Очень приятно, Царь! Добавки (СИ), стр. 46

Мы сели у окна. Такой милый деревянный столик со свечкой в стеклянном стакане. Конечно же, я здесь уже был. Правда с Коляном… Но меню запомнил отлично!

— Два глинтвейна. И блины с красной икрой. — я взглянул на официантку: — И сметаны отдельно. Побольше.

Изольда подняла бровь.

— С икрой?

— С икрой. — кивнул я: — Ты весь вечер была на моей территории. Ела руками, танцевала в снегу, пила какао из бумажного стакана. Пора вернуть тебе немного роскоши. Но роскоши честной! Тонкий блин, холодная сметана, красная икра, которая лопается на языке. Ничего лишнего. Как ты сама сказала — всё на своих местах.

— Решил меня побаловать?

— Истинно так. Хочу поднять твой уровень эндорфинов.

— Куда ж ещё выше⁈

— Поверь, бесконечность — это не предел.

Когда принесли тарелку, Изольда несколько секунд просто смотрела на неё. Блины были свёрнуты аккуратными треугольниками. Тонкие… Кружевные по краям. И на каждом лежала горка оранжево-красной икры, тускло блестевшей в свете свечи.

— Ну? — я вопросительно посмотрел на Изольду: — Тебе, как истинному студенту Харитоновки — полагается разобрать вкус на составляющие. Я жду анализа!

— Это будет не трудно. — она взяла блин, обмакнула уголок в сметану, поднесла ко рту и откусила.

Смотреть на то, как Изольда наслаждается вкусом нетипичной, но всё же простолюдинской еды — можно бесконечно.

— Ты уверен… Что мне надо продолжать? Это слишком вкусно… Я боюсь, что ситуация, как была тогда с хот-догом — может повториться…

— Будь немного серьёзнее! Мы же не просто так сюда пришли.

— Хорошо… Блин правильный. Тонкий! Но не рвётся. В тесте есть яйцо, но его не слишком много, иначе был бы привкус омлета. Он чуть-чуть сладкий… Самую малость. И это правильно, потому что икра солёная, и сладость отлично её балансирует. Сметана холодная… И от этого икра кажется ещё солонее по контрасту.

— А сама икра?

— Великолепная! Свежая. И такое потрясающее послевкусие… Долгое! Морское.

— Пять баллов. — с улыбкой кивнул я: — Ты молодец!

— Дерек. — она отложила блин и вдруг стала максимально серьёзной: — Это один из лучших вечеров за всю мою жизнь. Но… мой стиль совсем другой. Я всё время стараюсь быть правильной. Отличница, Глава сообщества кондитеров Харитоновки и старшая сестра, которая должна быть примером. А ты за один вечер заставил меня забыть про свой стиль… И у меня теперь такое чувство, словно я впервые за очень долгое время была… настоящей.

— И тебе это шло гораздо больше, чем правильность. Люди носят маски. Увы, без этого никуда. На учёбе мы одни. С близкими или дома наедине с собой — совершенно другие. Главное не внушить себе, что маска — это твоё истинное лицо. Со мной ты можешь быть собой. Ты можешь смеяться… Можешь есть шаурму руками. Можешь петь и танцевать. Я совсем не против. Я бы даже сказал… что откровенно наслаждаюсь настоящей тобой.

— Ты слишком хорош для человека, который завёл себе гарем из топ-моделей.

— Ой… только не говори, что ты в это веришь?

— Нет, конечно. Откуда у первогодки из Харитоновки время на девчонок? — улыбнулась Изольда: — Всё таки… Ты невероятен. И… знаешь… Это прозвучит слишком громко и пафосно, но я счастлива, что ты появился в моей жизни. Ты реально мой спаситель! Мой рыцарь во всех смыслах этого слова.

— Захвалила. Смотри, как бы я к этому не привык.

— Привыкай! Я готова говорить это бесконечно.

В итоге мы просидели в блинной до самого закрытия. Официантка уже начала переворачивать стулья на дальних столах, а бармен убирать посуду.

Мы всё говорили. Про академию, про предстоящую дуэль. Про то, что Изольда хочет однажды открыть самую популярную кондитерскую, где будут только сезонные десерты. Про то, что я хочу открыть стейк-хаус, о котором будут говорить во всём мире. Мы говорили о еде. И о том, что жизнь… крайне интересная штука.

