"Ирка Хортица -супер ведьма". Компиляция. Книги 1-16+ Словарь (СИ), стр. 845

Добридень, криниця-царыця, не прийшла я воды браты, прийшла помощи прохаты. Видступыся, крыныця-царыця, лети сюды, огнянный бугало: землю сушить, воду парить, траву вялить.

Дощику, дощику, зварю тоби борщику. Мени каша, тоби борщ, щоб ишов густиший дощ!

Пух-перо горит, тебя спалит, и я горю, тебя спалю.

Уважаемые читатели! Поскольку те, кто сообщил нам этот заговор, считают его действующим, мы не приводим его первую часть – заклятия на помело, без которого он работать не будет. Просим на нас не обижаться. Ни одна вменяемая ведьма не полезет в мир, о котором она ничего не знает: может, там даже кислорода нет! И вообще: вам – эксперименты, а мамам – горе.

У чистому поли – золота груша,

На золотий груши – золоте гниздечко

У золотому гниздечку – гадюка-шевелюха, змеица-царица.

Прошу тебя, змеица-царица, собери всех гадов своих и спитай,

Где обретается народженный (ая) и благословенный (ая), именем нареченный (ая) (имя)

Хожу я по залесью утренней росой, собираю я травы зельные, варю травы зельные во медяной росе, поливаю травами зельными со водою по всем кустам, по всем полям, по всем межам. Убирайтесь, звери лютые, гады ползучие. Тут вам не живать, не бывать, не захаживать, а быть мне большим набольшим. Мое крепкое слово да будет всему превозмог. Как могучи травы зельные, так бы могучей того был мой заговор под молоду, под исход, под перекрой, по восход и по закат солнца; под звезды ясные и темные, со всеми звездами и полузвездами.

На море-окияне, на острове Буяне, дом о четырех стенах: в том доме кадки стоят, в тех кадках шелко́вые тенета лежат – старцы мудрые, богатыри сильно-могучие, всех муравьев (комаров, жуков) соберите, в кадки-тенета заточите, от меня, рабы Божьей (имя), и сродственников моих, и друзей и ближних моих, и дома моего и земли моей заберите!

Не имеет четкой формулы, текст зависит от того, какую вещь хотят сломать. Пользоваться крайне не рекомендуется: если заклятие применять не для защиты, а для причинения вреда, обладает сильным «эффектом бумеранга», т. е. возвращается к наложившему порчу и в его доме все начинает ломаться.

Порче дорогу кажу, весла (любая некрупная вещь) на порох свожу. В щепки, в древесную пыль – с треском. Слово – Дело, Аминь!

Илона Волынская, Кирилл Кащеев

Выбор ведьмы

Глава 1

Споры с зеркалом

— Давай я лучше тебе скажу, что ты на свете всех милее, всех румяней и белее? — предложило зеркало.

— А давай я верну тебя в мир людей? Подарю какой-нибудь… как их называют… модельке! Их сейчас много, таких специальных девушек для демонстрации готового платья. По-моему, гораздо больше, чем женщин, которые будут это платье носить. Вот ей и расскажешь, что она румяней и белее… Или у них снова загар в моде?

— Не подаришь, — буркнуло зеркало. — Я знаю слишком много твоих тайн.

— Поверь, из всех тайн ее будет интересовать только во что я одевалась и какой косметикой пользовалась. Еще диета, но моя ей не подойдет.

— Не надо дарить, — вздохнуло зеркало. — Они на почве этих самых диет все нервные, дерганые, так и норовят бедное зеркало об стенку грохнуть.

— Так может, уже займемся делом?

— Это я к тому, что если тебе результат не понравится, так… того… не надо об стенку. А то ты тоже у нас нервная, дерганая…

— Я хоть раз позволяла себе быть нервной и дерганой без выгоды для себя? А тем паче с убытком?

