Все сначала! (СИ), стр. 21
Дед посмотрел на часы и довольно закинул кусочек сала в рот.
В это время к причалу подъехала делегация из четырех черных джипов.
— О, вот сейчас мы и узнаем, почему Бородино, — сказал деда и посмотрел в бинокль.
Из машин выскочили здоровяки и встали по обе стороны от центрального автомобиля. Дверь не спеша открылась и оттуда вышел низенький мужчина с длинной коричневой бородой.
— Да ну нет, — простонал дед, — настолько топорно?
— Мафия… — развел я руками.
' — Ля, ты посмотри, какой красавец! — довольно крикнул Глобус и пошел обнимать новоприбывшего.
— Даже не думай, толстый, — тут же замахал руками бородатый, — я еще хочу дожить до завтра.
Трое мафиозных босса обменялись рукопожатиями и несколько минут просто молча стояли и смотрели на новую яхту режиссера.
— Сколько отдал? — тихо спросил Бородино.
— Ссущие копейки, — довольно ответил Ваграм, — Это должек одного бизнесмена.
— Люблю таких должников, — кивнул толстяк, — и где он теперь?
— Где–то там, — махнул рукой в сторону реки Ваграм.'
Где–то со стороны входа в порт послышались звуки мотора.
— А вот и начало представления. — Довольно улыбаясь произнес дед.
Два десятка машин спецназа быстро окружили причал. Вооруженные полицейские повыскакивали из машин быстро взяв на прицел людей бандитов.
Я присмотрелся, и увидел, как из одной машины выходит следователь, с которым я говорил пару дней назад.
— Ты же сказал, что будет только спецназ? — удивился я, недовольно пихнув деда.
— Да я тоже так думал, что он будет только в тылу, — пожал тот плечами, — но нет…
Приложив бинокль к лицу, я прислушался.
' — Так–так–так, что тут у нас? Неужели сходка? — довольно произнес Дукалис.
— По какому праву вы нас окружили? — с уверенным лицом вперед вышел Глобус. — Мы, начальник, ничего не нарушали. Просто смотрим яхту друга.
— Вот как? — улыбнулся Дукалис, — что ж, тогда вы не будите против, если мы осмотрим яхту?
На этот раз вперед вышел Бородино.
— Вообще–то против. Полиция не имеет права вторгаться на частную территорию. У вас должен быть ордер…
Лейтенант улыбнулся еще шире.
— О, вот как, — он засунул руку во внутренний карман, и достал бумажку. — Вы об этом ордере?
— Зачем ордер, дарагой⁈ — встрял Ваграм и расплылся в доброжелательной улыбке. — Мне нечего скрывать, слушай, да… Хочешь сматри! Хочешь не сматри! Хочешь оставайся, дорогой! Гостем будешь! Дэвачки скора подъедуд! Самый сок! Пэрсики! Мамой клянусь! Мы не гордые, поделимся…
Тут Ваграм глянул на своих «друзей». Те усмехнулись, но возражать не стали.
— Ну это мы еще посмотрим, — кивнул лейтенант и повернулся к своим, — парни, работаем!'
— Хех, сейчас будет боевик, — дед залпом выпил бутылку и наклонился вперед.
В это время, на яхту забежали парочка спецназовцев с собаками, и уже через несколько минут они вынесли несколько пакетов с белым порошком и два чемодана с оружием.
Я тоже наклонился вперед.
' — Так, ну как я и предполагал… — довольно кивнул Дукалис и сделал пометку в блокноте. — Все арестованы. Любое сопротивление…
— Э! Начальник! Это не мое! — возмутился Ваграм. — Ты зачем честным людям статью лепишь⁈
— Ля, это подстава! Ты за кого нас держишь! — воскликнул Глобус. — Твои парни это подкинули.
— Решили закрыть нас? А за воротник вам не положить? — зарычал бородатый и неожиданно крикнул. — Пацаны, гаси ментов!'
В секунду грохот пистолетов и автоматных очередей прорезал тишину в порту. Причал превратился в поле боевых действий, где сражались не на жизнь, а на смерть.
Бандиты не хотели так позорно сдаваться полиции, понимая, что доказательства неопровержимые. А полиция просто выполняла свою работу.
Вот только для меня это было вновинку.
Половину бандитов буквально изрешетили автоматами. Я такого никогда не видел. Не видел, как легко убить человека. Вот он был, и вот его нет!