Когда мы вышли, снег наконец перестал. Небо расчистилось, и над крышами появились редкие звёзды. Город замер под свежим белым покровом. А все фонари, гирлянды и недоделанные ёлки светились теперь как-то особенно ярко, отражаясь в снегу.

— Проводишь меня? — поинтересовалась Изольда.

— О… Так мы не в Харитоновку?

— После такого вечера и в Харитоновку? Дерек, ты меня обижаешь! — она взяла меня за руку и мило улыбнулась: — «Властелин колец». Режиссёрская версия «Двух твердынь» на моей шикарнейшей видеосистеме!

— Отлично!

У дорогущего ЖК, под фонарём, обросшим снежным нимбом, Изольда остановилась и повернулась ко мне.

— Знаешь, чего не хватает для завершения нашей прогулки?

— Чего же?

— Сладкого десерта. — Изольда влюблённо посмотрела мне в глаза.

— М-м-м… И какой же десерты ты хочешь?

— А ты как думаешь? — прошептала она и притянула меня за воротник пальто.

Снег снова начал падать. Так тихо и редко… Будто специально, чтобы сделать атмосферу ещё более романтичной.

— Пойдём. — прошептала Изольда, отстранившись всего на сантиметр так, что я почувствовал её слова губами: — Наша ночь только начинается…

Глава 14

— По идее, я же всё могу? — спросил я, глядя на кучу грязной посуды.

— Естественно. — кивнула Амелия, доедая последнего лобстера с манго и клубничным мороженным.

— Придумать гениальную идею… Рецепт, который будет ярче всех остальных.

— Угу.

— И сделать так, чтобы арбитры затрепетали… Верно?

— Истинно так.

— Но сейчас… Я опять в проклятом тупике. — я уселся на кровать и провёл ладонями по лицу.

Всё, что получилось придумать на второй части простолюдинского свидания — оказалось практически нереализуемым. Я попробовал сделать концентрированный соус при помощи редукции. Пытался добавлять все ингредиенты по отдельности. Но в итоге… ничего не получилось! И теперь я совершенно не понимал, как сделать соус так, чтобы он не дрался с мясом лобстера. Абсолютно любой вариант устраивал с основным вкусом блюда лютую бойню уровня «пьяный махач в коммуналке»!

— Мне очень импонирует твоя идея. И нравится то, что ты придумал, как сделать вкус многогранным. Но почему именно гарнир? — спокойно поинтересовалась Амелия.

— Потому что другого способа я просто не вижу. Давай рассуждать логически: мы можем взять мясо. Например, топовую мраморную говядину. Сделать из неё «собачье пиво» или паштет. Но в таком случае оно сразу же перетянет весь вкус на себя. Обычно крабы и лобстеры в мясных блюдах — не более, чем добавка. А не наоборот.

— А ты уверен, что задействовал все возможные варианты?

— Ты это о чём?

— К примеру, я не видела в твоём соусе для риса печень лобстера. А она может стать основой для бульона или паштета.

— Я уже думал. И даже пробовал… Но она слишком сложная и мощная. Перебивает весь вкус. Я так и не смог сделать из неё соус.

— Хм-м… — Амелия задумалась: — Выходит, ты прекрасно понимаешь ингредиенты, но не можешь грамотно реализовать свою идею?

— Ага. Ладно, буду пытаться дальше. Прости, что отвлёк от работы.

— Вообще-то, я сама напросилась. Кстати, сколько денег ты потратил на лобстеров?

— Лучше тебе не знать… Но поставщик сказал, что рестораны уже на меня жалуются.

— Удовлетворять рестораны — проблема поставщиков. Но никак не твоя. — Госпожа Симонова взглянула на заснеженное окно: — Я вот думаю, может быть, стоит обратиться к ещё одному человеку? Конечно, он не должен мне услугу… И сам по себе является крайне занятым. Но ради общего блага — почему бы и нет?

— Что это за человек?

— Ты его знаешь. Вы познакомились на первой встрече «Лиги Чудовищ». Франческо Конти. Наш восьмой номер и несравнимый специалист по мясу.

— По мясу, Амелия. Мне мало того, что нужен гарнир, так ещё и готовлю я… совсем не мясо.

— У лобстера едят что? Мышцу. А мышца это что?