Мастер Трав XII (СИ), стр. 18

— Ладно дед. Сейчас я ненадолго погружусь в это дерево, а потом мы пойдем к железным дубам.

— Знаю я твое «ненадолго», — фыркнул старик.

Я уже сидел возле нужного мне дерева этой небольшой сети.

Кольнул палец кинжалом — и капнул кровью на его корень.

После сразу положил ладонь и прикоснулся Даром.

Пора делать новый якорь.

Виа лежала рядом, как и душильник. Будут охранять меня вместе с Грэмом.

В чем-то старик прав: я на самом деле не знаю, как долго пробуду внутри. Но это дерево все-таки небольшое, не огромный железный дуб, так что справлюсь, скорее всего, быстро.

Мыслями на мгновение вернулся к дремликам и Узлу.

Это место просто необходимо окружить моими Симбионтами, перенести сюда все высаженные в лесу душильники. Этот Узел слишком ценен, чтобы оставлять его без присмотра. Я не могу его забрать с собой, не могу перенести в другое место. Значит, должен обеспечить его сохранность и недоступность для других людей. Или нелюдей. Измененных.

И вдруг меня пронзила неожиданная и отрезвляющая мысль. Награда за задание была указана. Но обычно бывает и наказание за невыполнение? Ведь так?

Наказание за неисполнение директив существует?

Вот только ни слова об этом в интерфейсе Строителей не было. Или я зря беспокоюсь?

Глава 6

Погружение в молодое дерево прошло непривычно легко. Слишком легко. Если старые исполинские железные дубы встречали мое сознание как монолитная стена, которую нужно было преодолевать, «стучаться» и доказывать свое право на контакт, или вообще заставлять заметить себя через кровь, потому что мои «удары Воли» они не ощущали, то здесь всё было иначе. Молодое дерево почти не сопротивлялось. Вернее не так, не используй я кровь, оно бы сопротивлялось, но кровь заставила его ощущать меня как… Старшего. Не зря Матка дремликов использовала такой мысле-образ.

Я мысленно сделал вдох-выдох, и сразу прикоснулся к энергии молодого дерева, которая как и у всех деревьев шла от корней вверх, к кронам, а затем к веткам и листьям. Вот только энергии этой было откровенно мало для моих новых целей. В обычной ситуации я бы взял часть живы древа и пошел бы дальше, но теперь я хотел создать что-то новое.

Я мысленно прикоснулся к этой живе и ожидал ощутить водоворот чужой памяти: смены сезонов, шума весенних ливней, гула лесных ветров, ощущения противных насекомых под корой, до которых дерево не может дотянуться. Ожидал и того глубокого, нечеловеческого опыта, который всегда обрушивался на меня при слиянии со старыми деревьями.

Но ничего подобного не было: мое сознание словно провалилось в неглубокий, теплый ручей живы.

Не было привычной медлительности столетних железных дубов, была только молодая жизнь, которая еще не прожила и десятков сезонов, и была активной и быстрой.

И память — ее как таковой не было. Зато вместо нее был Голод. Жадное, нетерпеливое: «Дай. Еще. Мало. Хочу расти». Старым дубам уже не требовалось столько энергии, они сами были огромными источниками живы, тут же всё наоборот — они впитывали, забирали и росли. Они тянули из почвы всё, до чего могли дотянуться и отчаянно боролись за место под солнцем.

Ладно, мне нужно мысленно проверить их «сеть». Я погрузился в этот слабый поток энергии и пронесся по нему от одного древа к другу по корневой сети, объединяющей их.

Восемь. Всего лишь восемь деревьев, раскиданных на расстоянии десятков метров друг от друга. Даже удивительно, что их корни так далеко раскинулись. Это можно даже сказать случайность, что они соприкоснулись.

По сути крошечная сеть.

Ради эксперимента я потянул из сети немного живы. Поток отозвался мгновенно, но он был… жидким, слабым. Эта жива и в подметки не годилась той густой, насыщенной энергии, которую я брал у железных дубов. У тех живы было поистине громадное количество.

Вернее, не так. Для моих личных целей, — восполнения духовного корня раз в неделю, — этого бы хватило с лихвой, но цели-то теперь были другие, связанные с наполнением опустевшего узла энергией.

