Дерзкий Уайлдер, стр. 17

– Прости, Лия, что я пытаюсь хоть чуть-чуть тебя расшевелить и вытащить из твоей раковины.

Погодите! Он еще умудряется выглядеть обиженным?

– Ты меня не вытаскиваешь, ты меня ломаешь. Если бы ты знал…

У меня перехватило дыхание, когда воспоминания прорвались сквозь тщательно возведенные стены и обрушились на меня, как цунами. Каньон подо мной, равномерный стук капель крови, тошнотворный скрежет металла о камень… вот оно, здесь, словно все происходит сейчас, а не два года назад. Я подняла взгляд, и синие глаза Пакстона превратились в карие глаза Брайана. Моя личная галлюцинация, рвущая сердце в клочья, пострашнее любого зиплайна. Я закрыла глаза и судорожно вдохнула, пытаясь втянуть воздух в легкие.

– Лия, – сдавленно прошептал Пакстон, обнял меня и прижал к себе.

На секунду я почти сдалась и позволила ему меня обнимать. Это было приятно, его сердце стучало так ровно… живое сердце.

Нет. Я прошла такой путь вовсе не для того, чтобы вдруг превратиться в девчонку, которой необходим парень в качестве опоры. Я оттолкнула Пакстона обеими руками, вырываясь из объятий.

– Ты не сможешь исправить то, чего не понимаешь. Я не твой трюк, Пакс. Не твой проект. – Я постаралась произнести это как можно мягче, и у меня даже не дрогнул голос.

Его плечи поникли, он провел языком по нижней губе.

– Знаешь, ты права. – Пакстон закинул руки за голову и сплел пальцы в замок. – Решать только тебе, но я надеюсь, что ты хотя бы останешься и посмотришь. Потом я хочу тебя кое-куда отвезти и даю честное слово, что не буду заставлять тебя делать что-то такое, чего ты делать не хочешь.

Я растерла себе плечи, сосредоточившись на этом ощущении, чтобы скорее вернуть свои стены обратно.

– Я могу уйти, если захочу?

Пакстон взял в ладони мое лицо и посмотрел мне в глаза – пристально и серьезно.

– Конечно. Если хочешь, я попрошу кого-нибудь отвезти тебя обратно на пляж. Я дал слово, что больше не буду тебя принуждать ни к чему, что тебе неприятно. Как это было с зиплайном. Такого больше не повторится. Это было плохое решение с моей стороны, но я рад, что мы об этом заговорили.

Его теплая рука лежала на моей щеке, в ладони отдавался пульс жизни. Она пахла песком, океаном и Пакстоном.

Может быть, я никогда не смогу забраться на флайборд и взмыть над водой, но я точно смогу посмотреть, как Пакстон занимается любимым делом.

– Хорошо, я останусь, – тихо произнесла я.

– Спасибо.

Он улыбнулся, и я улыбнулась ему в ответ.

Мы на мгновение замерли, поглощенные друг другом, и между нами пробежало что-то неосязаемое, что-то неуловимое. Мое сердце вспыхнуло жизнью, напомнив мне, что я не просто пациентка, ученица, дочь, помощница по учебе, – я девушка, которую так глупо, нелепо и неизбежно влечет к парню, который стоит передо мной.

Черт!

Мне вообще позволено чувствовать что-то подобное? Прошло два года. Наверняка он не хотел бы…

Раздался стук в дверь, что меня и спасло. Иначе я точно совершила бы глупость. Например, попыталась бы выяснить, какие на вкус губы у Пакстона.

– Эй, Уайлдер?

Голос Зои привел меня в чувства, и я отступила от Пакстона.

– Зоя, – произнес он с обреченным видом.

– Если она не хочет, то я уже в гидрокостюме и готова, – промурлыкала она.

– Я понял.

Он посмотрел на меня, подняв бровь. Я покачала головой, не в силах даже представить себя на флайборде, с которого легко свалиться. Я наверняка впаду в ступор на высоте даже в три метра – и что тогда делать?

– Я не могу.

– Ладно, – тихо сказал Пакстон. – Зоя, нам все равно нужен десятый, так что давай, маши Лендону, пусть он выдаст тебе флайборд.

Ее радостный визг резанул мне по нервам – оголенным, звенящим от напряжения, – но я все же сумела кивнуть.

– Хороший выбор.

Пакстон сглотнул.

– Ага. Твой гидрокостюм висит в шкафу. Можно переодеться прямо здесь. Ты же не против просто поплавать?

– Конечно, не против.