— Дед… Это ужасно… — выдохнул я. — Это настоящая бойня.
Меня затошнило от увиденного.
— Смотри, — холодно произнес дед, — в будущем, тебе и не такое придется увидеть. Они получают по заслугам.
Спецназ работал оперативно и слаженно, но и бандиты не отставали. У полиции было более мощное вооружение, а преступников больше в два раза, но все же, опыт и слаженность постепенно, но выигрывали в этой перестрелке.
Я с ужасом наблюдал, как Глобусу в голову прилетела случайная пуля от своего. Бородино же достал два пистолета, и носился по причалу, пока его не подстрелил снайпер. Тело упало в воду.
Наушник по прежнему был у меня в ухе, так что я слышал, о чем там говорят.
' — Один сбежал! — выглядывая из-за автомобиля, крикнул Дукалис. — Это режиссер! Сука! Как умудрился!
— Мы почти закончили! — крикнул кто–то из спецназовцев. — Всех зачистили.
— Я за сбежавшим! Федя, со мной! — и лейтенант с помощником прыгнули в машину.'
— И нам пора, — хлопнув по колену, дед встал. — Оставляем все тут. Уходим налегке. — он наклонился ко мне и посмотрел прямо в глаза. — Ваня, ты как?
— Ну, как тебе сказать… — я выдохнул, перебарывая приступы тошноты, — Это пиз…
Но меня прервал бибикающий сигнал автомобиля у въезда на причал.
— О, а вот и девочки приехали, — улыбнулся дед, — пошли, посмотрим, есть там кто постарше?
— Я, пожалуй, пас, дед. Поехали домой.
— Ваня, там дамы и за все, я так понимаю, уже оплачено. — но все же, посмотрев на мое состояние он выдохнул. — Такое пропускаешь, Вань… Ладно, домой, так домой.
Недалеко от порта.
Переулок.
Мог ли Ваграм Борисович представить, что его карьера режиссера и преступника закончится вот так?
Нет, конечно.
Да, он смотрел боевики, видел как берут самых отпетых преступников, но человеком он был опытным, а значит всегда знал где та черта, за которую переступать не стоит.
Однако данная облава стала для него полной неожиданностью. Это не было похоже на конфликт с власть имущими, не было похоже на конфликт с органами. Это больше походило на заказную порку, которую Ваграм Борисович спустить не мог.
Вопрос был уже не в том, что это было. Вопрос был в том, кто это организовал. И с этого кого–то стоило спросить.
Но сначала, надо оторваться от этих назойливых ментов!
Сигнал полицейской машины буквально был за поворотом, так что он нырнул в очередной переулок, надеясь уйти по тихому. Отсидеться где–нибудь и разобраться наконец что произошло и кто его подставил.
Адреналин заставлял стучать сердце набатом в ушах, подгонял мысли в голове, заставляя его перепрыгивать с одной на другую: «Я никогда не сниму свой фильм?», «Кто этот ублюдок, что устроил эту подставу?», «Если Глобус и Бородино склеили ласты, надо успеть урвать кусок от их дела, разумеется для общего блага всех, кто под ними ходили!»
Не смотря на сумбур в голове и возраст, ноги и руки у него работали четко. Опытный бандит перелез через забор, спрыгнул на видавший лучшие времена асфальт и умудрился зацепиться за ржавый гвоздь, что распорол его модный пиджак так, что тот стал похож на «модный фартук».
— Вон он! — раздался противный выкрик следака. — Федя, окружай!
— Суки… — прошипел Ваграм и рванув в сторону, выпалил на ходу: — Я твоей маме в рот хачапури клал!
Поворот, рывок в сторону, еще раз поворот и перед Режиссером стена. Высокая и неприступная, как приз на кинофестивале. Метра два с половиной в высоту. Мощная, кирпичная, как горы, на которые он смотрел в детстве на родине.
Ваграм Борисович затравленно оглядел мусорные баки по краям небольшого тупика и хотел было рвануть назад, но звуки шагов приближался.
Секунду он раздумывал, за которую Режиссер успел прокрутить всех его подельников, что получили по пуле, поспорить с гордостью и пообещать вырвать сердце у того, кто это все затеял. На вторую секунду он уже рванул к самому большому мусорному баку, куда без промедления нырнул.