"Ирка Хортица -супер ведьма". Компиляция. Книги 1-16+ Словарь (СИ), стр. 1029

– Обидно слышать сие, о юная дева! – пробегающий мимо князь-воитель, со сковородкой подмышкой и мотком веревки на шее, остановился и воззрился на Таньку укоризненно. – Знайте, что призом победителю турнира станет не только право избрать королеву любви и красоты, но и Великий Артефакт, чья сила поможет сотворить любой ритуал! А вы говорите – ерунда! Богдан, скажи отцу, что приз, в смысле, Артефакт, мы все-таки забыли, если он по-быстрому не сотворит какую-нибудь Великую Фиговину, вручать победителю будет нечего. А вы уже отыгрываете, что ли? Гейм-мастер же еще не приехал… С игрой в этот раз сильно заморочиваться не стали. – доверительно поделился он с Богданом и на вопросительный взгляд пояснил. – Считай, с «Однажды в сказке» идею стырили: персонажи сказок и мифов покидают свои миры и попадают на Вселенский Перекресток. Сценария, в сущности, нет, свободное взаимодействие в соответствии с легендой. Персонажа тянешь по жребию, разве что пол выбрать можно, а то окажешься еще Красной Шапочкой с мечом. Зато кто без костюмов тоже играть смогут. – он пошагал дальше, небрежно помахивая сковородкой.

Богдан ухмыльнулся:

– Здесь единственное место, где можно спокойно говорить хоть о чертях, хоть о ритуалах. – и понес стремянку дальше.

– Тебе не кажется, что ты путаешь выдумку и реальность?

– Ага, выдуманный турнир с реальными русалиями. – меланхолично прокомментировал Богдан.

– Вот как бы это выглядело, если б я, вместо того чтоб помогать Ирке, пошла бы… здешние виды рисовать? – еще больше возмутилась Танька.

– Озеро там, мрачняк прям как на васнецовской «Аленушке». – Богдан показал в одну сторону. – В лесу развалины старой часовни. Бери планшет – иди рисуй, кто тебе не дает? Уймись, Тань! Ирка сейчас в городе носится как в попу укушенная, подгоняет школьные «хвосты», чтоб быть свободной на русалии…

– Вот именно!

– Ты за нее ее проблемы не решишь: так хочешь тут побегать? Толку никакого, зато сразу видно, что вся при деле? Кузнецы еще не съехались! Вот когда они приедут, надо будет выявить того кузнеца, который нам нужен. А когда выявим, с ним еще надо поговорить, все объяснить и доказать, что мы не врем.

– Что там доказывать, если человек видел чертей?

– …И не сошел с ума, то сейчас он уже убедил себя, что был пьян или его разыграли. – подхватил Богдан. – Но даже если все нормально, кузнец найдется и нам поверит: ты правда думаешь, что он бросит все и на низком старте рванет ковать нарукавья для наднепрянской ведьмы-хозяйки? У него тут договоренности, заказы, клиенты, ярмарка. Пока конвент не закончится, никуда он не поедет!

Танька растерялась: она была уверена, что так и будет – бросит и рванет.

– Так что я могу спокойно участвовать в турнире, а то и правда, скоро год без соревнований – совсем можно форму потерять. – подвел итог Богдан.

– Бои с нечистью не считаются? Возвращаемся к тому, с чего начали – тебе просто хочется поразвлечься. – продолжала гнуть свое Танька. Ну правда: она будет нервничать, дергаться… а Богдан заниматься своими игрушками?

– Ашшшш! – Богдан шумно выпустил воздух сквозь зубы. – Знаешь, Тань… я вообще-то не разрешения у тебя спрашивал, и что-то тебе объяснять и доказывать не обязан! – забрал стремянку, мешок с флагами и просто-напросто ушел.

Танька ошеломленно смотрела ему вслед. Как он… может? Ведь они всегда вместе: она, он и Ирка, а ведьмовство – самое главное в их жизни, разве можно от него отвлекаться ради… Она огляделась по сторонам: ради вот этого?