Моим якорем сейчас было только то дерево, которое я пометил кровью.

И тем не менее, я осознал главное различие: у старых дубов была Воля. Упрямый, сформировавшийся характер. Они столетиями доказывали свое право на существование, выживали, боролись с окружающей средой. А у этих юнцов воли как таковой еще не было. Сломать их, подчинить себе для меня теперешнего проще простого. И точно так же легко было выйти из этой сети: она была слишком слабой, чтобы засосать мое сознание и растворить его в себе.

Достаточно. Я увидел всё, что хотел.

Я разорвал контакт и открыл глаза.

Грэм, стоявший в паре шагов с секирой на плече, удивленно вскинул бровь.

— Ты сегодня как-то быстро.

— Я еще не закончил, дед, — задумчиво ответил я, поднимаясь. — Хочу кое-что попробовать.

Грэм вздохнул.

— Когда ты так говоришь, обычно это растягивается на несколько часов.

— Нет, — покачал я головой, — Думаю, минут за пятнадцать справлюсь.

Вроде бы небольшая сеть, но мне захотелось ее подчинить. Кровь Симбионта после установки 10 якорей на железных дубах восстанавливалась пять дней. Значит сейчас моих сил должно хватить на три-четыре крупных железных дуба. А что на счет мелких, вроде этих? На них точно должно тратиться меньше крови. Что если использовать не полноценную каплю крови, а…треть от нее? Этого хватит? Получится растянуть мой запас крови на восемь молодых деревьев?

Собственно, я сразу это и проверил. Подошел к следующему дереву и использовал крошечную капельку. Она упала на корень и впиталась. После я положил руку и использовал Дар.

Миг — и я внутри. Погрузился. Еще один огонек замигал в сети якорей.

Есть!

Еще один якорь установлен.

Внутри сети я пробыл пару минут и тут же вынырнул. Даже не пришлось «выключать» себя, как это было с железными дубами — тут меня никто не мог удержать. Опыт с большими деревьями неплохо закалял Волю.

Я разорвал контакт и пошел к следующему.

Третье. Четвертое. Пятое…

Хватало одной пятой от капли моей крови. Примерно, конечно.

Я обошел все восемь деревьев этой небольшой сети, потратив крови столько, сколько ушло бы на один-единственный старый железный дуб.

Моя ошибка, знал бы раньше, то…начал бы устанавливать более мелкие сети и в других местах, не дожидаясь восстановления. Правда, был нюанс: я всё равно расходую ресурс крови, а значит и продолжать ставить якоря в железной роще не смогу так быстро, а она — ключ к тому, чтобы превращать ростки в каналы и расти в Даре.

Но самое большое удивление я испытал на восьмом дерев. Когда я закончил, перед глазами появилось сообщение системы.

[Установлена полноценная привязка: Молодая корневая сеть (8 узлов).

Тип: Незрелая.

Пластичность: Высокая.

Примечание: Носитель определен как ведущий узел сети.]

[Дар (Продвинутый): 4,7%- 6,3%)]

И ведь неплохо так заставила Дар вырасти небольшая сеть. Полтора процента за раз. Еще один повод заниматься подобным. Интересно, когда я закончу привязку всей сети железных дубов, как сильно вырастет Дар после этого?

А следом меня захлестнуло чужими ощущениями.

Меня условно укоренило в земле, словно из ног проросли корни. Куда там навыку «Укоренение», он и близко не стоял с тем, что я почувствовал! Мои ноги словно погрузились глубоко во влажную почву, пальцами я нащупал червей и разных личинок, в ней ползающих. Всё это чувствовали корни каждого из деревьев и передавали эти сигналы своего восприятия мне. Затем я ощутил ветер на еще молодой, и потому такой чувствительной коре, солнце на листьях. И оно приятно грело меня. И всё это были не воспоминания, как в случае с железными дубами, нет!

Я это чувствовал прямо сейчас, стоя возле них. Причем это были ощущения всех восьми деревьев разом. Удивительно.

Задышал я сразу медленнее. Оказалось, что дышать так быстро и не надо, это даже как-то…неудобно что-ли.