Кольцо Анубиса, стр. 23

Джесертеп пристроился немного сзади.

— Ставь на черное, — приказал он.

— Пятьсот тысяч на черное, — принял ставку немолодой уже крупье с большими залысинами.

Выпало черное.

Играть на цвет можно долго. И долго при этом оставаться при своих. Вроде бы, Марку постоянно везло, а один раз, по совету Джесертепа, он поставил на линию и тоже выиграл, но потом трижды подряд ставки уходили к крупье.

— Все, я понял, — прошептал демон. — Сейчас поставишь на цифру.

— На какую?

— Двадцать два.

— Двадцать два! — объявил крупье и пододвинул Марку приличную стопку фишек.

Охрана дышала в спину.

— А теперь — три.

— Выиграла тройка!

Вокруг толпились менее удачливые игроки. На новичков косились, и взгляды были не самые дружелюбные.

— Уйдем, — предложил Марк.

— В последний раз, — взмолился Джесертеп. — Ставь на тридцать!

Марк поставил половину того, что у них было. Над столом повисла такая тишина, что стало слышно, как звякают кубики льда в бокалах.

С легким жужжанием закрутилась рулетка, звонко заскрежетал шарик, мчась по вертикали круга, а потом заскакал, дробно выстукивая непонятную ни одному телеграфисту морзянку.

Пять, шестнадцать, тридцать. Шарик заколебался, словно не зная, покидать ли ему это гнездо, и вдруг, взлетев в последний раз, опустился на зеро.

— Зеро! — радостно объявил крупье и с облегчением взглянул куда-то в сторону, ища глазами администратора.

— Проехали, — прошептал сразу ставшими сухими губами Марк и попытался отойти от стола.

Сзади образовался затор, зрители не спешили расходиться. Джесертеп, оказавшийся теперь впереди, попробовал проложить дорогу, но наткнулся на стальные мышцы телохранителя.

Многие из посетителей приехали с частной охраной. В основном это были плечистые молодые люди с оттопыренными под мышкой пиджаками. В игре участия они не принимали, но ни на шаг не отходили от хозяев.

Был такой телохранитель и у соседа Марка по столу. Он также стоял сзади, рядом с Джесертепом, и вольное движение демона воспринял, как оскорбление.

Двигая мощной челюстью, как скучающий верблюд, он толкнул Джесертепа в грудь. Лучше бы он этого не делал.

Демон взорвался, словно тротиловая шашка. Выбросив вперед сухие кулачки, он ударил гиганта, которому едва доходил до плеча, с силой парового молота. Мелькнули великанские ботинки, и телохранитель, разваливая толпу, полетел в сторону стойки бара, круша по дороге карточные столы.

Поднявшийся переполох можно было сравнить только с ловлей жулика на переполненном базаре.

Охрана казино, которая, видимо, и ждала нечто подобное, тут же очутилась рядом. Джесертеп аккуратно, не теряя головы, поронял рослых парней на пол и схватил Марка за руку, стараясь одновременно пробиться к выходу. На бегу Марк заметил, что у многих присутствующих появилось в руках оружие.

Как там Джесертеп насчет пули? Раздался звон бьющегося стекла (это рухнула батарея бутылок в баре), пронзительный женский визг. Приглушенный до этого свет вспыхнул, словно включили пограничные прожекторы.

В какое-то мгновение Марк понял, что просто так уйти не удастся. Слишком много народа. Понял это и демон. Марк увидел, как злобная гримаса исказила его лицо. Сейчас выхватит кинжалы! Но тут же, на самом пике общей сумятицы, шум перекрыл голос брюнета, стоявшего рядом с Марком за игровым столом.

— Плачу убытки!

Фраза была настолько нелепой и несвоевременной, что и охрана, и беглецы остановились, словно по детскому паролю «замри!». Стало слышно лишь учащенное дыхание разгоряченных противников. А потом кто-то нервно рассмеялся.

34

— Значит так, — тон брюнета не оставлял сомнений, что Марк может решить по-другому. — Сколько ставишь на своего парня?

— Мне кажется, этого делать не стоит.

Они стояли на крыльце «Клондайка», холодный ветер, словно фокусник, выхватывал из-под фонаря мелкие колючие снежинки и бросал их в лицо.

