Тайная сила разведки Германии, стр. 65

Экономическая ситуация в стране начала выходить из-под контроля, что повлекло за собой частую смену правительства: «В течение 14 лет, до 1933 г., в Германии все время менялись правительства, кажется, 12 рейхсканцлеров один за другим, то есть был постоянно меняющийся политический курс, — вспоминает Николаи. — К этому добавилось еще значительное число союзов вне политических партий под различного рода руководством, направленных, почти все, против каждого меняющегося правительства. Руководство армии держалось как по отношению к партиям, так и союзам совершенно в стороне».

Отставной полковник не хотел «стоять в стороне». Он был серьезно обеспокоен отсутствием в стране твердой власти. Поэтому активно включился в национальное движение с целью поиска достойного вождя для Германии. Николаи попеременно участвует в создании и поддержке общественных и военных движений «Возрождение», «Черный рейхсвер», «Консул», «Стальной шлем», ставящих задачу возродить мощь Германии, предотвратить революцию по «российскому образцу». «По политическим убеждениям я некоторое время, и то только вначале, примыкал к немецким националистам, так как они, по моему мнению, не были фактором силы для дела восстановления. Во всех шести случаях, три из которых я припоминаю и могу изложить в данной рукописи, так называемый “центр”, находившийся, по моим убеждениям, на последнем месте, пытался втянуть меня в свою среду в целях использования моих знаний. В первом случае пытались убедить меня, что маятник отклонится сначала совсем вправо (национал-социализм), потом влево (Россия), а затем остановится на середине, чему принадлежит и мое будущее. Во втором случае были попытки примирить меня с крупным промышленником Арнольдом Рехбергом, ищущим себе политического влияния, оперировавшим крупными денежными средствами. В течение 14 дней мне угрожали атаками на меня в прессе. Я ответил им, что если Рех-берг и его приверженцы желают что-либо от меня, то они сами должны прийти ко мне, а не я к ним. Если бы Рехберг пришел, то я не принял бы его. Угрожающие атаки начались на меня со страниц венской и берлинской социал-демократической печати, и это, безусловно, было направлено на опасный путь данных кругов. В третьем и последнем случае был подосланный представитель высшего дворянства, некий принц, фамилию которого я забыл. Апеллируя к моему политическому опыту, он советовал мне идти туда, где в конечном счете решается дело, говоря при этом: “Ведь с деньгами делают все, что угодно”».

Осторожность Николаи в поисках «центра» национального движения в той «неразберихе» многочисленных союзов, партий, группировок, которая наблюдалась в расколотом германском обществе, легкообъяснима. Он понимал, что главная причина нестабильности политической обстановки, правительства заключалась в глубоком неприятии большинством немцев «позорного» Версальского договора. Чувство национального унижения стало благодатной почвой для распространения мифа о «ноябрьских предателях», заключивших договор. Этот миф широко использовался демагогами и экстремистами, требовавшими решительной борьбы против неких «тайных сил», внутренних и внешних врагов, которые привели Германию к краху. Не случайно именно в это время появляется известная фальшивка «Протоколы сионских мудрецов», призванная подтвердить, что в постигшей немцев трагедии виноваты заговорщики-евреи, иностранные агенты, преследовавшие цель поставить Германию на колени. Крайне правые националисты выдумали легенду о «ноже в спину», обвиняя все политические партии, в том числе и правящие, в «предательстве не побежденной в войне армии».

Эта провокационная агитация привела к образованию в армейской среде экстремистских, националистических объединений типа «Консул». В августе 1921 г. членами этой организации — офицерами флота Генрихом Тиллессеном и Генрихом Шульцем — был застрелен министр финансов Маттиас Эрцбергер. Военные мстили ему за «ноябрьское предательство», когда Эрцбергер как глава германской делегации подписал унизительное Компьенское соглашение о перемирии. Следующей жертвой мести «консулов» стал министр иностранных дел Вальтер Ратенау. В июне 1922 г. офицер флота Эрих Керн и инженер Герман Фишер бросили в кабриолет министра гранату, а затем раненого хладнокровно добили из автомата. В данном случае ненависть и особое отвращение националистов-антисемитов вызывало еврейское происхождение Ратенау.

