Очень приятно, Царь! Добавки (СИ), стр. 17

— Так… Стоп! Пинский сказал мне, что Мила очень смелая. Выходит, это не её сверхспособность, а просто дотошная работа⁈

— «Просто»… Забавное слово в данном контексте. Но ты прав. Вне всяких сомнений — Мила очень талантлива. Но она никогда не была истинным гением с врождённым даром, как та же Госпожа Симонова. Её секрет реально заключается в дотошности. Дьявол кроется в деталях… И для Милы эта фраза возведена в абсолют. Но честно… я немного удивлён, что ты этого не заметил.

— Ой, вот не надо, а? Я не экстрасенс! К тому же лично увидел готовку Госпожи Секретарочки относительно недавно.

— Понимаю. Всё приходит с опытом. Но я думал, что ты внимательнее отнесёшься к своему сопернику.

— Даже спорить не буду! Но зато тебя я прочитал, как открытую книгу.

— Разве речь сейчас обо мне? Тебе пора учиться заглядывать за горизонт событий, Дерек. Видеть то, что другим не подвластно. Мила пользуется всеми нюансами продукта, арены и противника, как истинный стратег. Я хотел лишь донести, что если ты не начнёшь делать всё тоже самое, то шансов на победу у тебя не будет.

— Хорошо. Я тебя услышал. Но… Что можно использовать на арене, если аромат будет уходить сразу вверх?

— А ты подумай.

— Чили… — щёлкнув пальцами, восторженно произнёс я.

— Чили. — улыбнулся Леон: — Всепроникающий аромат, которому плевать на местную вытяжку. Ты завладеешь вниманием арбитров и возьмёшь дополнительные баллы.

— Интересная идея. — я закончил со специями: — Но разве это всё?

— Посмотри на расположение станций. Видишь, что столики у каждой — выходят за пределы вентиляции. Тебе стоит обратить внимание на расположение тарелок с ингридиентами. Те, что должны пахнуть — оставляем чуть в сторону. Те, что для запаха неважны — наоборот выставляем ближе к зоне влияния вентиляции. А так… эта арена слишком большая. Кроме вентиляции, тут особо не на чем сыграть.

— Интересно. О… — я заметил портрет молодого человека с очень густыми чёрными бровями: — Какой-то знакомый взгляд. Кто это?

— Неужто не признал Дядю Рубена?

— Ого… А по каким критериям сюда добавляют портреты людей?

— Как правило, здесь собирают изображения студентов, которые успели отличиться и внесли серьёзный вклад в развитие кулинарии.

— Хе… И он тоже здесь. — с дальнего угла на меня с огромного портрета смотрел максимально благородный Волгин.

— Соглашусь, что у него специфический характер. Но Ратибор действительно сделал очень многое для Харитоновки и мира кулинарии в целом. Эх… Если бы он только попробовал твои блюда…

— Вообще-то, он пробовал мой борщ.

— Борщ немного не то. Хотя, уверен, что и базовые супы у тебя получаются на высшем уровне. В общем, продолжай стараться и… кто знает? Может быть, и твой портрет появится здесь?

— Хех… Даже не сомневайся.

Ещё раз внимательно оглядев огромную арену, я направился в кухню-кабинет Маро, где члены Лиги Чудовищ собирались обучить меня премудростям готовки лобстеров.

Погодка, конечно, шикарная… Земля подмёрзла и успела покрыться пятисантиметровым слоем снега. А пушистые снежинки медленно падали в свете уличных фонарей. Повсюду струился аромат наступающей зимы… Прелесть! Я обожал это время года.

Возле Главного корпуса из кустов прямо передо мной вылез здоровенный качок Снурри.

— Ты выбрался за пределы территории Ирины-сан? Невероятно… — удивился я.

— Вообще-то, я не раб, а полноценный сотрудник. — фыркнул йоборотень, играя мышцами рук: — Слушай, Царь… Разговор есть.

— Только если ненадолго. Я тороплюсь.

— Понимаю. Просто… Лидер сообщества исследователей современной японской кухни бросил вызов моей Хозяйке.

— О-у-у-у-у… Битва кланов?

— Самая натуральная. Однако на кону стоишь ты.

— ЧЕГО⁈ — внутри меня закипело возмущение: — Какого чёрта⁈

— Ирина-сан всё сказала тебе вчера. Ты взял лобстеров, а значит согласился на преследование.

— Стоп. Я согласился на экономический союз!

