Миллиардер напрокат (СИ), стр. 7

— О чём?

Хочется сказать, что всё с ним происходящее стало сложнее, чем я планировала, но вместо этого я прячусь за первым, что приходит в голову:

— Думаю, ты всё это делаешь ради оценки в пять звёзд.

Его взгляд задерживается на моём лице. Секунда, две, три…

Он коротко усмехается.

— Разве за сопровождение ставят оценки?

— Тебе виднее. Это ведь ты работаешь в агентстве, — напоминаю я, пожав плечами.

Максим качает головой, а в уголках его губ застывает улыбка.

— Нужно на будущее запомнить, что ты очень ловко умеешь портить романтику.

О каком будущем речь, я не успеваю спросить. Музыка заканчивается раньше.

Вокруг раздаются аплодисменты, пары начинают расходиться к столам. Максим отпускает мою ладонь, но руку с талии не убирает и ведёт меня с края танцпола между гостями.

Я иду рядом и стараюсь дышать нормально.

Получается средне.

Шестой стол уже виден впереди. Лена вернулась на своё место, Антон что-то рассказывает соседу, официант собирает пустые тарелки и меняет бокалы. Моя сумочка всё ещё висит на спинке стула, куда я её и оставила перед танцем.

Мы успеваем пройти несколько метров, когда справа к нам быстро подходит женщина лет тридцати пяти в чёрном брючном костюме. В руках у неё планшет, на груди небольшая золотистая табличка с именем, а выражение лица такое, какое бывает у людей, которым очень не хочется отвлекать начальство, но обстоятельства уже победили.

Женщина останавливается перед нами и сначала смотрит на Максима. Затем её взгляд опускается на его руку у меня на талии, после чего она на секунду заметно теряется.

— Роман Андреевич, простите, пожалуйста, — произносит она.

Я по инерции делаю ещё один шаг.

Потом останавливаюсь.

Максим тоже.

Точнее…

Роман Андреевич?

Женщина, судя по всему, не замечает, что одной фразой только что разрушила мою прекрасную фиктивную личную жизнь.

— Виктор Сергеевич до сих пор не отвечает, — продолжает она уже деловым тоном. — Подрядчик по свету приехал, но без подтверждения схемы монтажа они отказываются начинать. Завтрашний зал должны закрыть на подготовку через сорок минут.

Мужчина рядом со мной молчит пару секунд.

Его ладонь исчезает с моей талии.

— Запускайте вторую схему, — отвечает он спокойно. — Основную стойку перенесите к северной стене, остальное оставьте по плану. Виктор появится — пусть сразу мне позвонит.

Женщина кивает и быстро делает пометку на планшете.

— Хорошо, Роман Андреевич, — отзывается она и уже собирается уйти.

Я наконец нахожу голос.

— Простите, девушка… — останавливаю её.

Она поворачивается ко мне.

Я смотрю прямо на неё.

— Как вы назвали… моего спутника?

Вот теперь она понимает, что что-то произошло.

Её взгляд быстро перебегает с меня на мужчину рядом.

— Роман Андреевич, — повторяет она осторожнее.

Я медленно поворачиваю голову.

Он смотрит на меня.

Спокойно, только лицо стало заметно жёстче.

И вот теперь мне становится действительно нехорошо.

— Спасибо, Марина, — произносит он, не отводя от меня взгляда. — Я подойду через несколько минут.

— Конечно, — кивает она.

Женщина разворачивается и быстро уходит в сторону служебного коридора возле сцены.

Я же провожаю её взглядом, затем снова смотрю на мужчину рядом. На дорогой костюм, часы, кольцо за девятьсот девяносто рублей на его пальце.

И одна за другой в голове всплывают детали, которые с самого начала казались странными.

Водитель, который ждал его разрешения ехать.

Сотрудники отеля, которые выпрямлялись при его появлении.

Гардеробщик.

Девушка на ресепшен.

А я решила, что мужчина из агентства просто очень представительный.

— Вы не Максим, — произношу я тихо, но утвердительно.

Он выдерживает мой взгляд.

— Нет, не Максим, — отвечает Роман.