Вода меня не пугает. С водой я справлюсь. Когда плывешь, ты контролируешь свои движения. Вода тебя держит. Воздух – предатель, который отпустит тебя не задумываясь. И ты упадешь.

– Ладно, увидимся наверху, – сказал Пакстон и ушел.

Я открыла шкаф. Для начала просто посмотреть, какой гидрокостюм приготовил мне Пакстон. Может быть, если я сразу нырну, он не увидит…

Ого!

У меня сладко екнуло сердце, и я улыбнулась. Он добыл для меня гидрокостюм, полностью закрывающий ноги. Либо это везение… либо Пакстон и правда очень внимателен к моей скромной персоне и заметил, что я хожу только в брюках.

В любом случае это значит, что я могу плавать, ничуть не смущаясь.

Примерно через десять минут я натянула гидрокостюм и поднялась на палубу.

– Я ему говорила: вода теплая и что тебе вовсе не нужен гидрокостюм, чтобы плавать. Но Пакстон настоял, – сказала Брук, помогая мне застегнуть молнию.

– Он сказал почему?

– Он сказал: раз ты такая скромная девушка, что он ни разу не видел тебя в шортах, тебе вряд ли захочется разгуливать по пляжу и яхте в купальнике.

Он заметил.

– Ясно, – сказала я, старательно изображая небрежный тон. – Какой он внимательный!

– Что для него, прямо скажем, нехарактерно. Но такой Пакстон мне нравится. – Брук встала рядом со мной у перил. – Слава богу, операторы уехали с ними. – Она указала на катер, стоящий неподалеку от гидроциклов.

Я согласно кивнула:

– Да, это радует.

– Не расслабляйся, вертолет будет здесь с минуты на минуту. Собственно, они только его и ждут.

– Вертолет?

Как по команде, до нас донесся рев винтов, и, как только вертолет завис над морем, Пакстон и все остальные взмыли в небо.

Они были как великаны, восставшие из океанской пучины. Великаны с длинными мощными ногами. Пакстон поднялся чуть выше остальных, резко спустился к самой поверхности и опять взлетел в воздух. Все тут же принялись выполнять трюки в полете. Флайборды на водной тяге позволяли им вращаться, переворачиваться и даже нырять под воду, как это делал Лендон.

Я затаила дыхание, когда Пакстон снова взмыл высоко в воздух, сделал двойное сальто назад, почти упал в море, но выровнял доску за миг до удара. Он говорил, что поднимется выше шестнадцати метров, – и поднялся. Потом еще раз и еще. Просто потому, что мог.

Я поняла, что улыбаюсь, наслаждаясь этим представлением, которое Пакстон давал с удовольствием, в этом можно было не сомневаться. Он поднял руку, и все Мятежники разом спустились обратно на воду.

– Что они делают? – спросила я.

– Готовятся к выступлению.

– Их так много.

– Да. Вот Пенни, – Брук указала налево. – Само собой, Лендон и Пакстон, несколько постоянных участников и МКТ.

– МКТ? – переспросила я. Я не думала, что команда Мятежников такая большая.

– Манекены для краш-тестов, – пояснила она. – Фанатки, которые повсюду ездят за нами в надежде, что четверо первых возьмут их для постоянного участия в трюках на канале Мятежников.

– Как Зоя.

– Она хуже всех. Я ничего не имею против тех, кто здесь ради трюков или даже славы. Они такие же безбашенные, как Пакс или Пенни. Но Зоя… Она пытается закрепиться в команде через постель, и меня это бесит.

– А первые – это кто? – спросила я, пытаясь разглядеть незнакомые лица и жалея, что не провела больше времени в номере Пакстона на прошлой неделе.

– Пакстон, конечно. Он типа магнит для всех отбитых на голову экстремалов, честное слово. Потом Пенни, Лендон и Ни… – Брук резко умолкла и потерла пальцами переносицу, чуть приподняв солнцезащитные очки, но все-таки не настолько, чтобы я увидела ее глаза.

– Ник? – уточнила я.

– Ты изучила вопрос, да? – спросила она с кривоватой улыбкой.

– Нет, просто вчера на экскурсии какой-то парень упомянул Ника, и Пакстон сразу же замолчал.

– Да, он не говорит о Нике. Никогда. О нем никто не говорит. О, смотри!

Все десять Мятежников снова поднялись в воздух, но на этот раз они разделились на две команды, пятеро на пятеро, и выстроились друг против друга. Пакстон отлетел чуть назад и вдруг поднял что-то над головой.