Попаданка в послушницу (СИ), стр. 8

— И кому же переходит право голоса после смерти наследницы рода? — осторожно спросила я, понимая, что княгиня не могла не знать об этом, но всё же рискнула.

— Вы прекрасно знаете, что никому. Род угаснет окончательно, — отчеканил Ромадановский, в его голосе послышалась горечь. — Совет Десяти лишится очередного участника, как было с родом Годуновых почти сто лет назад.

— Значит, с моим уходом в Совете останется уже восемь участников, — задумалась я.

— А после моей смерти и вовсе станет семь, — низким голосом произнёс мужчина, — если у меня не появится законный наследник.

— Поэтому вы так активно решаете эту проблему, дорогой супруг, — я издалека намекнула на отравление.

— Что вы имеете в виду? Думаете, я ищу вам замену? — он недоуменно вскинул брови. — Позвольте вам напомнить, что наш брак ещё не расторгнут.

— Вы неоднократно это повторяете, князь, — процедила я.

— Понятно, вы мне мстите, сударыня, — прошипел Ромадановский. — Неужели из-за Джины? Вы же сами меня бросили, уехали в обитель, желая посвятить жизнь богу.

— Вы слишком о себе высокого мнения, дорогой супруг, — фыркнула я. — Мстить вам? За что? За эту расфуфыренную танцовщицу? Можете жениться на ней, если так любите.

— Елена, вам не идёт говорить пошлости, — скривил он губы, а потом его лицо осенила догадка. — Любопытно, на чём вы уехали из обители? Не на телеге же.

— А если бы и так, вам какое дело, сударь? — напряглась я.

— Ну конечно, вас встретили и сопроводили до самого дома, — поджал он губы. — Я даже догадываюсь кто. Плещеев?

Его зелёные глаза сверлили меня, требуя ответа. А я понятия не имею, про кого говорит Ромадановский.

— Даже если он, что с того? — решила я посмотреть на его дальнейшую реакцию. Всё же выдавать Пронского не хочется.

— Светлейший князь Плещеев — мой главный соперник и желает занять пост главы Ковена. Что этот пройдоха вам наобещал? Деньги? — снова закипал князь. — Елена, предупреждаю вас, не связывайтесь с ним.

Ещё один кандидат? Сколько их там всего? Похоже, Ромадановский не в курсе, что Пронский тоже метит на пост главы Ковена, так как его кандидатура ещё не одобрена императором. Алексей Михайлович сюрприз, похоже, готовит.

— Я не собираюсь ни с кем связываться, Илларион Константинович, — устало вздохнула я. Разговор начал меня утомлять. Я встала и подошла к дивану, где рядом на столике остывал чай. Взяв чашку в руки, аккуратно пригубила напиток. Липовый мёд и мята прекрасно сочетались. За последние дни у меня выработалась привычка осторожно и не спеша принимать пищу, так как боялась очередной попытки отравления.

— Хотите получить мой голос, светлейший князь? Тогда докажите, что вы достойны этого поста, — я повернулась к князю.

— Что?! — он непонимающе уставился на меня.

— Я ранее сказала, что собираюсь принять участие в летней Ассамблее Совета Десяти, — спокойно проговорила я. — Хочу познакомиться лично с каждым кандидатом, прочесть их послужные списки, узнать предвыборные тезисы, кто за что радеет, и с чистым сердцем отдать голос за самого достойного.

На моих губах появилась улыбка. Я только что осознала — участие в Ассамблее это отличный шанс наладить деловые связи. Наверняка будут званые вечера и балы, где соберутся сливки общества. Может, мне и услуги Пронского не понадобятся.

— Женщинам не место в Совете. Займитесь лучше домом, мануфактурой, в конце концов, а то скоро ваше наследство уйдёт с молотка, — Ромадановский смотрел на меня свысока, задрав подбородок, хотя моя макушка едва доходила ему до плеч. — Это была неудачная шутка, Елена.

— Такими вещами не шутят, дорогой супруг. Вам ли не знать.

— Всё же я вас не узнаю. Вы будто стали совершенно другим человеком.