— У меня с деньгами туго, — Марк старался все завершить миром. — Только выигрыш.

— Лобан, сколько он выиграл?

— Тыщ двенадцать баксов.

Лобаном звали того самого телохранителя, с которым так неудачно схлестнулся Джесертеп. Сейчас он стоял рядом с хозяином и с ненавистью смотрел на демона. Еще двое таких же крепких парней находились чуть поодаль.

— Вот двенадцать и поставь.

— Ребята, мы с Севера, — начал излагать неожиданную легенду Марк. — Зашли поразвлечься. Извините за недоразумение.

— Ничего себе недоразумение, — изумился брюнет. — Разгрохали стойку, набили Лобану морду. Я заплатил за беспорядок. А Лобан вот недоволен. Он жаждет компенсации. Правда, Лобан?

— Я его убью, Портной. Я его сделаю.

Ситуация вырисовывалась самая неприятная.

В казино Портной быстро уладил недоразумение, успокоил охрану. Списал драку на местные разборки и предложил не поднимать шума. Потом расплатился с администрацией, не дав Марку сказать даже слова, и пригласил поговорить на свежий воздух. Здесь тут же, без паузы, предложил заключить пари на победу телохранителей. Джесерпета он явно считал сопровождающим Марка бойцом и сейчас хотел развлечений.

— Все будет по-честному. Кладем деньги, они бьются друг с другом, потом расходимся. Не обману, слово.

Похоже, Портной был одним из местных авторитетов. Унижение человека из своей команды воспринял, как личное. У Марка не было уверенности, что все будет происходить по предложенному сценарию. В Джесертепе он не сомневался, но, что может случиться потом, одному богу известно…

— Я согласен, — коротко сказал молчавший до этого Джесертеп. — Деньги против денег. Тебе не жалко друга?

— Твой парень, наверное, того… — рассмеялся Портной. — Как бы Лобан его сильно не обидел.

— Он у меня умоется, — Лобан никак не мог смириться с тем, что его сбили с ног, как мальчишку. — Башку оторву!

Соотношение сил и впрямь казалось неравным.

— Все, решено! — подвел черту Портной. — Поедем на моей машине. Свою пока оставишь здесь.

Марк не успел сказать, что никакой машины у него нет. Один из телохранителей уже подогнал к крыльцу длинный, как трамвай, красный «Линкольн».

— У меня сегодня все равно игра не шла, — доверительно поделился с Марком уже в машине Портной. — Может, хоть сейчас повезет.

Он нажал кнопку, и в середине салона открылся бар. Портной плеснул виски в стакан, протянул Марку.

— Эй, — крикнул он, обращаясь к остальным. — Выпьете?

Джесертеп отказался, а Лобан осушил канадский «Black Velvet» одним глотком.

Поглядывая иногда в окно, Марк заметил, что не видно стало даже фонарей. «Линкольн» скользил по пустому шоссе в сторону от города.

«Завезут еще куда-нибудь… — подумал он. — С этой оравой Джесертеп, конечно, справится, но не слишком ли много для одного дня?»

Портной сидел барином — дорогое пальто расстегнуто, белая сорочка, бабочка, — не иначе английский аристократ на отдыхе. Только вот пахло в этой машине не только деньгами, но и уголовщиной.

— У меня есть одно место, где никто не помешает, — Портной прервал молчание, закурил, предложил сигарету Марку. — Ты сам-то откуда? Никогда тебя раньше не видел.

— А я не местный. Сказал же, что с Севера.

— Из Тюмени, из Норильска? Ну не хочешь отвечать, как хочешь. Но учти, у нас тут свои порядки, чужие должны ходить смирно.

— Да разве мы затеяли драку? Твой и начал, — кивнул Марк в сторону Лобана. — Мы бы ушли спокойно.

— Ох, парень, — вздохнул Портной. — Что-то ты, наверное, не понимаешь…

Свернули с шоссе, и впереди замаячила большая бетонная коробка недостроенного здания. Похоже, стадион.

— Точно, — довольно подтвердил Портной. — Я его два года назад купил, а достроить руки не доходят. Но мы тут иногда бываем.

Их встретил сторож с собакой, узнал хозяйскую машину и предупредительно распахнул ворота. Въехали на замусоренную строительную площадку и дружно вышли под падающий мелкий снег.