Кольцо Анубиса, стр. 32

Зайдя как-то раз на работу к Андрею, он к своему удивлению в кабинете шефа обнаружил совсем другого человека, который раздавал распоряжения с уверенностью первого лица. На недоуменный вопрос Андрей объяснил:

— Да, пригласили ликвидатора. У него есть опыт в закрытии фирм. Все надо сделать очень чисто, и, по возможности, не оказаться в прогаре.

События приобретали новый поворот.

Зима катилась уже под гору. Гера почти на неделю пропал из поля зрения. Борис Борисыч простудился в своем цирке и лежал с температурой. Настя за ним старательно ухаживала. Андрей метался по городу, улаживая дела и причитая, что надо искать новую кормушку. Марк, на какое-то время оставшись один, затосковал по Питеру так, что еще пара дней — махнул бы на все рукой и отправился к Ветке.

Вечера за преферансом отошли в прошлое, но тут у Андрея появилась новая идея.

Уже поздно вечером он позвонил Марку в номер и голосом опытного заговорщика попросил зайти к нему на минутку.

— Старик, если ты опять про коммерцию, то лучше не надо.

— Как раз наоборот, — Андрей таинственно помолчал. — Совершенно ничего общего. Давайте махнем за город.

— В такие морозы?

— Да не на лыжах же кататься! Ладно, давай заходи, объясню все подробнее.

Заинтригованный Марк, несмотря на то, что собирался принять душ и завалиться с книжкой на боковую, не выдержал и спустился на первый этаж.

Проходя мимо массажного кабинета, что соседствовал с номером Андрея, он заметил девушку. Впрочем, это было как раз не удивительно — вечно у этих дверей кто-нибудь торчал. Чаще всего, правда, мужчины, или милиция, в основном настроенная добродушно, или те же обитательницы этой таинственной комнаты, выбравшиеся в коридор на перекур. Но девушка, хотя и держала в руке дымящуюся сигарету, стояла упершись лбом в стену, и Марк услышал почти детские всхлипы.

— Что-нибудь случилось? — спросил он больше из вежливости, чем из желания помочь.

— Отстань, козел! — девушка явно не собиралась кидаться ему на грудь в порыве благодарности.

— Как скажете, — Марк пошел дальше.

— Катись, катись, — донеслось ему вслед. — Эй, подожди!

— Чего ждать-то? — рассердился уже Марк. — То «катись», то «подожди».

— Подожди, — девушка повернулась к нему лицом. На правую щеку наплывала полоска туши, но в общем-то мордашка симпатичная, живая. Вздернутый маленький носик, голубые, словно нарисованные акварелью глаза. — Ты здесь живешь?

— Нет, просто прогуливаюсь. Чего ревешь-то?

— А, так, — неопределенно махнула рукой девушка. — Мелкие неприятности. Ты случаем не мент?

— А что, похож?

— Нет, — с сожалением призналась девушка. — А жаль. Лезет тут ко мне один старлей из отделения. Такая сволочь! Думала, поможешь.

— Мечтаешь ему морду набить?

— Вот уж не помешало бы, — девушка бросила сигарету на пол, придавила носком туфельки. — Элеонора, — серьезно представилась она, подойдя к Марку поближе.

— Кто же тебя назвал так? — удивился тот, глядя на ее открытое славянское лицо. — Может, придумываешь? А на самом деле Таня или Лена.

— Нет, Элеонора. Правда, не вру. Не вру, а никто не верит. Ты куда идешь, я — с тобой.

— Зачем это? — Марк уже пожалел, что затеял разговор. — У меня дела.

— Какие могут быть дела в гостинице, — Элеонора игриво взяла Марка под руку. — Пошли к тебе, поболтаем.

Таща за собой Элеонору, словно терьер, вцепившуюся в его рукав, и проклиная себя за глупость, Марк вошел в номер Андрея. Тот по обыкновению сидел в кресле, сложив руки на животе, и мечтательно смотрел в потолок, но, обнаружив на пороге гостей, вскочил, словно его застали за предосудительным занятием.

— Ты не один! — воскликнул он, как будто вместе с Марком к нему ворвались чудовища. — Не ожидал. Сейчас, айн момент, будет кофе. Наташа! — закричал он голосом способным остановить на скаку лошадей. — Где у нас кофейник?