Ромадановский даже не подозревает, насколько оказался прав. Князь не сводил с меня взгляда, в котором читалось бешенство, но он хорошо владел эмоциями и держал себя в руках. Стальная выдержка у мужика, или просто никто по-настоящему не играл на его нервах. Супруга, похоже, во всём слушалась благоверного, может, даже любила его.

— Чаю не желаете? — указала я на вторую чашку на столе, нарушив воцарившуюся тишину. — Точно, вас же Вирджиния заждалась. Как жаль.

Ромадановский поджал губы, проглотив мою фразу.

— И ещё, мне нужно забрать вещи из вашего дома. Надеюсь, вы не успели от них избавиться? — вспомнила я о насущном, пока князь не ушёл.

— Конечно нет. Я прикажу слугам, чтобы они собрали всё. Прохор привезёт завтра, — он пренебрежительно посмотрел на моё монастырское платье, как будто только сейчас заметил, в каком виде я нахожусь.

— Буду благодарна, Илларион Константинович, — снова натянула я улыбку. — Идите скорее, пока ваша… протеже не потеряла терпение. И не забудьте заехать в полицию.

— Не забуду. Скоро увидимся, — склонил голову незваный гость и чуть ли не бегом выскочил из гостиной. Надеюсь, в следующий раз мы встретимся уже в зале суда.

Я наконец-то села на диван и начала прокручивать в голове разговор с Ромадановским. С одной стороны, князю необходим голос жены на Ассамблее, а с другой — ему позарез нужен наследник, а значит, второй брак не за горами. Конечно, жениться на танцовщице он не станет. Наверное, на примете есть более породистая кобылка из дворянского сословия. Получается, на чаше весов пост в Ковене и второй брак. Что для князя важнее и дороже?

Голос рода Шереметевых на Совете безвозвратно исчезнет рано или поздно, в зависимости от того, сколько проживёт его наследница. На ум пришли две версии. Первая: Ромадановский уверен в перевесе голосов за свою кандидатуру и вознамерился избавиться от супруги сейчас, пока мотив не так очевиден, а когда попытка сорвалась, решил всё же забрать голос княгини для подстраховки, пока не придумает новый способ избавиться от бездетной жены. Версия слабовата, если честно, но сбрасывать со счетов князя нельзя. Желание обзавестись наследниками всё же сильный мотив, если учесть, что Духовный суд отказал князю в разводе.

Вторая версия: убийца не Илларион, а тот, кто боится, что княгиня Ромадановская подпишет доверенность на имя супруга и тогда голосование может обернуться не в его пользу. Пронский и неизвестный мне Плещеев — вот ещё два кандидата в подозреваемые. Нужно быть крайне осторожной. Верить никому нельзя.

День выдался чересчур насыщенным. Завтра мне нужно обязательно съездить на ткацкую фабрику, познакомиться с управляющим и узнать, как обстоят дела на самом деле. Ромадановский упомянул, что предприятию грозит разорение и оно может уйти с молотка. Надеюсь, всё не так ужасно. Но мои чаяния не оправдались, всё оказалось гораздо хуже.

Глава 9. Первый пункт

Князь так спешил избавиться от вещей супруги, что часть одежды кучер привёз уже вечером, что оказалось кстати. Пара сундуков и коробок стояли в вестибюле, когда я спустилась со второго этажа, — проводила там разведку.

Почти все спальни, кроме одной, были законсервированы, и я попросила кучера отнести вещи в комнату, в которой жила Вирджиния. Евдокия успела прибраться там, сменила бельё на кровати. Оказывается, она не просто кухарка, а ещё заведует хозяйственной частью. В штате прислуги числились она и дворник, который исполнял все мужские обязанности по дому. Двоих помощников мне будет достаточно, а придёт зима, посмотрим. К тому же я понятия не имела, сколько денег у меня имеется и есть ли вообще счёт в банке. Чем расплачиваться со слугами? Столько всего решить нужно, что голова шла кругом.

После ужина я разобрала вещи, отправив Евдокию готовить для меня ванну. В монастыре в субботу был банный день, но из-за пошатнувшегося здоровья я опасалась туда идти, поэтому первым делом решила помыться. Войдя в отдельную комнату, я с интересом разглядывала печь с металлическим баком, в котором нагревали воду. Прямо от него шла труба к ванной, где из крана можно было набрать горячую воду.