— Для Ирины-сан это одно и тоже. Она уверена, что после того, как ты победил Тимура в честной схватке — заслужила преследовать тебя и дальше. И взяв лобстеров ты лишь усугубил своё положение.

— А раньше ты не мог предупредить⁈ Или что, у тебя протеин вместо мозгов⁈

— Смешная шутка. Но я качаюсь в натураху. Никаких протеинов и прочего непотребства.

— Ага. Свистеть — не мешки ворочать.

— Отвлеклись от темы. В общем, сообщество исследователей современной японской кухни включилось в гонку. Если Ирина-сан через два дня проиграет, то за твоей головой выдвинутся люди Никиты-сана.

— За моей головой⁈ Они что, смерти моей хотят?

— Нет. Они начнут преследование, но более жёсткое. Никита-сан — истинный лидер! Человек большой воли. С огромным сердцем! И честью настоящего кулинарного самурая. Но вот его люди… гниль. Они пойдут на любые уловки, чтобы поймать тебя и Колю.

— Что мне мешает послать их нахрен?

— Поверь… Они найдут, за что тебя ущипнуть.

— Пускай попробуют.

— Царь… — здоровяк внимательно посмотрел на меня: — Ирина-сан нуждается в помощи.

— В моей? Боюсь, что на данный момент она сильнее меня.

— Ты победил Тимура. А он был вторым по силе в нашем сообществе.

— То есть, я правильно понимаю, что ты предлагаешь мне помочь Ирине-сан, чтобы право на преследование меня не ушло Никите-сану?

— Всё верно.

— Абсурд. Ты за зря тратишь моё время! Передай Ирине-сан, что я в эти игры не играю. У меня своих забот по горло.

— Ирина-сан не знает об этом разговоре.

— О-о-о… Самурай пришёл договариваться во имя чести своей Госпожи?

— Типа того.

— Мило. Но учти, Ракета… Я не есть Грут. И за бесплатно в бой ввязываться не буду. Смекаешь?

— Я даю слово, что отдам долг!

— С тебя услуга. Какая — скажу потом.

— По рукам. Битва через два дня. На территории сообщества исследователей традиционной японской кухни. Тема — сырая креветка. Но учти… Этого разговора не было. Для Ирины-сан это исключительно твоя инициатива.

— А если она поймёт неправильно и схватит меня?

— Этого не будет. Я даю слово!

— Ладно, самурай… Буду стараться, чтобы Никита-сан не упал мне на хвост.

— Я этого не забуду. — качок поклонился мне, а затем крепко пожал руку: — Спасибо!

— Пока не за что. Увидимся.

Право на преследование. Кулинарные самураи… Иногда мне кажется, что Харитоновка может внезапно проваливаться в потусторонний мир сюрреализма.

Но с другой стороны — это же студенты. По сути, всё те же дети, только слегка повзрослевшие. А детям свойственно играть в игры. Странные… И порой жестокие. Однако, что с них взять?

Размышляя о предстоящем сражении с сообществом исследователей современной японской кухни, я добрался до кабинета-кухни Маро.

Там меня встретил Анстон — бессменный дворецкий Аркадия. Всё такой же вежливый и невозмутимый.

— Господин Цареградцев.

— Анстон. — кивнул я в ответ.

В кухне-кабинете уже во всю царила суета. Маро проверял гриль, а Амелия чистила чеснок.

— Добрый вечер. — поздоровался я.

— О! Господин Цареградцев! Наконец-то. — Аркадий тут же подошёл ко мне и крепко пожал руку: — Рад вновь видеть тебя в моей берлоге.

— Берлоге… Да… — усмехнулся я: — Это взаимно, Господин Маро. Но что важнее, как там поживают мои лобстеры?

— Отменные экземпляры! Они в отличном состоянии. Мы временно переселили их в специальный аквариум. Анстон, будь добр, принеси два лобстера. И лёд.

— Уже несу. — отозвался дворецкий и удалился за красную шторку.

Аркадий положил руку мне на плечо и подвёл к массивному разделочному столу, на котором были разложены ингредиенты: головки чеснока, красные стручки чили, глыба сливочного масла на мраморной доске, пучки петрушки, лимоны и крупная соль в деревянной плошке.

— Я так понимаю, Господин Кавинский уже сводил тебя на Арену Небожителей?

— Всё верно. А я так понимаю, что вы поняли о моменте с вентиляцией и ароматами?