База стремительно менялась. Футбольное поле окончательно превратилось в турнирное, сколоченный из досок трон накрыли ковром и обвили гирляндами, вокруг развесили флаги. Под окрики Богдановой мамы на краю поля устанавливали мишени и кто-то уже дергал тетиву ростового лука – лук не сгибался, стрела срывалась, падая на песок. Сторож с ведром и шваброй понуро проследовал в туалет под охраной вооруженных топорами Одноглазого и Ыргыха, возле «Трактира» разбитные служаночки уже разожгли мангал: от туалета резко потянуло хлоркой, а от мангала – жаренной рыбой. Манекены с причудливыми нарядами – от средневековых до стимпанковских – помогали поверить, что рассохшийся домик и в самом деле «Салон для Золушек», а пестрая афиша на стене приглашала на мастер-класс «Как соорудить наряд для игры или касплея, если у вас ни туфелек, ни крысы, ни тыквы». Танька невольно опустила взгляд на свои джинсы: она, наверное, скоро останется единственной в обычной одежде, вон, даже те, кто особо с костюмом не заморочивались то плащ набросят, то тюрбан какой-нибудь накрутят.

Раздался резкий сигнал клаксона и в ворота въехало зеленое вольво. По лагерю снова прокатился восторженный вопль. Правда, от приветствий в адрес королевского инженера нынешняя встреча отличалась хотя бы тем, что толпа разделилась: кто-то побежал навстречу, зато оставшиеся продолжали заниматься своими делами с каким-то даже остервенением. Словно демонстративно пытались показать как заняты и ничего вокруг не видят и не замечают.

– Кузнецы? – сама себя спросила Танька. Скорее всего: навстречу приехавшей машине спешили, в основном, парни, а старательно отворачивались девушки. Наверное, девушкам оружие не интересно, хотя вот мама Богдана… Мама Богдана изучала свой лук с таким вниманием, будто стрелять в приехавших собралась. А сам Богдан… Танька поискала взглядом и обнаружила его на очередном фонаре, невозмутимо вывешивающим очередной флаг. Это он так показывает, что обиделся, и больше кузнецами не интересуется? Нет, этот конвент – будто отравляющий газ, ни одной здравой мысли в голове не оставляет, а если там и раньше здравых мыслей было немного… Танька заторопилась к «вольво».

Водительская дверца распахнулась… и оттуда выбрался молодой парень, пухлый, как купидон со старинных полотен.

– Приветствуйте вашу королеву, люди! – вскидывая руки над головой, проорал он.

Задняя дверца медленно открылась… первым показался сапожок, сплошь покрытый вышивкой и завязанный на кокетливые бантики, потом край отделанного кружевом подола… и наконец наружу выбралась высокая шатенка лет двадцати трех, уже наряженная в стилизованное под средневековье платье с зашнурованным лифом и широченными рукавами и в черненом серебряном венце на зачесанных в высокую придворную прическу волосах.

– Ва-а-а! – сбежавшиеся со всех сторон парни заголосили, вскидывая кто обнаженные мечи, кто сжатые кулаки. Князь-воитель салютовал сковородкой.

Вновь прибывшая окинула собравшихся смеющимся взглядом и звонко отчеканила:

– Приветствую вас, мой добрый народ!

– Приперлась… королева… – вздохнули сзади. – А я так надеялась… Ну да, в каждой бочке меда должна быть своя ложка дегтя, чтоб жизнь малиной не казалась.

– Туалет с дыркой вы «ложкой дегтя» не считаете? – не отводя глаз от принимающей поклонения девицы, поинтересовалась Танька.

Сзади хмыкнули:

– Большей проблемой, чем королева, мог бы стать разве что туалет совсем без дырки. А ты, похоже, из тех кому она нравится, вон, глаз с нее не сводишь?

– Мне нравится ее венец. – Танька наконец обернулась к собеседнице. Это оказалась девушка постарше Таньки, но моложе этой самой королевы. Точный возраст определить было сложно из-за геометрической росписи вокруг глаз. И да, туалет для нее большой проблемой не был: вместо шлейфа и кринолина на девушке были облегающие бриджи и бархатный колет.

– Венец ей Влад ковал. Королеве всегда подавай все самое лучшее. – ехидно добавила девушка.

Влад… Жалко, что они не знают имени… чертова кузнеца. Не представился он Ирке, такое вот упущение. Хотя им все равно нужен не самый лучший кузнец, а тот, которого уже выбрали черти. Тот, кто умеет видеть. Хотя часто именно они оказываются самыми лучшими мастерами. И не менее часто – самыми худшими. Танька снова задумчиво уставилась на скованный неведомым Владом венец.

Королева вдруг выдернула у князя-воителя протянутую для поцелуя руку, и растерянно потерла лоб.

– Царственность зачесалась, что ли? – снова захихикала Танькина соседка.