— Тогда кто вы? — спрашиваю я, всё ещё пытаясь уложить происходящее в голове. Более того, машинально возвращаюсь на «вы». Даже думать об этом не приходится.

— Роман, — отвечает он после короткой паузы.

Я сдерживаю нервный смешок.

— Это я уже поняла.

Он проводит ладонью по затылку.

Первое нервное движение за весь вечер.

— Роман Воронцов. Этот отель принадлежит мне.

Несколько секунд я просто смотрю на него.

Потом перевожу взгляд на зал: высокие окна, хрустальные светильники, официанты, белые скатерти, десятки сотрудников в строгой форме.

Снова смотрю на Романа.

— Весь отель? — уточняю я, хотя сама уже понимаю, как глупо звучит вопрос. Не один же этаж.

— Да, — отвечает он коротко.

О господи…

То есть я села в машину к владельцу «Гранд Ривера», назначила его сотрудником агентства, рассказала про бывшего, про свои килограммы, вручила дешёвое кольцо и попросила поцеловать меня за дополнительную плату.

Можно больше не краснеть.

Организм и так уже использовал весь запас крови для лица.

— Алиса… — начинает он.

Я поднимаю ладонь.

— Подождите, пожалуйста. Мне нужно понять и всё переварить в голове.

Роман замолкает и остаётся на месте.

Вокруг нас свадьба продолжается так, будто моя жизнь только что не стала значительно интереснее. Музыканты начинают новую композицию, ведущий что-то говорит в микрофон, возле столов смеются люди, звенят бокалы.

Я смотрю на мужчину перед собой.

— А зачем вы вообще продолжили притворяться Максимом? — спрашиваю после паузы. — Почему не сказали, что я ошиблась?

Он не отводит глаз.

Я же чувствую, как внутри неприятно сжимается.

— У богатых свои причуды? Да? — озвучиваю свой вариант.

Вместо ответа Роман делает один шаг ко мне.

Я машинально отступаю.

Естественно, он замечает это. Сразу останавливается, и его губы сжимаются в тонкую линию.

— Сначала я собирался тебя поправить, — произносит он наконец. — Но ты начала рассказывать про свадьбу, про четыре месяца отношений, про своего бывшего…

— И вам стало интересно, — заканчиваю за него.

— Да, — отвечает он спокойно. — Стало.

Я усмехаюсь без веселья. Мой вариант про причуды богатых оказался верным.

Ещё бы.

Богатый мужчина сидел в своей машине после рабочего дня, собирался ехать по делам, а к нему вдруг ввалилась мокрая блондинка и за несколько минут назначила его своим молодым человеком. Со стороны история действительно забавная, если в центре этой истории находишься не ты.

— Думаю, мысленно вы надо мной хорошо посмеялись…

— Я над тобой не смеялся, — произносит он сразу же.

— Хорошо… — бормочу тихо.

Но, по правде говоря, ничего хорошего я не вижу.

— Алиса, посмотри на меня, — голос недоМаксима становится жёстче.

Тот самый тон, после которого ещё час назад я послушно перестала отходить от зонта.

Но сейчас я смотрю куда-то ему в рубашку. На расстёгнутую верхнюю пуговицу, на тёмную ткань пиджака, куда угодно, только не в глаза.

Потому что мне уже слишком сильно понравился этот мужчина.

Вот в чём настоящая проблема.

Если бы Роман оказался просто случайным человеком, я бы посмеялась над собственной ошибкой, извинилась и ушла. Но я успела привыкнуть к его руке на своей талии, к спокойному голосу, к тому, как он смотрел на меня в машине.

И к поцелую.

Особенно к нему.

— Мне очень неловко, — наконец произношу я. — Я рассказала совершенно незнакомому мужчине про бывшего, про свой вес и то, что он говорил мне четыре года. А потом сама попросила меня поцеловать и предложила за это деньги.

Роман смотрит на меня несколько секунд.

— Я не брал деньги за поцелуй, — произносит он после паузы.

— Я помню. Но дело сейчас не в деньгах, — отвечаю я и наконец поднимаю на него глаза.

Он слегка хмурится.

— Тогда в чём?

Я сцепляю пальцы перед собой и заставляю себя ответить спокойно.

— В том, что я считала вас человеком, которого наняла. Это совсем другое.