— Он на твоем столе, милый, — Наташа выплыла из спальни и застыла, глядя на Элеонору, как дуэлянт на противника через прорезь прицела. — У тебя, Марк, появились знакомые?

— А что, нельзя? — Марк почувствовал себя совсем глупо. — Зашел вот к вам поболтать. У Андрея есть какая-то идея.

— Какая-то, — передразнил его Андрей. — Грандиозная идея. Давайте устроим пикник.

— Завтрак на траве? Придется тогда ждать до мая.

— Ничего подобного. Понимаешь, у фирмы есть свой дом в Вешенках. Километров сорок от города. Махнем туда всей компанией на выходные. Баньку потопим, погуляем на свежем воздухе. Развеемся, одним словом.

— Ну, не знаю, — Марк с сомнением уставился на Андрея. — На улице мороз под тридцать.

— Подумаешь! Дом теплый, большой. Все поместимся. Есть баня… И твоя знакомая тоже может поехать.

— Вот здорово! — восхитилась Элеонора и преданно заглянула Марку в глаза. — А ты мне спинку потрешь?

47

Элеонора привязалась к Марку намертво. Не понятно, чем уж он так ее привлек, но только все попытки избавиться от назойливой спутницы кончились ничем.

Нельзя сказать, что она ему не нравилась. За наносной вздорностью чувствовался веселый и искренний характер, как у выросшего до размеров взрослой собаки неопытного щенка. Голубые глаза, если только Элеонора не была обижена, постоянно сияли, как у ребенка в предвкушении дня рождения. В первый вечер Марку все же удалось спровадить ее обратно в массажный кабинет, но наутро, часов в восемь она разбудила его звонком по телефону, а потом явилась и сама, причем моментально выяснилось, что идея поездки за город ни на минуту не забыта.

Андрей вновь умчался по делам, и на Марка выпала роль связного — он по очереди навестил Борис Борисыча с Настей, а потом и вновь появившегося в гостинице Геру. Никто против отдыха на свежем воздухе не возражал, даже больной Борис Борисыч. Его особенно привлекала перспектива попариться в бане и снять простуду.

Убедившись, что Элеонора не отвяжется, Марк представил ее своим друзьям. Престидижитатор немедленно сотворил для нее из воздуха букетик искусственных фиалок, а Гера так усердно щелкал каблуками и кивал головой, что Марку пришлось попридержать его за плечо.

Поехать решили в субботу с утра. Андрей выпросил для такого случая в конторе микроавтобус «Нисан», а водителем добровольно вызвался быть поэт-летчик Миша.

Собирались шумно. Накануне Марк с Элеонорой ходили по магазинам, накупили всякой всячины. Гера особенно беспокоился, чтобы в достатке были напитки, с такой же серьезностью Андрей заботился о закусках. Продуктами и выпивкой забили две здоровые коробки, и в результате в автобусе разместились с трудом.

Мороз стоял такой, что от холода сворачивались уши, но в машине было тепло, и Гера предложил начать празднование уже в дороге.

Сначала по шоссе между заиндевевшими соснами, потом по проселочному свертку между холмами, примерно за час добрались до места. Выгрузились на заскрипевший, как крахмал, снег перед большим двухэтажным домом.

— Это ваша загородная резиденция? — Марк потер сразу замерзший нос. — Ничего себе домик…

— Бывший дом отдыха работников пищевой промышленности, — Андрей, пыхтя, выволакивал из машины коробки. — Сейчас здесь только один сторож, он же истопник. А вон и баня, — указал он на бревенчатый сруб. На втором этаже есть бильярд и гостиная с камином. Наташа, где мои сигареты?

— Они у тебя в кармане, милый.

Наташа на правах хозяйки вошла в дом первой. Остальные потянулись за ней.

На первом этаже разместилась большая кухня. Скоро женщины, не очень знакомые друг с другом, уже слаженно хлопотали за длинным столом, затевая лепить пельмени.

Вошел сторож Володя, впустив за собой облако мороза. Он, как ямщик хлопал себя крест накрест руками и обещал протопить дом так, что будет, как в Африке. До Африки было пока далеко, и решили согреться подручными средствами. Бородатый Володя пить водку отказался, а попросил спирту, который предусмотрительный Гера все же захватил с собой, не очень надеясь на общественные припасы. Сторож велел налить ему целый стакан и, не разбавляя, ахнул все двести граммов залпом. После этого подвига он упал с табурета и затих.