рэнди, пускай наши отношения и напоминали бесконечные американские горки «мы то сходимся, то расстаемся», так что я уже окончательно потеряла счет тому, встречаемся мы вообще или нет. Спустя почти четыре года мы чертовски привыкли друг к другу, и стоило нам оказаться вместе, как мы неизменно скатывались к одним и тем же привычным сценариям.

И я прекрасно знала, какая часть сценария последует дальше. Я останусь, мы перепихнемся, потом закинемся или накуримся еще чем-нибудь, что у него найдется под рукой, и я, скорее всего, благополучно просплю.

— Не могу. — Я высвободила руку из его хватки. — Прости. Мне пора идти. Завтра на работу. Ну, помнишь? Ту самую работу, на которой я долго не протяну.

— Ты что, реально из-за этого на меня взъелась? — спросил он, и между его бровей залегла складка.

— Нет! Не взъелась, — настаивала я. — Мне просто нужно домой. Я не могу всё запороть.

— Ну да. Похрен, — пробормотал он.

Больше он не пытался поймать меня за руку и переключил всё свое внимание обратно на экран телевизора. На какую-то короткую долю секунды мне безумно захотелось самой спровоцировать ссору — просто ради того, чтобы проверить, вернет ли это всему миру былую четкость. Раскочегарить нас обоих и посмотреть, заставит ли это его хоть как-то показать, что ему не наплевать на мое присутствие. Мы бы поорали и покричали друг на друга, потом помирились бы, накурились и потрахались.

«И я снова просплю и потеряю работу», — подумала я. Я слишком хорошо себя знала. Но ведь это всего лишь работа, верно? Тот, кто накатал это письмо, не мог ведь всерьез угрожать мне тюрьмой…

Я покачала головой, нахмурившись. Боже, какая же я слабачка. Как я вообще могу всерьез подумывать о том, чтобы так рисковать?

Точно так же, как я рисковала всем остальным в своей жизни. Просто забив на всё хер. Или обдолбавшись до такого состояния, когда тебе уже физически плевать на всё, даже если очень хочется.