Провинциальный остеопат. Том 5 (СИ), стр. 25

Последние слова она уже сказала мне на ухо, коснувшись его губами.

Я слегка улыбнулся и ткнул в страницу меню.

— Тогда, пожалуй, я выберу стейк.

— И углеводов, — добавила она тихо. — Энергия тебе понадобится.

Когда официантка подошла, я добавил к говяжьему стейку печёный картофель и заказал сверху бокал тёмного пива. Таким количеством калорий можно было заткнуть не только артерии, но и целую дамбу, но есть хотелось зверски.

— Ну, давай, рассказывай, что там у тебя сегодня было? — спросил Илья, наблюдая за тем, как официант разливает вино по бокалам. — Слышал, ты теперь в тренеры записался.

А задумался… Тренеры? Я? С другой стороны, почему бы и нет? Новый открывшийся навык в интерфейсе фактически показывал мне идеальные техники выполнения того или иного упражнения. То, на что у обычных людей уходят сначала десятки лет тренировок, а затем ещё несколько на обучение подрастающего поколения.

Получается, что на данный момент моя стезя спортивной реабилитации постепенно пополнялась тренерской практикой, вести которую, опять же, мне было запрещено. Пока всё проходило через Лысева, но что если всё зайдёт намного дальше?

Та же Соболева всё ещё ждала момента, когда взгляну на её состояние, и будет глупо не воспользоваться новым умением. Подкорректировать слегка прыжок, вход в воду и что там ещё делают пловцы. В конечном счёте, я был обязан ей и её семье за идеальное помещение, да ещё и с такой скидкой.

Правда, не стоит забывать и о конспирации. Если вдруг внезапно начну сверкать знаниями, от которых даже прославленные тренера начнут терять остатки своих седых волос — начнутся проблемы.

— Эй, ты меня вообще слышишь? — помахал ладонью перед моим лицом Илья, а Лена улыбнулась.

— Я тебе ничего не должен! — резко ответил я, указывая пальцем на Соболеву.

Она лишь улыбнулась и сделала глоток вина.

— А я ничего и не говорила, — произнесла девушка и тут же начала рассказывать. — С ним такое бывает. Ещё на первом свидании, когда Лёша вот так уходил в себя, мы договорились, что за каждое такое погружение буду требовать с него ответ на один из моих вопросов.

— Свидание? — откровенно удивился Мельников, в чём был вполне прав. — Вы ходили на свидание?

— Это не было свиданием, — вовремя вмешался я, отодвигая бокал пива. — И мы ни о чём не договаривались, Соболева, ты потребовала!

— Хорошо. Не договаривались, — внезапно согласилась Лена, чем повергла в шок всех присутствующих, пряча улыбку в бокале вина, а затем добавила. — Но это было свидание.

К счастью, еду принесли быстро, что позволило убить тему на корню, а дальше вечер перешёл в то состояние, ради которого сюда и приехали.

Мы ели, пили и разговаривали совершенно обо всём. Периодически поднимали тост за поездку в Калугу и за то, что нужно выбираться вот так почаще. Даже Мельников на удивление перестал обсуждать медицину и переключился на какие-то отдалённые от нашей рутины темы.

Официант периодически появлялся рядом и доливал девушкам с Ильей вина. Я же продолжал медленно потягивать из бокала с тёмным пивом, растягивая его на весь ужин, и даже поймал себя на мысли, когда это успел настолько привыкнуть к подобному. Ведь когда приехал в Москву, вообще не пил, а теперь вот. Иногда позволял пропускать по бокалу. Большой город действительно меняет людей.

Впрочем, напиваться желания не было совершенно, особенно после такого дня и обещания подарка в гостинице.

За окнами постепенно стемнело, и в ресторане становилось всё больше людей. Пустые столы заполнялись компаниями, где-то неподалёку заиграла музыка, а общий гул голосов стал заметно громче.

Я как раз доедал последние кусочки картофеля, когда из соседнего зала донёсся довольно знакомый проигрыш какой-то песни.

Аня тут же подняла голову.

— Это что, караоке?

Лена мгновенно навострила уши и начала выискивать источник музыки. Через несколько секунд обе заметили проход в другой зал, возле которого появилась сотрудница ресторана. Именно она, девушка в белой блузке, приоткрыла дверь, откуда и раздавалась громкая музыка.