Основным лозунгом экстремистов «Консула», пытавшихся «втянуть в свою среду» и Николаи, был реванш: война проиграна, потому что евреи, коммунисты, гнилая интеллигенция и предательская власть в Берлине нанесли удар в спину непобедимой германской армии; условия Версаля должны быть отвергнуты, а продажное правительство свергнуто. Николаи был принципиальным противником мятежей, путчей, иных противоправных, насильственных действий для свержения существующего строя. Поэтому он отказался участвовать в движении «Консул», считая насильственные методы его приверженцев непригодными для свержения существующего строя.

Желая повлиять на внутриполитическую обстановку, дать объективную оценку кризисным событиям, Николаи стал выступать со статьями в печати. Он осуждает правительственную чехарду, экстремизм, недопустимость насильственных способов расправ с противниками. Обращаясь к властям, пытается объяснить, что основной массе населения, его консервативному сознанию трудно сразу смириться с тем, что Веймарская республика разрушила старый, привычный порядок кайзеровской империи, казавшийся прочным и надежным. По старым добрым временам тоскуют, по его мнению, не только военные, бывшая правящая верхушка, но и широкие слои населения, потерявшие в результате кризиса, безудержной инфляции свой достаток и имущество; не воспринимают новую, малопонятную, не имеющую ничего общего со старыми временами систему ценностей. Между свободой и порядком немцы, по его словам, выбирают порядок. Ссылаясь на новую конституцию, Николаи призывает к поиску гражданского мира, сотрудничества всех классов, партий и союзов, легитимных путей смены власти.

Эти обращения находят отклик в молодежной среде, партийных кругах, армии. С предложениями о сотрудничестве на него выходят «молодежное движение Бранденбурга», профсоюзы, социал-демократы. Николаи инициирует издание газеты «Дойче форвертс» — орган умеренного национального движения. «Первым я начал внепартийное и объективное освещение политических событий на страницах национальных крупных газет империи, искаженно освещающих обстановку в стране. Посредством этого были сохранены мои многочисленные связи во всех кругах. Я не скрывал подобного моего намерения, и благодаря этому меня поддержали многие… Мне хотелось иметь влияние и среди молодежного движения. Я был избран руководителем молодежи в провинции Бранденбург, где испытал много хорошего. Но вообще я удручался слабостью руководства в стране и неспособностью преодоления старых классовых и общественных пережитков.

Примерно в 1923 г. явились ко мне около 10 стоящих на высоких партийных и профсоюзных постах социал-демократов. Они сказали, что будут ненавидеть партию, разбившую идеалы их молодежи. Лишенные заработка, они не знали, куда им деваться с детьми. В других партиях они играли бы только роль перебежчиков и, может быть, имели бы еще более худший конец. Они знали меня еще со времен мировой войны как противника поведения их партии. Они доверяли мне и обратились ко мне за советом. За ними стояли еще многие другие. Я посоветовал им объединиться в одном из газетных предприятий. Я думал, что из них можно будет черпать руководителей рабочих масс. Я обещал им для начала необходимую денежную помощь, поставив лишь одно условие, что они ни от кого больше не возьмут денег. Я хотел освободить их от одних цепей, в которых они уже находились, и не накладывать на них других.

Так возникла газета “Дойче форвертс”, издателем и ответственным руководителем которой был Эмиль Унгер, работавший в последнее время библиотекарем партии. Я получал на это дело деньги от организаций, которые мне доверяли и которым я доверял. А денег я имел столько, сколько хотел. В результате пути, проделанному мною в войне, недоставало только достойной цели.