(не) отец двух близняшек (СИ), стр. 13
– Точно так же ты упирался в детстве, когда тебе нравилась какая-нибудь девочка! – озорно воскликнула она, но потом немного притихла. – А потом понравилась я…
Повисло неловкое молчание, и Лекс заговорил:
– Я совершил ошибку, оставив тебя тогда, Элли. Когда ты только закончила школу и была готова на все, чтобы…
– Не будем об этом, – оборвала Элли.
Он вздохнул.
– Просто… такую же ошибку я совершил с Ларой, – продолжил Лекс более глухо, покачав головой. – Уехал тогда от нее, толком ничего не объяснив, не сказав всю правду. А теперь за это расплачивается наша дочь.
– Ты все исправишь, – спокойно и уверенно сказала Элли.
Даже на расстоянии он почувствовал легкое тепло, будто она накрыла его ладонь своей. И раскисать расхотелось.
– Да, – твердо кивнул Лекс. – Чего бы мне это ни стоило.
Шел дождь, а мой зонтик сломался. Я вздохнула, ощущая себя мокрой курицей, когда вошла в пустую квартиру и встряхнула зонтик. В квартире царила непривычная тишина: девочки отправились на день рождения к подруге, и мама той обещала привести их домой вечером. Так что у меня было пару часов оплакать свою несчастливую женскую судьбу. Наше свидание с Лексом сегодня не сложилось. Как только мы сели за столиком в кафе, и милая официантка улыбнулась нам, протягивая меню, его телефон зазвонил.
– По работе? – заволновалась я, зная, что Лекс очень ответственно относится к сотрудникам. И переживая за его подчиненных.
Все-таки охранное агентство – это большая ответственность. Я помнила историю, как одного из охранников подстрелили на задании и как Лекс ездил в больницу, переживая за него, как за родного брата.
– Нет, – помедлив, Лекс положил телефон на стол и задумался.
Смартфон вибрировал, и я опустила глаза. И вздрогнула. На экране высветилось фото симпатичной девушки. Темноволосой, улыбчивой, нежной… А на экране было подписано: «Элли».
– Ты не возьмешь трубку? – я слегка изогнула бровь, чувствуя себя неловко. Понимая, что мне неприятно видеть его реакцию на имя на экране. И вообще, видеть это имя…
– Мы же с тобой на свидании. Это некрасиво по отношению к тебе, – натянуто улыбнулся Лекс, отодвигая телефон еще дальше. И старательно отводя взгляд.
У меня заныло все внутри, видя, насколько он старается изображать безразличие.
«Чертов джентльмен!» – мысленно выругалась я и совершила ошибку, сверкнув показной улыбкой.
– Да возьми ты трубку, вдруг что-то важное! Я подожду!
Зачем я настаивала, хотя легкая боль и ревность иголочками кололи сердце? Зачем играла в благородство, которого не ощущала? Будто бы назло себе…
– Ну, хорошо, – не стал долго сопротивляться Лекс и взял трубку.
Его лицо сразу осветилось нежной улыбкой. Такой нежной, что меня затошнило.
«Дура! Лучше бы он пропустил звонок, а не стал мурлыкать при тебе! Сама виновата!» – сейчас я готова была надавать себе пощечин. Но лишь стиснула зубы и принялась ждать. Лучше не стало. Лекс нахмурился и встал из-за стола. Отошел к окну, говоря так тихо, что я не могла разобрать ни слова.
«Что за секреты у него от меня?!» – я сама не могла понять, почему киплю от злости. Ведь мы с Лексом только начали узнавать друг друга заново. Почти знакомиться заново! Я не имею на него никаких прав. Не имею права ревновать к девушкам… так подозрительно похожим на меня.
«Темноволосая кареглазая девочка, такая хрупкая и нежная, такая чистая и искренняя… Что-то не меняется в этой жизни, да, Лекс? Особенно твои вкусы в девушках… Кто я для тебя сейчас? Лишь замена твоей бывшей великой любви, что послала тебя в далекие дали?»
Неприязнь к Элли – этой незнакомке, завладевшей вниманием Лекса, – терзала кислотой душу. Я стиснула салфетку, надеясь, что не швырну ее в лицо своего спутнику, когда он соизволит вернуться, договорив.
– Прости, Лара, – покаянное лицо Лекса вдруг возникло передо мной, как призрак оперы. И я вздрогнула.
– Что?
– Элли позвонила. У нее… проблемы, – Лекс помедлил, явно подбирая слово.