Судя по радостным крикам оттуда, вечерняя программа действительно начиналась.

— Караоке! — победно заявила Лена.

Лицо Мельникова тут же изменилось, будто ему прекрасно было известно, что это может означать, и он перевёл взгляд на меня. Такое количество боли последний раз видел в глазах одного пациента, который пришёл в студию, не в силах разогнуть застуженную поясницу.

— Слушайте, а может, ещё вина закажем? — попытался сменить тему Мельников.

— Илюша, я хочу караоке, — уверенно заявила Соболева.

— Да, пойдёмте в караоке! — присоединилась к ней Аня.

— Нет! — резко отрезал Мельников и схватил бокал вина.

— Ну, мы там просто посидим, — пролепетала Лена, прижимаясь к его плечу.

— Нет.

— А потом споём всего одну песенку, — продолжила она, положив подбородок ему на плечо.

— Нет.

— А потом ещё одну.

— Лена…

Не успел я и среагировать, как Аня схватила меня за запястье и без рассусоливаний попросту потянула за собой.

— Вам принести вина в караоке-зал? — поинтересовалась по пути официантка.

— Не…

Мельников не успел ответить, так как Лена закрыла ему рот ладонью, утаскивая вслед за нами.

— Да, принесите, пожалуйста. И четыре бокала, — добавила она на ходу.

Общий караоке-зал оказался заметно меньше основного ресторана, но девчонки выбрали отдельную ВИП-комнату. Внутри было довольно уютно. Два стеклянных столика, мягкие диванчики и расставленные по всем четырём стенам телевизоры.

Официантка появилась следом и поставила на центральный столик бутылку вина и четыре бокала.

— Я пиво пил, — напомнил я.

— Теперь будешь вино, — ответила Аня и усадила меня на мягкий диван.

— Мешать — не лучшая идея, особенно после полного рабочего дня.

— Ой, да ладно, что ты там выпил? — подключалась Лена, хватая лист со списком песен. — Растягивал один бокал на полтора часа.

Я повернулся к Ане, которая сидела рядом и, перегнувшись через меня, наливала вино в бокал.

— А я не знал, что ты любишь караоке.

Она улыбнулась и облизала губами капельку вина с подушечки указательного пальца.

— Ты ещё многого обо мне не знаешь, Смирнов, — ответила она, подмигнув.

— Вот эту буду! — довольно выкрикнула Лена, и заиграла музыка.

У меня не было сомнений на этот счёт, и я лишь в очередной раз убедился, что Соболева и стыд — понятия несовместимые. Пела она, конечно, не идеально, зато совершенно не стесняла себя в движениях и двигала бёдрами в такт песне.

Мельников внезапно перестал сопротивляться и, откинувшись на диванчике, наблюдал за тем, как она танцует, с широкой улыбкой на лице. К середине энергичной песни, которая в последнее время играла из любого утюга, Лена совсем разгорячилась и скакала по всей комнате.

Мы выпили с Аней, и она вновь перегнулась через меня и схватила список песен.

— Куда это ты так смотришь? — улыбнувшись, спросила она, когда мой взгляд пал на её декольте.

— Да так, думаю о том самом сюрпризе в гостинице, — ухмыльнувшись, ответил я, делая глоток вина. — Может, расскажешь о нём?

— И всё это ты хочешь знать, — хихикнула Аня, замечая, что песня Соболевой подходит к концу. — Узнаешь, когда наступит время.

Когда Лена закончила, Аня вскочила с места и выхватила у неё микрофон. Я поначалу начал переживать, умеет ли она вообще петь, хотя Соболеву весьма посредственные вокальные дарования не сильно и стесняли.

Но чёрт… Оказалось, что петь Аня умеет, причём довольно красиво.

Не профессионально, конечно, но голос у неё оказался приятный, чистый, и самое главное, она попадала в ноты, что уже автоматически ставило её выше примерно половины людей, которых мне доводилось слышать в караоке. Так что я сидел и смотрел на неё с искренним удивлением.

Вдруг Мельников толкнул меня плечом, не утерпев и задав вопрос, который мучил его в последнее время.