— Очень мило, конечно, что меня относят к убыткам. А своей хорошо просчитанной нервозностью ты пользуешься так часто, что собственные сыновья тебя за психическую держат!

— Так это же прекрасно! Безголовые детеныши не ждут от меня расчетливости, а значит, и сами в ответ ничего не рассчитывают. Быть эмоциональной мамочкой…

— Истеричной, — поправило зеркало.

— Много себе позволяешь! Хорошо, пусть будет по-твоему: быть истеричной мамочкой с избытком силы и недостатком ума порой та-ак выгодно. Все так бережны со мной… как с этой… тоже из мира людей… — тонкие пальцы с длинными, покрытыми темным лаком ногтями вопросительно пощелкали. — О! Как с гранатой с выдернутой чекой!

— Не знаю, это уже после меня появилось, — проворчало зеркало.

— Ты бы хоть изредка само обращало внимание на картинки, которые мне показываешь! Как можно быть таким ленивым и нелюбопытным! Ну ладно, давай уже! Свет мой, зеркальце, скажи, да всю правду покажи… — Женщина с тонким и острым, словно вырезанным ножом, лицом положила подбородок на сплетенные пальцы. Расходящиеся рукава платья тяжелыми складками скользнули вниз, открывая очень тонкие руки с хрупкими запястьями, перевитыми браслетами-змейками. Гладкие, как лакированные, черные волосы треугольными ласточкиными хвостами повисли вдоль щек. Почти круглые, вполлица темные глазищи уставились в прозрачное стекло. Отражение женского лица в старинном, мутноватом и неровном зеркальном стекле стало таять, сменяясь совсем другими картинами.

— Я уже говорила, что мои сыновья безголовые? — наконец недовольно проворчала она, отодвигаясь от зеркала, — между ниточками темных бровей залегла недовольная складка. — Клянусь Мной, младший безголовее всех. Влюбить в себя самую опасную девчонку под небесами двух миров… и вместо того чтоб превратить ее в одуревшую от любви креветку и вертеть ею как пожелает, он регулярно напоминает о законе и долге!

— Может, не стоило их ссорить — тем более из-за какого-то пестрого кота? — задумчиво спросило зеркало.

— Конечно стоило! Если он не вертит ею, значит, она неизбежно начнет вертеть им. Хватит уже с меня шпионов Симаргла в собственной Пещере! — Владычица Табити-Змееногая, Тиамат Хубур Нюй-ва Предвечная и Изначальная резко встала, едва не уронив тяжелый резной стул. Чуть покачиваясь при каждом движении, скользнула к окну — из-под длинного, в пол, платья слышался легкий шорох и время от времени мелькал кончик змеиного хвоста. — Совсем сыночки распоясались — заговоры плетут, с врагом якшаются, — глядя на протекающую внизу белую воду Молочной, пробурчала она.

— Тебе нечего жаловаться: одни плетут, другие расплетают, — рассудительно сказало зеркало. — А с врагом ты якшаешься ничуть не меньше — это ведь ты подбросила Муравьиному Гаду мысль убить девчонку? Хотя его новый хозяин велел ее беречь как собственный хвост.

— Новый хозяин! — с бесконечным раздражением фыркнула Табити. — Сидит себе в своем Мертвом лесу, а туда же — моих змей к себе перетягивать! И чего им тут не хватает? Вот же гадючий характер, сколько ни давай, все им мало! Конечно я! — наконец соизволила ответить она. — Иначе зачем было запрещать Дъне разбираться с самозванцами во владениях Воды? Она же девчонка — эта Симарглова девчонка. Понятно было, что раньше или позже она обязательно попадет на Торжище. Согласись, если бы Муравьиный Гад ее там убил, вышло бы гораздо тоньше, чем с натравленным морским змеем! — Она довольно улыбнулась. — Вольховы богатыри еще бы и на Симаргла обозлились. — Она мечтательно прикрыла глаза. — А змея, кроме как на несчастный случай, не спишешь, могли и не поверить.