Я сжала салфетку так, словно у меня в руках был острый кинжал. О, с каким удовольствием я вонзила бы кинжал ему в сердце! Но, к сожалению, мы были не в сказке и не в фэнтези-романе. А садиться в тюрьму после такого акта немотивированной агрессии я не собиралась. Поэтому прищурилась, прожигая Лекса злым взглядом.
– Вот как. И что же? У Элли, вроде как, муж в наличии имеется. Может, пусть выполняет супружеские обязанности и решает ее проблемы? Ты-то здесь причем?
– Лара! – в шоке выдохнул Лекс, и я не вовремя вспомнила, что собиралась держать свой острый язычок при себе хотя бы первые пять свиданий. Чтобы не отпугнуть мужика сразу, а потом, когда он влюбится и упадет у моих ног, продемонстрировать ему свою истинную натуру. Отомстить, так сказать! Но не удалось.
– Я отвезу тебя домой. Прости, пожалуйста, – он перехватил мои ладони, сжимая слишком крепко.
Я видела, что Лекс искренне переживает, но в груди кипела обида. И я не собиралась прощать его так легко.
– Я обязательно заглажу вину, – шепнул он мне ласково на ухо, привлекая к себе. – Пойдем с тобой вечером в дорогой ресторан, я приглашу тебя на танец…
– Элли свою ненаглядную зови в ресторан! – прошипела я Лексу в лицо, вырывая из его рук свои ладони.
Я рванулась к двери, почти побежала. Тут же споткнулась у порога. Чуть не упала, но сильные теплые руки подхватили меня за локоть, прижимая к себе.
– Осторожно.
Лекс обнял так крепко, что я задохнулась. И позволила себе на минуту слабость уткнуться лицом в его рубашку. Вдохнуть его невероятный, неповторимый аромат. Немного хвои, немного свежего ветра… Все, как много лет назад. Когда мы были почти-детьми и целовались под каждым фонарем, считая их. Считая каждый фонарь…
– Пойдем со мной. Я отвезу тебя домой, – Лекс сам разрушил все очарование момента, потянув меня к выходу.
Я вздохнула, ощущая, как злость и ревность осыпаются серым пеплом. Однажды он так же бросил меня и укатил на свое задание… или к Элли… какая теперь разница? Он снова выбирал не меня. Даже в такой мелочи. Разрушая при этом наши новые отношения, которые он клялся начать с чистого чиста. А теперь у меня дети. Семья. Ответственность. Я не могла окунаться в омут любви с головой, как раньше, в юности. У меня появилась ответственность перед моими дочками…
– Прости, Лекс. Я возьму такси. Не нужно меня отвозить, – я нашла в себе силы мягко отстраниться и прикрыла глаза, пряча эту непрошенную усталость.
– Но, Лара… – Лекс понял, что я говорю серьезно, и отпустил, но нахмурился, предчувствуя неладное. – Лара, это мелочи! Всего лишь одно испорченное свидание. Я организую еще лучше!
– Ты не понимаешь, – покачала головой я, направляясь к двери. – Дело не в свидании. А в отношении. Я должна быть на первом месте. Я и Майя, если ты серьезно относишься к нам. А быть хорошим для всего окружающего мира… это такое себе занятие, Лекс. Но я не собираюсь ничего тебе доказывать. Позвони, когда в следующий раз захочешь забрать Майю из школы в зоопарк? Препятствий ставить не буду. Но в ресторан наедине я с тобой больше не пойду…
Лекс остался стоять на месте, пока я шла вперед, находя в себе силы выдерживать его долгий обжигающий взгляд. Силы не оборачиваться. Мне хотелось только одного. Спрятаться в своей ракушке, дома, одной, и наконец выплакаться. Так глупо… Я поверила Лексу снова. Повелась на его внимание, на горящий интересом взгляд. На ласковые слова, на будто бы случайные жаркие касания сильных рук. Я поверила в то, что он хочет быть со мной и Майей. Но забыла о том, что в этом мире нельзя доверять никому. Как всегда, судьба отрезвила меня жестоко, но действенно. Ведь я знала в глубине души, что если бы Элли была свободна и стояла сейчас перед Лексом, он и не вспомнил бы о существовании меня и ребенка… Он бы без колебаний выбрал бы ее. Другую. Ту, с которой провел почти всю свою сознательную жизнь. Подругу детства, которая заботилась о нем, окутывала нежностью и дарила эмоции. Он выбрал бы Элли сердцем, потому что был знаком еще до меня. А чувства ко мне и семь лет назад, и сейчас оказались недостаточно сильными, чтобы удалить номер Элли и ее фото из своего телефона.